Том 23. Джентльмены предпочитают блондинок - Картер Браун

На третьем круге я обратил внимание на то, что одна секция ограды была явно ниже остальных. Футах на шести поверхности вместо чередующихся клиньев и впадин была ровная балюстрада в пару футов высотой. Я постоял и поглазел на нее, праздно раздумывая о том, не собирался ли Бастард в свое время установить тут орудие для отражения врагов, затем повернул голову и присмотрелся к каменной стене против этого места. В ней было нечто странное, но что именно, я понял не сразу. Потом до меня дошло, что по необъяснимой причине в этом месте имелся затененный участок. Стена была совершенно ровная, на нее падал лунный свет, и ничто не должно было препятствовать ровному освещению.

Любопытство, как всегда, победило, и я занялся столь подозрительным местом. Оказалось, что кусочек камня был углублен в стену, и, когда мои пальцы добрались до его края, он слегка сдвинулся с места. Я внезапно запаниковал и быстро отдернул руку. Еще два торопливых обхода площадки не прогнали это тревожное чувство: я опять замедлил шаги перед таинственным камнем. Если учесть, как был выстроен этот проклятый замок, почему бы этому камушку не оказаться еще одной хитроумной ловушкой. Но вы же понимаете, что мне вовсе не хотелось быть сброшенным с верхушки башни какой-нибудь очередной вращающейся штуковиной, не заглянув внутрь этой овеянной легендами развалины.

Я опустился на четвереньки, потом просунул руки в углубление и изо всех сил надавил на один конец каменной плиты. В это самое мгновение до моего слуха донесся слабый щелчок. Я распластался на животе и замер. В глубине башни что-то недовольно заурчало, потом послышался шум от быстрого вращения, и над моей головой что-то пронеслось с устрашающим свистом. Я подождал секунд десять, пока не убедился, что все успокоилось, затем отполз назад на несколько футов и лишь после этого поднялся на ноги. Прямо передо мной, грозный и внушительный, стоял сам Бастард. Его закованная в латы фигура была повернута лицом к морю, откуда могли появиться враги, а зажатый в правой руке меч зловеще сверкал. Когда ко мне вернулась способность соображать, я понял, что это всего лишь бронзовое изваяние. Забрало на шлеме было приподнято, из-под нахмуренных бровей смотрели яростные глаза хищника. Он держал меч параллельно полу, и я в ужасе подумал, что если бы, нажимая на панель, я стоял прямо, то он сбросил бы меня вниз.

Мне припомнились последние строчки под портретом Бастарда, где упоминались черные силы. Должно быть, эту фигуру установил сам Аларик в качестве ловушки. А что если он сам оказался жертвой собственной изобретательности? Он опробовал систему, и механизм сработал неожиданно, выдвинув фигуру рыцаря. Этим можно объяснить выражение смертельного ужаса на физиономии Аларика, когда его труп был обнаружен у подножия башни, и легенду, обвиняющую Черного Рыцаря в его загадочной гибели.

Негромкий звук заставил меня отскочить назад, через мгновение фигура бесшумно задвинулась в стену. Я решил, что мое открытие проясняет решительно все: к тому моменту, когда было найдено тело Аларика и слуги добрались до вершины башни, все улики, объяснявшие причину его гибели, исчезли. Естественно, что тут же возникло предположение о таинственных силах Черного Рыцаря.

Я вновь запустил машину. Когда бронзовая фигура выдвинулась вперед, я вскочил с пола и, заметив пустое пространство за спиной рыцаря, без раздумий проскользнул туда, позаботившись о том, чтобы для бронзового крестоносца осталось достаточно места. Теперь мне был виден весь механизм. Он оказался допотопным и очень тяжелым, но в нем не было ничего сверхъестественного. На полу блестело какое-то темное пятно, которое на поверку оказалось пролитым машинным маслом. Значит, совсем недавно кто-то обрабатывал «историю» современными средствами.

Я зажег свечу и увидел чугунное кольцо в полу; опустился на колени и сильно дернул кольцо. Со скрипом крышка приподнялась, под ней оказалась лестница. Без раздумий я стал спускаться по узкой винтовой лестнице, сооруженной посредине смотровой башни. Через некоторое время я заметил уже знакомую мне плесень и слизь на стенах и догадался, что вновь оказался подо рвом. В одном месте был лаз, походивший на вход в какой-то тайный коридор, но я остался на ступенях, потому что лестница мне представлялась ориентиром. Вскоре забрезжил неясный свет, я задул свечу и оставшуюся часть пути проделал на цыпочках. Через несколько секунд я очутился в отвратительно сыром подвале и почувствовал, даже еще не увидев, что посередине будет стоять огромный деревянный сундук, а высоко-высоко на одной из стен я увижу забранное тяжелыми брусьями окно. И не ошибся в своих предположениях, даже в качестве премии получил компаньона: из дальнего угла донеслись какие-то звуки, что-то зашевелилось, и я приготовился нос к носу столкнуться с костлявой фигурой лысого, вооруженного острым кухонным ножом.

