Записки кельды - Саламандра и. Дракон

и сразу мы хотим расставить все точки над и, чтобы не было кривотолков, недоразумений и обид, − хотелось что-то перебирать и комкать руками… рассердившись на себя за эту нервозность, я заставила руки спокойно опуститься вниз, − Сегодня утром мы с мужем выступили с публичным заявлением, в том числе через телевидение, о том, что мы берём под защиту определённые земли и проживающих на них людей.

Вова поднялся со своего чурбака:

— Фактически мы на полном серьёзе объявили себя бароном и баронессой земли, которая будет носить имя Белого Ворона. Это значит, что мы будем защищать людей нашей земли́, их права, их жизнь, честь и их имущество любыми доступными нам способами. Вплоть до собственной жизни. В свою очередь, это же обозначает, что мы ожидаем от наших людей по отношению к нам: безусловного признания главенства, личной преданности, честности и искренности в отношениях. Всё, как в благородных рыцарских романах — отношения, построенные на клятве чести.

Мы будем прислушиваться к вашим словам и советам, но последнее, решающее слово всегда будет оставаться за нами. Это первое. Если кого-то не устраивает такое положение дел — уйдите сейчас, сразу, стройте свой новый мир, как нравится только вам.

Второе. Мы не видим способа выжить и крепко встать на ноги, ведя отдельные хозяйства и живя каждый своим двором. Потом — да, конечно. Но первые три, пять лет, может быть больше — я не знаю — мы будем выживать, можно сказать, колхозом. И всё ваше имущество, кроме сугубо личных вещей, станет фактически общим. И в этом мы делаем первый шаг — ожидая того же от вас. Позже, когда будет выстроена крепость и мы усилимся настолько, что защита Белого Ворона будет распростёрта не только на близлежащие территории — вы сможете уйти на вольные хлеба, взяв с собой столько же, сколько у вас было, а может и больше. Я думаю, что мы, всем миром, будем помогать вам: отстраивать поселения, расчищать поля. Но пока — коммуна под управлением барона. Если кто-то против — я настаиваю, чтобы эти люди покинули нашу землю. Поймите: мы не обидимся, не сочтём этих людей врагами, не будем строить козни. Просто это значит, что нам не по пути. Наш новый мир огромен, и каждый идёт в нём своей дорогой.

Барон (теперь уже в полном смысле слова барон!) сел, а я обвела глазами ряд ожидающих лиц:

— К сегодняшнему вечеру будет готов текст нашей взаимной клятвы. И мы её заключим. Я хотела бы услышать ваше слово.

— Госпожа кельда! — Марк поднял руку, — Господин барон! Эльфы давно всё решили. Мы с вами, навсегда.

Эх, молодость, максимализм!

— Да и мы с вами! — встал Степан, — А то что же: как помощь принимать − так мы рады, а как самим помогать — в кусты чтоль побежим? Не-е-ет, товарищи, такому не научены.

Вокруг загомонили. Я похлопала в ладоши.

— Тише, прошу! Я повторяю ещё раз: мы настаиваем, чтобы к вечеру на острове остались только те, кто согласен дать клятву и заключить союз верности. Вечером мы посадим мэллорны и станем единым кланом. Фактически — одной семьёй… — я постаралась унять бешено колотящееся сердце, — Ещё один срочный вопрос: нужен человек, хорошо умеющий рисовать, — поднялись две руки, — Хорошо, вас прошу задержаться, остальные могут вернуться к прерванным занятиям.

РАЗМЫШЛИЗМЫ

Вова пошёл делить фронт работ между мужчинами, а я осталась с художниками:

— Ребятушки, с именами у меня плохо, напомните, пожалуйста…

— Лэриэль, — волосы у девушки были нежно-розовые, — Можно просто Лэри.

— Колегальв, Коле.

— Мудрёно, чё сказать.

— Это на синдарине, языке лесных эльфов, — розовея остренькими ушками пояснила девочка, — На самом деле просто: мы в основном имена выбирали, чтобы на наши первые было похоже. Лэриэль — потому что я Лариса. Лари — Лэри.

— А Коле — потому что Коля?

— Угадали.

Вот так попутно я выяснила, что:

Маша имеет эльфийское имя Маэтрил, коротко — Маэ,

Аня — Анариэль (в обиходе успешно редуцирующееся до Нари),

Лика — Тиликалад,

Лена — Ориэлин (Элин),

Таня — Истаннэ (Танэ),

а Марк — Амаркондир; был ещё мальчик, немножко выбивающийся из общей парадигмы — Глирдан, — этого парня помню, всё время на гитаре играет, — Дан, если коротко. А по паспорту — Данил. Глирдан — значит «бард». Поня-а-атно.

Коля оказался вполне сложившимся художником, предпочитающим карандашный рисунок, тушь или ручку. Родители прочили ему карьеру архитектора, и парень последние пять лет профессионально натаскивался у весьма неплохих преподавателей. Лэри, закончившая второй курс художественного училища, наоборот отдавала предпочтение акварели, пастели или акриловым краскам.

— Так, ребята. Техническое задание у меня для вас такое: нужны зарисовки, много: остров, портреты, люди в работе, как мы устраиваем лагерь, природа вокруг, наши животные — рисуете всё подряд! Все художественные материалы, какие у меня есть — в вашем распоряжении. В ближайшие дни подумайте и напишите — что ещё надо прикупить, мы поедем и оставим заказ. Каждый день минимум три часа тратите на это. Идеально — полдня. Если нужно — и весь день! Время выбираете разное: утро, день, вечер. Пусть даже ночь будет, по памяти, наверное — но быть должна. Это — наша новая история и наше лицо для всех заинтересованных. Поэтому — на вас огромная ответственность! Начать я прошу прямо сейчас. Через пять дней мне нужны рисунки, чтобы из них можно было несколько выбрать и опубликовать — в интернете, например.

Кажется, прониклись. Выдала материалы и пошла искать Вову.

Муж нашёлся под навесом с инструментами, терзаем тяжкой думой: как распределить шесть лопат на тринадцать человек?

— Ну и что ты мучаешься? Выдай лопаты, а остальные пусть сходят черемши наберут, пока она не изросла. Просто покажи — где. И детей пусть с собой возьмут, нечего им привыкать болтаться.

— Любимая, ты — ГЕНИЙ!

— Будешь надо мной издеваться — стукну. Давай скорее, у меня к тебе ещё дело есть.

Мы выбрали три места для трёх орешков мэллорна (всё время на оставляет меня настойчивая ассоциация с «Тремя орешками для Золушки», блин!); итак, места: