Девочка для ледяного (СИ) - Кристина Юрьевна Юраш

И когда я снова открыла их, Лиор уже стоял у двери. Его лицо было снова спокойным. Холодным. Идеальным. Как будто ничего не произошло.

Я направилась в свою комнату, и когда вошла в нее, стекла по двери и закрыла лицо руками. Теперь мне было страшно за Лиора. А что, если он убьет и его?

Сердце сжалось, когда я понимала, что если это случится, то случится по моей вине. И только по моей. Я позволила ему себя поцеловать. Потому что хотела понять, осталось ли во мне что-то светлое… Так же как и Лиор хотел понять, осталась ли в нем любовь к Лизетте.

Это был не поцелуй любви. Это была проверка чувств.

— Послушай меня. Я надеюсь, что ты меня слышишь! - прошептала я. - Если ты убьешь Лиора, я никогда не выберу тьму. После такого никогда!

В комнате было тихо, я обернулась к зеркалу, а по нему пробежал узор.

Он услышал.

Глава 64. Он

Она целовалась с ним.

Я стоял за дверью столовой, не дыша, не шевелясь. Моя тень была частью стены, мой холод — частью мрака. Я слышал, как её дыхание стало тяжелее, когда он прикоснулся к её губам. Не грубо. Не властно. Просто… нежно. Как будто он боялся разбить её. Как будто она была хрустальной вазой, а не женщиной, чьё тело уже знало мой лёд, чьи губы уже шептали мне в темноте.

Он поцеловал её.

И я… Я зарычал внутри.

Не звуком. Не движением. Но внутри — там, где моя магия течёт по венам, как ледяная река, — всё взорвалось.

Магические знаки на руке вспыхнули, как костры в снегу. Потолок в коридоре покрылся инеем, как будто сама архитектура этого дома застыла в ужасе. Люстры задрожали, словно понимая, что я — не человек, а стихия, которая вот-вот сорвётся с цепи.

Он не знал, что я — первый, кто коснулся её души. Что я вырвал из неё десять лет молчания, превратив их в крик души и тела.

Что я — единственный, кто знает, как она дрожит, когда её тело вспоминает, как я сжимал её горло, пока она не забыла, что такое «нет».

Лиор Харт.

С его идеальными волосами, безупречной осанкой и холодом в глазах, который маскировался под заботу. Он стоял перед ней, как рыцарь из дешёвого романа.

Его пальцы скользнули по её запястью, где я оставил следы ремня. Следы, что должны были быть моими.

А теперь… Он. С его тёплыми руками. С его светлыми волосами. С его человеческой нежностью.

Он не хотел её тела. Он хотел её душу. Он хотел её исцелить. Он хотел, чтобы она забыла меня.

И если он думает, что может её исцелить…

Пусть попробует.

Пусть попробует вырвать её из моей тьмы.

Я не могу этого допустить. Она — моя молитва.

Моя проклятая, прекрасная, кровавая молитва.

Я не могу жить, если она забудет вкус моего льда.

Если она забудет, как я дышал ею, когда целовал её в темноте.

Если она забудет, что я — единственный, кто видел её настоящую. Кто не просил, чтобы она была красивой. Кто не требовал, чтобы она была чистой. Кто принял её — с её жаждой смерти, с её тьмой, с её желанием, чтобы я сжимал её горло, пока она не забыла, что такое дыхание.

И это — хуже, чем если бы он просто убил ее.

Они разошлись по комнатам, не заметив иней на потолке коридора. Я последовал за ней.

Пока что за ней.

— Послушай меня. Я надеюсь, что ты меня слышишь! — услышал я ее шепот. — Если ты убьешь Лиора, я никогда не выберу тьму. После такого никогда!

Значит, так, да? Значит, он тебе все-таки дорог.

Я направился к Лиору. В комнате было пусто. Я знал, куда он ушел. Куда он уходит каждую ночь.

Выскользнув из дома, я шел по цепочке следов, ведущих в фамильный склеп Делагарди.

Без единого шороха и скрипа я открыл старинную дверь. Без единого шороха, как хищник, который вышел на охоту, я спускался по ступеням.

— Ы-ы-ых! — послышался напряженный вздох.

Шелест каменной плиты, покрывающей саркофаг Лионеля, и лязганье лома, упавшего на каменные плиты, — вот единственный звук, нарушающий эту скорбную тишину.

Соблазн нанести удар из темноты был настолько велик, что я едва сдержался. Я пока просто наблюдал за тем, как Лиор сдвигает крышку саркофага.

Тяжело дыша и оперевшись руками на камень, он простонал и сдвинул ее еще немного.

Глядя с уставшим триумфом на тело Лионеля, которое покоилось внутри, Лиор осмотрел его, а потом стал расстёгивать его камзол.

Давай, смотри. Смотри, что тебя ждет. Смотри на то, что я делаю с теми, кто посмеет ее обидеть.

Рука Лиора замерла, когда он увидел раны, скрытые под дорогой тканью.

— Значит, его тоже убили, — прошептал Лиор, делая глубокий вдох.

Пора.

— Я слышал, Лиор Харт, что ты ищешь убийцу своей неверной невесты? — произнёс я, видя, как Лиор обернулся на мой голос.

Смешно. Правда, смешно.

— Не впутывай в эту дрянную историю мою девочку, — усмехнулся я. — Я здесь. Я перед тобой. Тот, кто убил твою драгоценную Лизетту. А теперь просто дай мне повод.

Глава 65

Тревога не давала мне покоя.

Я понимала, что убийца все слышал и все видел. И теперь я не могла отделаться от чувства, что что-то должно случиться.

Оно сжимало мою грудь, как обруч, не давая мне вздохнуть.

А что, если он решит все-таки убить Лиора?

Что, если мои слова для него ничего не значат?

Я не могла дышать.

Не от холода — он уже не пугал меня. Не от страха — он давно стал моим вторым дыханием. А при мысли, что я стану причиной смерти ни в чем не повинного человека.

И теперь он убьёт его, чтобы доказать мне, что свет — ложь. Что я — его. Навсегда.

Я бросилась в коридор. Босые ноги скользили по холодному паркету. Я не думала. Не планировала. Я просто бежала — к его двери, к его комнате, к тому, кто еще не стал трупом.

— Лиор! — вырвалось из меня, когда я рванула дверь.

Но на пороге стоял мистер Холлингс. Его лицо было бледнее обычного, а глаза