Одноклассник - Владимир Анин

родителями, ни свалившиеся невзгоды и почти нищета. Ради Сашки она готова была преодолеть всё, и она выстояла, кое-чего добилась в жизни. Вот и теперь Вера готова была свернуть горы ради спасения сына, дай ей только волю да подскажи как.

Минут через пять Степан вернулся.

— Пойдёмте, он на месте.

Они направились к тому же зданию, где Вера была накануне. Проходя мимо дежурного, Степан махнул ему рукой. Тот в ответ кивнул.

— Вы его тоже знаете? — спросила Вера.

— Нет, — ответил Степан. — Только что познакомился.

Когда они поднялись на второй этаж, Вера немного напряглась. А когда они подошли к кабинету номер 14 с табличкой «Ст. следователь Васюков О. Ю.», Вера схватила Степана за рукав.

— Это же он! — прошептала она.

— Да нет, не может быть. Вы, вероятно, ошиблись, — отозвался Степан и, один раз стукнув, не дожидаясь ответа, распахнул дверь.

Следователь сидел за столом, подперев голову руками, и рассеянно смотрел на лежавший перед ним лист бумаги. Он поднял взгляд на вошедших и медленно положил руки перед собой. По тому, как Васюков посмотрел на Веру, Степан понял, что это действительно он. Но, взяв на себя роль посредника, Степан решил идти до конца.

— Привет, Олег! — бросил он и, подойдя к столу, протянул руку.

— Привет! — отозвался Васюков и как-то нехотя пожал её.

— Как жизнь? Сто лет не виделись.

— Да так… — Следователь покосился на Веру. — Как сам?

— Лучше всех!

— Значит, бизнес процветает?

— Не то чтобы очень, но пока держимся.

— Рад за тебя.

— Тут такое дело, — сказал Степан и повернулся к стоявшей чуть позади Вере. — Это Вера.

— Да, мы уже встречались, — со вздохом произнёс следователь.

— Так, значит, ты действительно ей отказал? Но почему?

— Вы присаживайтесь… кто-нибудь из вас. А то у меня голова… — Васюков кивнул на единственный стул для посетителей.

— Вера, садитесь, — сказал Степан.

— Спасибо, я постою, — ответила она и отступила ещё на один шаг, сердито глядя на Васюкова.

Степан несколько секунд стоял в нерешительности, но потом всё же сел.

— Так в чём дело, Олег?

— Я твоей знакомой уже объяснил, что не могу возбуждать дело по инциденту, который произошёл на другой территории. Ну и потом, вся эта история с каким-то загадочным убийством на этом…

— На молокозаводе, — подсказал Степан.

— Да, на молокозаводе. Ну, послушайте, это же бред какой-то!

— Но если это правда?

— А где факты? Я не могу опираться только на один рассказ… якобы очевидца. Тела нет? Нет. Других свидетелей нет? Нет.

— Как это нет? — возмутилась Вера. — А Марина, моя подруга?

— Ну и где она?

— Её похитили.

— Кто?

— Те, кто совершил убийство.

— Вы лично видели, как её похищали?

— Нет, но я точно знаю…

— Ну, вот видите! Опять — «я точно знаю». И что сына вашего они похитили, вы тоже точно знаете? А где факты? Хоть кто-нибудь это видел?

— Я не знаю, — пробормотала Вера, потупившись.

— Ну? — Васюков развёл руками и посмотрел на Степана.

— Ладно, а хотя бы неофициально ты можешь помочь?

— Чем именно?

— Для начала — отыскать её одноклассника.

— Это который «убийца»? — усмехнувшись, спросил Васюков.

— Нет, — возразила Вера. — Убивал другой — солидный.

— «Солидный». Отличная примета! Ну хорошо. Как зовут этого одноклассника?

Васюков взял листок для записи и ручку.

— Егор Березин, — сообщила Вера.

— Егор Березин, — повторил следователь, записывая. — Отчество?

Она растерялась и застыла, пытаясь вспомнить отчество Егора. Но тут в памяти всплыл разговор с официанткой из кафе «Глория», и Вера выпалила:

— Иванович!

— Дата рождения?

— Я только год знаю.

Следователь снова вздохнул.

— Давайте год.

Вера назвала год.

Васюков записал и, сняв трубку стационарного телефона, позвонил дежурному:

— Здорово! Это Васюков. Пробей мне по адресному бюро: Березин Егор Иванович, тысяча девятьсот девяносто второй… Нет, это всё… Хорошо, жду.

Степан и Вера пристально смотрели на него, с нетерпением ожидая услышать, что же там ответит дежурный. Вера даже машинально подошла ближе.

После двухминутной паузы, проведённой с трубкой у уха, следователь поблагодарил дежурного и, приподняв одну бровь, сообщил:

— Нет у нас такого.

— Как нет?! — воскликнула Вера.

— Березиных Егоров Ивановичей по области целых семнадцать штук, из них два в Рязани. Но никто из семнадцати не подходит по возрасту.

— Но я же его сама видела, вот этими вот глазами!

— Могли обознаться.

— И страница у него есть в социальной сети.

— Олег, давай на твоём компьютере посмотрим, — предложил Степан.

Васюков нехотя уступил своё место Вере, и та быстро вошла в социальную сеть. Но, к её ужасу, никакой страницы Егора там не было, и на поисковый запрос сеть отвечала: «Пользователь не найден».

— Но этого не может быть! — воскликнула Вера. — Я же только утром с ним переписывалась. Вот смотрите!

И она открыла мессенджер. Переписка действительно сохранилась, в том числе и сообщение от Егора.

— А что за видеозапись он от вас требует? — спросил Васюков, заглянув в экран монитора.

— Понятия не имею, — ответила Вера.

— А если подумать?

— Я уже спрашивал, — вставил Степан.

— А я уже отвечала — нет у меня никакой записи и никогда не было.

— Ладно, закрывайте всё это, — сказал Васюков, махнув в сторону монитора.

Вера вышла из сети и встала из-за стола.

— Ну вот! Я же говорил, что всё это — бред, — явно довольный собой, заявил следователь, усаживаясь на своё место. — Так что, господа, ничем не могу вам помочь. Преступников нет, жертвы тоже. Значит, и никакого преступления нет, правильно?

— А как же мой сын, мой папа? — напомнила Вера. — Сашку ведь похитили, а папу избили.

— Опять двадцать пять. Мы с вами это уже проходили. Вы же не видели, кто его избил, так? И с похищением то же самое. Кто-то видел, нет?

— А Иртыш? — вспомнила Вера.

— Какой Иртыш?

— Наша собака, которую застрелили.

— Экспертиза была? — поинтересовался Васюков.

— В каком смысле?

— Ну, пулю извлекли? Дактилоскопию, биоэкспертизу, баллистическую провели?

— Нет, — растерянно проговорила Вера.

— Тогда с чего вы взяли, что вашу собаку застрелили?

— Но ведь он был ранен!

— Может, он сам на что-нибудь напоролся.

— Но там была полиция, и они сказали…

— Ну, вот видите! Там уже была полиция — местная. И они уже этим всем занимаются.

— То есть ничего нельзя сделать? — решил уточнить Степан.

— Сделать можно всё, Стёпа. Ты только скажи, что конкретно?

— Ну… я не знаю.

— Вот и я не знаю. Если будут какие-то факты — только, пожалуйста, конкретные, а не просто слова, — милости прошу, будем разбираться. А пока…

— Ясно. Ладно, Вера, пойдёмте. Спасибо, Олег. Извини, что побеспокоили.

— Да ничего, — отозвался Васюков, снисходительно улыбнувшись и неопределённо махнув рукой.

— Да, телефончик свой дай, а