Магия обреченных - Варвара Клюева

В полном соответствии с ожиданиями владыки на физиономии мага появилось такое суровое и чопорное выражение, словно Кармал предложил ему побегать среди бела дня нагишом по дворцовой площади. Тонкогубый рот превратился в прямую щель, седые мохнатые брови сползли к переносице. Казалось, старик вот-вот даст волю гневу, но когда он заговорил, голос его звучал спокойно, хотя и неприязненно.

– Я занимаюсь магией больше двух с половиной веков. Надеюсь, никто не посмеет сказать, что я не преуспел в своем деле. Во всей Горной стране найдется не больше двух-трех магов, искусство которых сравнится с моим. Не стану утверждать, будто в совершенстве владею всеми известными магическими навыками, – это попросту невозможно. У каждого из нас, сгорнийских магов, своя специализация, и мы затрачиваем дюжины и дюжины лет – два, три, а то и четыре человеческих века, – чтобы достичь в ней определенных высот. Но в одном я уверен… Точнее, – поправился маг, – был уверен до сих пор. Мне, как и всякому Верховному лорду, знакомы хотя бы азы любой магической техники, используемой в нашем мире.

– Включая магическую технику нагорнийских ведьм? – уточнил Кармал.

– А! – пренебрежительно отмахнулся лорд Региус. – Простенькие фокусы, практикуемые вашими ведьмами, имеют не большее отношение к магии, чем детские куличики к высокому кулинарному искусству.

«Высокомерный засранец! – усмехнулся про себя Кармал. – То-то тебе с твоей высокой магией не удается проникнуть в мысли Алмели. А ведь она даже не ведьма, а всего лишь дочь ведьмы…»

– Ну так вот, – продолжал маг. – О технике, которую применила Хайна в случае с раненым мальчиком, я никогда не слышал. Более того, не могу припомнить ничего, что хотя бы отдаленно ее напоминало.

– И это вас пугает? – предположил владыка.

– Не мелите чепухи! – все-таки взорвался маг. – Для того чтобы испугать меня, нужно нечто куда более ужасное, чем сомнительный Дар какой-то соплячки! Я всего лишь несколько растерян, что вполне естественно в таких обстоятельствах. Если помните, первоначально предполагалось, что я буду руководить девочкой, когда – вернее если – у нее откроется Дар. Ну и как, по-вашему, я могу руководить тем, чего не понимаю? Кроме того, как вы давеча остроумно заметили, Дар Хайны – не совсем то, что требуется для наших целей. Я готов довериться предчувствию вашей хитроумной наложницы и допустить, что нужный нам Дар у девочки еще проявится. Но хотелось бы знать – когда? Вы, должно быть, понимаете, что последствия нашего… м-м… предприятия проявятся далеко не сразу. Пройдет не одна дюжина лет, прежде чем станет понятно, какие плоды сулит наш замысел. Если, конечно, Хайна сумеет исполнить возложенную на нее миссию. А что, если интересующий нас Дар проявится у нее к старости? Мы с вами просто не доживем до результата. Вы – потому что человеческий век короток, я – потому что почти исчерпал резервы, которые дает магическое искусство для продления жизни. Так стоило ли вообще затевать это дело, если нам не суждено увидеть финал?

– Откровенно говоря, я не совсем вас понимаю, высокочтимый лорд. Когда мы с вами, как вы выразились, затевали это дело, надежда на результат была ничтожной. Чем мы располагали? Единственной в своем роде легендой полуторатысячелетней давности, сведениями о вашем варварском обычае, требующем уничтожать сгорнийских младенцев, которые имели несчастье родиться бесцветными, да смутными слухами, будто одному из таких младенцев, возможно, удалось спастись. Каковы были шансы, что посетившая нас призрачная фантазия может сбыться? Практически никаких. И тем не менее вы не задумываясь поддержали меня в моем безумном начинании. Теперь у нас есть живая и здоровая девочка, внешне очень похожая на описание Белой девы. У этой девочки только что прорезался уникальный Дар, неведомый самым умудренным магам Гор. И именно теперь вы заявляете, что затевать это дело не стоило, поскольку мало надежды, что нам доведется увидеть финал. По-моему, это несколько непоследовательно.

