Поцелуй сильнее, чем смерть - Бьянка Иосивони

Я медленно подняла голову и посмотрела в лицо нападавшему. Посмотрела в серо-голубые глаза, которые казались такими знакомыми и чужими одновременно. Золотисто-каштановые волосы привычно взлохмачены, но темнее, чем раньше. В чертах лица – жестокость и безжалостность.

Я мгновенно позабыла о Хель.

– Райан… – выдавила я, встала и машинально шагнула к нему.

Уголки его губ приподнялись в злобной ухмылке.

– Не Райан, а Видар. И ты преклонишь передо мной колени!

– Никогда, – на этот раз ему ответила Хель. Я даже не заметила, когда она вернула себе контроль над моим телом. Я и сделать ничего не успела.

Одного взмаха моей руки оказалось достаточно, чтобы заразить Видара смертью, как раньше Локи. Сначала Райан поморщился, словно от боли, но потом улыбнулся и тоже атаковал.

Остальные сражающиеся игнорировали нас так же, как мы игнорировали их. Эта битва была только между Видаром и Хель. Наши силы снова и снова сталкивались, словно два клинка, и последствия этого размена оказались невероятно разрушительными. Через несколько секунд от поляны, деревьев и береговой полосы почти ничего не осталось. В земле зияли кратеры, а растения засохли, словно из них высосали всю жизненную энергию. Нет, как будто их накрыл Хаос. Наши с Райаном способности сами по себе опасны, но теперь, когда их усиливает магия богов, есть только единственный возможный исход: катастрофа.

Новый взрыв хоть и не стал для меня неожиданностью, но заставил увернуться. Я высоко подпрыгнула и приземлилась неподалеку от остальных сражающихся. Хель не стала атаковать, а позволила мне заняться армией Видара. Я убивала людей, которые присоединились к Сайрусу в его стремлении служить Хаосу, одновременно освобождая плененные ими души. Но я не стала привязывать их к себе. Вместо этого я силами Хель отправила души прямиком туда, где им место: в Хельхейм. В царство мертвых. Туда, где однажды окажемся мы все.

«Но не сегодня. Не сейчас! Я постараюсь этого не допустить».

Я не знала, кому принадлежат эти мысли – мне или Хель, да и какая разница! Возможно, мы с ней слились в единое целое, как Локи и Мэйв.

Движимая гневом и жаждой мести – чувствами, охватывающими Хель, – я протянула руку вперед и схватила души, которые подпитывали Райана. Но Райан вывернулся из моей хватки и послал в мою сторону разрушительный поток темной энергии.

Я отскочила, но энергия зацепила меня, и я рухнула на колени. Силы стремительно покидали мое тело, и уже через несколько секунд я держалась в вертикальном положении исключительно благодаря силе воли. Нашей силе воли, моей и Хель. Хель выкладывалась не меньше моего, а то и больше, потому что я в отличие от Хель не хотела ни убить, ни ранить нашего противника. Это все еще Райан, пусть теперь он и одержим богом Хаоса. Я не могу причинить ему боль. Наверное, это я виновата в том, что Видар побеждает, потому что сдерживаюсь и не использую свои способности в полную силу.

«Ну так соизволь уже использовать!»

Я старалась не слушать гневные крики Хель, которые звучали у меня в голове, но они звучали все громче и настойчивее.

«Если ты этого не сделаешь, если не выложишься по полной, то Видар победит. Хаос победит. Миллионы людей погибнут, и этот мир, твой родной мир, уже никогда не будет прежним».

Я заколебалась.

«Думаешь, это худшее, что может случиться?» – Хель обвела вокруг рукой, но я и без этого понимала, что она хочет сказать.

Нас окружало поле битвы. Повсюду лед и снег, земля усеяна кратерами и глубокими трещинами. Ни малейших признаков жизни, потому что все деревья, кусты и травинки мертвы. Даже обитатели высохшего за считаные минуты озера погибли вместе с ним.

«Именно так будет выглядеть мир. Даже хуже. Это не состязание и не игра, Блэр. Если ты не выложишься полностью, то мы все умрем!»

Эти слова криком отдались в голове. Мы все умрем: Хель, я, валькирии и боги, которые сейчас рискуют своей жизнью, самим своим существованием, чтобы победить Хаос. Если мы проиграем, то все зря. Мои мама с сестрой погибли зря. Я стиснула зубы: не допущу этого!

«Давай же, Блэр! Поторопись!»

Вернув себе контроль над своим телом, я вскинула голову. Вот я стояла на коленях на холодном снегу, в следующую секунду изо всех сил оттолкнулась от земли и взлетела, не дожидаясь, пока меня поразит очередная атака Видара.

Облака разошлись, и небо осветило ярким зеленым свечением – северное сияние. Я улыбнулась.

Потом что-то ударило меня в грудь. Чистый хаос пронзил тело, заставляя сердце биться чаще, а кровь кипеть. Горло сдавило удушье. Я не могла дышать, не могла думать и вдруг начала падать. Я камнем падала вниз, разноцветные волосы неистово развевались на ветру. Все мое существо кричало: нужно что-то делать, двигаться, нужно воспользоваться силами, но я не могла шевельнуться, словно парализованная.

Откуда-то донесся вой, но я не обратила на него внимания, потому что с каждой секундой земля становилась все ближе. Не так давно я уже пережила нечто подобное, и теперь ко мне вернулся страх неизбежного удара. Может, богине он не повредит, а вот мое тело разобьется, если ничего не сделать. Сейчас, немедленно…

Но я не могла. Просто не могла. Мне ничего не оставалось, кроме как зажмуриться и приготовиться к неизбежному. Но я не ударилась о землю, а приземлилась на что-то мягкое, теплое, с лохматой шерстью, за которую я машинально ухватилась. Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что произошло: Фенрир вернулся, чтобы помочь мне. Хель выругалась у меня в голове – судя по всему, она не питала особой симпатии к волку. Я же была безмерно благодарна за то, что он меня спас.

Я медленно разжала хватку и соскользнула со спины Фенрира на землю. Когда я встала, волк повернулся и посмотрел на меня. Его глаза горели красным, из ноздрей валил пар, но он не атаковал. Вместо этого он опустил голову, словно кивая, и я поняла: Зеэв помнит, что произошло! Он помнит, что мы друзья! Во время нашей битвы на причале я одолела его волчью сущность, но он не потерял своих сил. Это его истинный облик. Зеэв добровольно бросился в самый разгар битвы, чтобы спасти меня.

Хель все еще контролировала мое тело, но мне каким-то образом удалось улыбнуться и благодарно кивнуть. Но если я думала, что после этого Зеэв убежит, то я глубоко заблуждалась. Он остался рядом со мной, словно хотел сражаться