Но когда человек вышел на свет, мои зубы перестали выбивать трусливую дробь — я узнал перепуганную физиономию Роберта Карлтона.

Глава 8

— Черт побери, как вы оказались здесь? — одновременно спросили мы оба.

Карлтон пересек подвал, направляясь ко мне, серый цвет постепенно исчезал с его щек.

— Должен сознаться, вы напугали меня до полусмерти, старина! Я подумал, что это — кошмарное свистящее создание.

— А я принял вас за убийцу-дворецкого, так что мы квиты, — усмехнулся я. — Но вы-то как здесь очутились?

— После того как вы ушли, я принялся размышлять. В конце концов. Найджел был моим братом, поэтому несправедливо, чтобы рисковали только вы со Сливкой. И я решил последовать за вами через шкаф в этот тайный ход. Поднялся по проклятым ступенькам, которые, как я полагаю, ведут в разрушенную башню, однако меня они завели в тупик, и я вернулся сюда.

— Но ведь этот ход ведет в комнату Имоджен! — Я с недоумением уставился на него. — Если бы вы пустились в путь из шкафа, то не смогли бы попасть вниз.

Он пригладил три пряди волос на лысом черепе и с сомнением посмотрел на меня:

— Послушайте, старина, мне лучше знать, что я делал. Я прошел сквозь вращающуюся стену в этот тайный ход, свернул налево и…

— Так вот оно что! — Я даже прищелкнул пальцами. — Ну каким же идиотом я порой бываю!

Он громко фыркнул:

— Очень своевременное признание.

— Вы свернули налево, — торжественно произнес я. — Когда я впервые очутился в этом проходе, я свернул направо, и он привел меня к этому окошку с металлическими прутьями. — Я ткнул пальцем в направлении окошка: — Оттуда идет ход к комнате Имоджен. Так вот каким образом они перенесли тело Найджела в мой шкаф! Вовсе не надо было тащить его через комнату Имоджен, они воспользовались этим ходом.

— Я не совсем понимаю, о чем вы толкуете, — пробормотал он смущенно, — но в данный момент это не столь важно. Вы же пытались найти выход из замка, чтобы вызвать полицию, верно?

— Это было конечной целью, — признал я, — но я ошибся в выборе пути. Сначала за мной увязался проклятый дворецкий с кухонным ножом, затем, уже внизу, подо рвом, меня преследовало свистящее существо и…

Я замолчал, заметив его вытаращенные глаза.

— Преследовало вас подо рвом? — пробормотал он. — Мой дорогой! Оно могло загнать вас в ров, возможно, но не под него! Если только на вас не было водолазного костюма, конечно!

— Не имеет значения, — огрызнулся я. — Путь туда оказался нелегким. Во всяком случае, у меня не было возможности связаться с полицией.

— А что Сливка?

— Когда я вернулся в комнату, его там не было. Ни его, ни Пенни Поттер, ни тела вашего брата, чтобы быть совершенно точным.

— Это странно. — Он медленно покачал головой. — Как вы думаете, что могло с ним приключиться?

— Откуда мне знать. Более того, я не представляю, каким образом нам удастся выбраться отсюда. И замок, и сторожевая башня соединены проклятущими тайными ходами. Выбраться из сторожевой башни можно только в замок и…

Я заметил на его физиономии выражение крайнего отвращения.

— В чем дело?

— Неужели вы не чувствуете? — Он с шумом потянул носом воздух. — Чувствуете? Какой-то омерзительный запах. Причем я унюхал его совсем недавно. Если подумать, он появился уже после вашего… — Он уставился на мои ноги. — Послушайте, Бейкер, это же вы!

Я взглянул на свои ботинки, они были покрыты толстым слоем зеленой слизи и ила, по которым я шел в проходе подо рвом.

— Ну, — усмехнулся я, — очевидно, пословица права, утверждая, что источник неприятностей узнает об этом последним.

— Кошмарное зловоние! — Он прижал к носу белоснежный носовой платок: — Вы не против отойти в сторону, старина?

— Не будьте таким неженкой! — рассердился я. — Отсюда нет выхода, так что нам надо хорошенько подумать, что делать дальше. Единственное, что приходит мне в голову, — вернуться в мою комнату через шкаф и…