Минуту или две лорд Региус молчал – видимо, подыскивал доводы в оправдание своего неожиданного уныния. А не найдя таковых, сердито проворчал:

– Не знаю. Может, вы и правы. Я старик, а старики склонны предрекать неудачи, дабы не слишком обольщаться надеждой. Да, теперь мы гораздо ближе к цели, чем были четыре года назад. Только разницы почти не видно – очень уж она далека, наша цель. А тут еще выясняется, что я не в силах ее приблизить. Я провозился с девочкой целый день. Я применил все известные мне техники глубинного проникновения. Я водил над ней своими айкасами, пока не падала рука. Потом дышал на них, протирал замшей и снова водил туда-сюда до мельтешения в глазах. Под конец я потрясал и щелкал Камнями, точно балаганная плясунья браслетами. И ничего. Ни единой искорки.

– Ну что же, – вздохнул Кармал. – Стало быть, нужно принять как данность, что мы не в состоянии влиять на магические способности Хайны. Придется подождать, пока Дар не проявится у нее сам собой.

– Не спешите сдавать эту партию, владыка. Еще не все потеряно. Есть у меня в запасе три средства, которые можно испробовать. – Старик нахмурился. – Видит оакс, мне бы очень не хотелось к ним прибегать – по разным причинам. Но деваться, похоже, некуда.

– Вы расскажете мне о них? – без особой надежды спросил Кармал, зная, как не любит лорд Региус посвящать посторонних в свою магическую кухню.

– Да. Мне понадобится ваша помощь, государь. Едва ли вам когда-нибудь доводилось слышать об этом, но в магическом пространстве существует место, называемое Кладезем. Никому не известно, кто, как и зачем его создал, да для нас это и не важно. Важно то, что туда попадают все знания и сведения, добытые посредством магии. Проникнуть в Кладезь практически невозможно – слишком уж хорошо это место защищено. Но все сгорнийские маги время от времени такие попытки предпринимают. Кому-то удается пробить одну защиту, кому-то – две или три, самым талантливым – до десятка. Только рано или поздно сдаются даже корифеи, потому как защитам этим несть числа. И вот я подумал: а нельзя ли одолеть их, объединив наши усилия? Нет, это я неудачно выразился. Мой план заключается в том, чтобы встретиться один на один с самыми одаренными и искусными магами Гор. Встретиться и попробовать вытянуть все, что они знают о преодолении этих защит. Возможно, обобщив их опыт, я сумею взять Кладезь штурмом. В случае удачи мы узнаем о Дарах Хайны, явных и скрытых, а также о способах воздействия на них все, что только можно узнать.

– А чем я могу помочь?

– Я как раз к этому перехожу. Трудность в том, что сгорнийские маги и лорды по природе своей одиночки. Они не лезут в чужие дела и никого не допускают в свои. Случаи, когда они объединяли силы ради какой-то общей цели, можно пересчитать по пальцам. И естественно, что у них, то есть у нас, не принято делиться друг с другом своими знаниями, опытом и прочими секретами мастерства. Смешно надеяться, что они добровольно захотят со мной пооткровенничать о своих техниках работы с защитами. Тайком покопаться в их головах, как я говорил, не получится. Равно как и воздействовать на них другими магическими средствами. При первой же такой попытке айкасы загудят, как земля под табуном, и засверкают ярче начищенной меди в лучах полуденного солнца. Так что действовать тут нужно хитростью. Через две – нет, уже через полторы луны – вся сгорнийская знать съедется на Большую встречу. Вы помните, конечно, что она проходит всего раз в дюжину лет, а потому собирает всех горных лордов, магов и учеников, которые способны добраться до Зачарованной рощи. Настроение на этих встречах царит праздничное, беззаботное. Едва ли можно придумать более удачное время и место для непринужденной беседы о тайнах магического искусства. Надеюсь, владыка, вы не откажетесь внести небольшую лепту в организацию этого праздника? В ваших садах со дня на день зацветет ликанетта, а до встречи как раз остается достаточно времени, чтобы бальзам из лепестков успел хорошенько настояться. Как мы знаем по опыту, ничто не развязывает языки сгорнов лучше, чем это дивное снадобье.