Развод. Шанс на счастье - Мил Рэй

В целом со Снежей все, как обычно. Фигуру подчеркивают узкие джинсы-скинни, облегающий топ под спортивной кофтой красиво очерчивает полушария груди. Она выглядит уставшей и растерянной, но вида не подает.

После визита Полины и моего брата она словно стала другой.

Острожная, обстоятельная, а не, как раньше, по-детски наивная и доверчивая.

Мне изменения видны.

Пугающие перепады настроения Снежинки, заставляют переживать и думать о чем же она грустит.

Или она что-то скрывает.

Пока у нас один : ноль, и врун в нашей истории только я.

- Девочки уснули, - мягко говорит, опуская бедра на диван в гостиной.

Снежа скрывает усталость за невесомой улыбкой. Но я-то знаю на что способны мои любимые мини-Ребровы.

- Ты не устала от моих любимых деток-конфеток? – спрашиваю у няньки.

- Нет, ничуть, - говорит правдиво, без запинки.

Она влюбилась в двойняшек сразу и бесповоротно, я это увидел и мое каменное сердце тоже растаяло. Его растопила красота и искренность Снежинки.

Но пропасть, которая пролегла между нами после многочисленных провокаций родни, это полная херня. И меня такой ход событий не устраивает.

- Снежана, нам нужен разговор. Как ты считаешь?

- Я готова говорить на любую тему, - прикрывает рот ладошкой, подавляя зевоту.

С шумом ставлю стакан с остатками янтарного вискаря на низкий деревянный стол.

Разворачиваюсь к ней и в одно движения по дивану оказываюсь невыносимо близко.

Мои флюиды поражают Снежинку, и она заметно краснеет.

Высокие скулы подкрашивает пунцовый румянец, а грудь начинает вздыматься активнее от учащенного дыхания.

Я откровенно ее хочу. Без давления. Или, все-таки я напираю?

- Разговоры с отцом воспитанниц входят в наш договор? – выгибаю бровь, мозоля ее личико суровым взглядом.

- Да, конечно, - подергивает плечами.

- Тогда поговорим о нашем сексе недельной давности. И о том, почему ты бегаешь от меня.

- Прошло больше недели. Ты не заметил, - глотнув живительный кислород, выдает она.

Мы снова на «ты» и без официоза легче, гораздо.

- Я не считал дни. Воздержание переношу спокойно, еще со времени, когда служил.

- Да, я поняла, что ты долго бывал без женщин, - эхом повторяет мои мысли.

В неярком свете ее кожа отдает фарфоровой белизной. Невероятным сладковатым облаком парфюм Снежинки окружает меня, забирается под рубашку и щекочет грудь.

- Черт, говорить о работе с тобой ни хрена не получается. Между тем, я должен уехать, Снежана. А ты останешься с девочками одна.

- Я слышала. Езжай, мы справимся. Девочки у тебя просто золотые. Да и мне некуда деваться. Из квартиры меня, похоже, заочно выгнала хозяйка. Судя по ее последним сообщениям и потому, что объявление о сдаче снова всплыло в поиске, - гулко констатирует. - Я поеду, соберу вещи, отдам ключи.

Снежана зачитывает «список предстоящих дел», которыми будет занята в период моего отсутствия. Но меня интересует не это.

- Ты из-за этого такая понурая ходишь? Или я, дурак, тебя огорчил? – улыбаюсь.

Прокладываю дорогу к ее ладони, которая расслабленно покоится на коленке.

Стягиваю ткань джинсов, накрывая руку няньки.

- Андрей, я справлюсь со всем. И с хозяйкой... Ты можешь ехать и не переживать.

Снова гну брови в упрямой дуге.

- Больше ничего не спросишь?

- Сколько тебя не будет?

- Примерно неделю, может чуть больше. У меня новый контракт. Мне предложили представлять интересы очень крупной компании в другой стране. Я должен ознакомиться с документами, вспомнить корпоративное право, - улыбаюсь ей, поглаживая нервные костяшки на ее руке.

- Ясно. Я понимаю, что такие дела не терпят спешки, - поеживаясь, отвечает.

- Не терпят. Может, придется еще задержаться, - провоцирую ее на скандал.

- Хорошо. Я справлюсь, - голос колеблется, дрожит.

Разворачиваю ее к себе, меняя положение хрупкого тела Снежинки.

- Ты мастерски меня выводишь! Какого черта ты на все соглашаешься?! Я не марионетку в дом привел, да и ты не такая! Что случилось? Почему ты молчишь и нарочно уходишь от разговора? Я ведь вижу, что что-то не так! – взрываюсь.

- Архип продает мою фирму…

Млять.

Молодец, Ребров. Хотел получить ответ и получил…

Подбородок Снежинки вздрагивает, губы подскакивают, делая арку Купидона еще выразительнее. Она плачет тихо, беззвучно. Меня женские слезы парализуют, выводят из себя так сильно, потому что сделать ничего не могу.

В порыве, сжимаю ее в руках и припечатываю к груди. Внутри бушует чувство страха.

Значит, гребаный бывший муж решился... А я надеялся, что это просто развод на бабки и он никогда не продаст ивент-агентство.

- Прости, я… Затянул с процессом. Выискивал в твоем деле подводные камни, - выдавливаю, глотнув комок, застрявший в горле.

- Я тебя не виню. Он не зря отобрал у меня фирму. У Солоницкого долги. Он брал деньги у инвесторов под проценты, мудак. Конечно, агентство и мое доброе имя ему не нужны. Он выручит за него гроши, но убьет то, чем я так дорожила, то, что строила по кирпичику! Мне так жаль... - всхлипывает часто няня.

- Не переживай Снежана и не рви душу из-за мудака. Пока меня не будет Зотов будет гонять по судам. Мы уже обжалуем решение, - говорю и правду и вру одновременно.

Правда в том, что документы я подал. А неправда в том, что это не гарантирует положительный результат.

Скорее всего, Снежа останется без фирмы, так как по документам ее владелец только Солоницкий.

Я пытаюсь ей все объяснить. Она говорит, что свекровь и ее муж настояли, что все будет записано на их сына. Снежа сопротивлялась, в итоге (якобы) фирма стала принадлежать ей. Сейчас разобраться в остатках документов и понять, что оригинал, а что подделка - почти нереально.

Я читал до мигрени их дело. Я бы все оспорил, провел почерковедческие экспертизы всех доков, где стоит подпись Снежинки. И я это сделаю...

- Я такая дура! Он часто подходил ко мне с документами, говорил, что они имеют отношение к ипотеке на нашу квартиру. Я порой была уставшая и ничего не читала, - плачет на моей груди.

- Нет, Снежана. Это делается не так. Все равно, фирма была создана в период вашего брака. Но муж делал взносы в уставной капитал, - дальше стараюсь в двух словах объяснить курс гражданского права.

- Андрей, я... я ему верила, думала, он меня любит, а он... Боже, я не понимаю, зачем ему Дина? Зачем он отобрал фирму, ведь мы могли просто развестись!