Меняла - Виктор Исьемини

– Отлично, Эрствин! Ты молодец! Ты в самом деле такой молодчина!..

Я глядел, как мой приятель заливается краской смущения и надувается от гордости одновременно. Наивный, он сам не понимал, что нашел! Да Обух за подобную находку заплатил бы столько!.. Правда, потом, скорее всего, приказал бы убрать счастливчика… Возможность незаметно проникнуть в дом Совета! С другой стороны, для того, чтобы пользоваться им, нужен союзник внутри – но с этим у его светлости проблем бы не возникло, купить одного из тамошних слуг… Я поймал себя на том, что рассуждаю, как бы поступил на моем месте душегуб Обух. Ну как можно быть такой свиньей! Я поглядел на сияющего Эрствина и мне стало не по себе. Может быть, это называется “стыдно”? Ох, не знаю, не знаю… Но хорошо, что моего лица парнишке не видно.

Я торопливо спросил:

– Факелы? Это место ночью освещено?

– Нет, что ты. Ни фонарей, ни факелов. И окна в домах все закрывают на ночь ставнями! Здесь ночью должно быть темно, как у Гангмара в заднице! – и с гордостью покосился на меня, как мол, я оценю его манеру изъясняться.

К сожалению, теперь мне было уже совсем не до тонкостей. Значит, окна в домах все закрывают на ночь ставнями… Конечно, закрывают. В нашем городе нужно закрывать на ночь окна даже в двух шагах от Большого дома. Итак, окна буду закрыты, свет на стену дома Совета не падает. Факелов нет.

– Эрствин, ты в самом деле молодчина! Я даже не знаю, как тебе сказать, какой ты молодчина… Но, друг мой, никому об этом ходе – ни слова! Если хочешь жить, то, когда все кончится, забей опять этот вход и понадежнее запри замок. И забудь о том, что ты знаешь об этой двери.

Глава 19

До того как стемнеет совершенно и можно будет действовать, оставалось не меньше двух часов. Спешить я не собирался ни за что – незаконное проникновение в дом Совета слишком опасное предприятие, чтобы я мог позволить себе спешку. Поэтому мы сговорились с Эрствином, что он в полночь незаметно улизнет из своей комнаты и проберется в заброшенный коридор, оканчивающийся этой самой заколоченной дверью…

А пока что я решил спрятаться где-нибудь поблизости и спокойно дождаться темноты. Кроме всего прочего, я очень устал и у меня разболелась нога. Лучшего места, чем подворотня на углу Корабельной и Каменщиков, мне поблизости было не найти. Там меня вряд ли кто-то побеспокоил бы – подворотня не вела никуда. За ней, насколько мне было известно, находился заброшенный дворик пустующего дома. Обычное дело в этом умирающем городе – большое шикарное здание, настоящий замок в самом центре Ливды – в двух шагах от Большого дома, престижное же место, Гангмар возьми! – пустует потому, что прежний хозяин больше не имеет средств на его содержание. Я проковылял на улицу Корабельщиков, дождался, чтобы никого не оказалось поблизости и шмыгнул в темноту арки. Все было как обычно – одна створка ворот отсутствовала, а другая, полуоторванная, косо висела на нижней петле, перегораживая половину портала. Пахло мочой и еще какой-то гадостью. На всякий случай я выглянул во двор – все в порядке, никого. Правда, мне показалось, что буйно разросшаяся в дворике трава сильно примята, но это ведь ничего не значило. Просто, по-видимому, кто-то из желающих справить нужду побрезговал делать это в вонючей подворотне и прошел во двор. Да, этот неизвестный был прав. И мне незачем торчать там, в смраде и тьме… Можно ведь отыскать местечко поуютнее прямо здесь, во дворе – да хотя бы на ступеньках крыльца… И прислониться спиной к шикарной двери, нагретой солнышком… Стоп! Дверь приоткрыта на пару сантиметров! Гангмар возьми, я уверен, что она всегда была заперта или, по крайней мере, плотно закрыта.

На улице, за моей спиной, послышались шаги. Ноги понесли меня сами и я нырнул под перекошенную створку ворот – в заплетенную паутиной вонь. И, надо сказать, вовремя – в подворотню вошли двое. Я сидел ни жив, ни мертв, боясь даже сдуть с носа липкую дрянь, а пришельцы, как назло, остановились в портале. Нашли место…

– Подождем немного, я хочу убедиться, что никто не следовал за нами, – вроде бы знакомый голос. Интересно, кто это? Но выглядывать я, разумеется, не решился.

– Да кто здесь может быть, кому это захочется за нами следить? – о, этого я узнал, это отец Эрствина, его милость барон Леверкойский. Ему-то что здесь надо? – Почтеннейший, если вы так опасаетесь слежки, то зачем вам понадобилось прятать нашего друга в этом приметном доме?

– Ну, хотя бы для того, чтобы иногда иметь возможность видеться с ним. С нашим, Гангмар его забери, старым приятелем, – он как-то странно выделил голосом слово “старым”, – я ведь обязан целый день просиживать в нашем проклятом Совете… А сейчас у меня мало времени, если я попаду домой слишком поздно – опоздание тоже вызовет подозрения. Этот дом как раз в двух шагах от Большого дома и я могу сюда заскочить по пути и не терять много времени.

– Да, я понимаю, но ведь гостя опекает колдун.

– Когда имеешь дело с такой бестией, как наш гость, лучше самому все держать под контролем. Да и колдун, по-моему, ненадежен. За ним тоже необходимо приглядывать.

– Тогда зачем же мы связываемся вообще с такими темными силами? К чему сложности, ведь все можно решить гораздо проще?

– М-да… Можно просто нанять солдат, привести их тайно, вооружить моих сторонников… Заручиться поддержкой нескольких наименее влиятельных членов Совета, которым ничего не светит сейчас и которые будут рады любым переменам… И я все это делаю, но тайно! А в глазах всего Мира чудовищем и убийцей буду не я, а… Чудовище и убийца!

У благородных господ завелись какие-то интересные делишки… Должно быть, речь идет о новом замечательном плане, в результате которого барон вернет себе замок и владения…

– Да, я знаю. У вас в городе все так сложно, так… Так запутанно! То ли дело благородный бой… Мастер, дайте мне три десятка хотя бы посредственных солдат и я возьму приступом этот гадюшник, этот ваш дом Совета!

– Да, барон, да – но потише! Я знаю, что вы великий воин и вам вполне по силам этот подвиг, но потом, после удачного штурма… Потом-то вам придется иметь дело со всей Ливдой. И в глазах всего города вы будете врагом и душегубом, а это, согласитесь, нежелательно. Я прав?.. Однако, мы выждали более чем достаточно. Идемте…

Я услышал, как они прошли во двор, и уже оттуда до меня донесся голос того, другого. Тот голос, что я не смог опознать:

– Ну, что я вам говорил, ваша милость? Полюбуйтесь – дверь не закрыта. Я же говорил – нужно приглядывать…

Скрипнула дверь и со стуком захлопнулась. Я осторожно выбрался из своего убежища, с отвращением смахивая с себя клочья паутины и мусор. Ну и вид у меня сейчас, должно быть… А ведь я, между прочим, опять наткнулся на зловещую тайну. В последние дни зловещие тайны так и посыпались на меня! Это слишком…