Не надо мне лгать - Уиллоу Роуз

Так было и сегодня вечером, когда она уложила детей спать и лежала в постели, ожидая, когда же придет сон. С улицы доносились звуки, и Мэри то и дело открывала глаза и смотрела в сторону окна. Когда она в очередной раз взглянула на окно, ей показалось, что она видит тень. Тень прошла мимо, и Мэри решила, что это, видимо, просто кто-то шел по тротуару вдоль ее дома, и снова закрыла глаза.

«Баю-бай, глазки закрывай, поскорее засыпай».

Наконец Мэри задремала и вскоре уже тихонько похрапывала. Она не услышала, как открылось окно и пара очень грязных туфель приземлилась на ковер. Но когда ее имя прошептали прямо ей в ухо, она в ужасе открыла глаза – и как раз в этот момент почувствовала, как чьи-то пальцы все крепче сжимают ее шею.

Глава 57

– Пожар!

Едва я ступила на порог дома, как ко мне с этим криком подбежал Алекс. Я схватилась за сердце.

– Алекс! Как ты меня напугал!

Сын еще с минуту размахивал своим игрушечным топориком и издавал звуки, имитирующие звон разбитого стекла, а затем исчез.

– О, класс, ты дома, – сказала Кристина, когда я вошла на кухню и положила свой ноутбук. Дочь ела хлопья. – У нас закончилось молоко. Опять, – сообщила она, протягивая мне пустую канистру.

– Потрясающе, – ответила я, выкидывая тару в мусорное ведро.

– Чистая одежда тоже закончилась. У нас всех.

Я кивнула и села на табурет рядом с ней:

– Понятно. А как прошел день?

Она пожала плечами:

– Нормально.

– Как школа?

Она снова пожала плечами и посмотрела на телефон:

– Как обычно.

Я кивнула и взглянула на часы. Я еще успею в супермаркет до ужина, и стирку запустить тоже успею.

– Папа сегодня звонил, – проинформировала Кристина таким тоном, будто это было самой обыденной вещью в нашей жизни.

Мои брови буквально полезли на лоб:

– То есть?

– Он мне позвонил. Из Греции. Сказал, что через два дня возвращается. Он хочет нас увидеть, когда вернется. Мы можем к нему поехать в следующие выходные?

– Он хочет с вами увидеться? – переспросила я слегка в шоке.

– Именно это я и сказала, – раздраженно ответила дочь.

– Ну, я просто…

Я прикусила язык. Не могла же я на самом деле сказать ей, что думала, будто он больше никогда не захочет их видеть, – это было глупо. Сейчас я это понимала. Конечно, он захочет с ними видеться время от времени по выходным и на каникулах. В конце концов, он их отец. Они когда-то были центром его жизни. Чего он больше не хочет, так это груза проблем, всех тех ежедневных хлопот, связанных с заботой о них.

– Так мы сможем поехать?

– Конечно, – ответила я.

Кристина улыбнулась:

– Супер. Мне не терпится его увидеть и услышать его рассказы о поездке. Как ты думаешь, он нам что-нибудь купил?

Я кивнула:

– Уверена, что купил.

Она улыбнулась:

– И я на это надеюсь.

Кристина доела хлопья и вышла из кухни, продолжая играть в какую-то игру на телефоне. Я улыбнулась и только было собралась отправиться в супермаркет, как мне позвонили из школы Алекса. Такие звонки никогда не предвещали ничего хорошего. Я ответила:

– Ева Рэй Томас.

Это была учительница Алекса, мисс Мелани. Ее голос звучал очень серьезно, и я уже начала морально готовиться к тому, что мог натворить Алекс.

– Нам нужно поговорить, – сказала мисс Мелани. – Вы сможете подъехать завтра? Например, к одиннадцати часам.

Я сглотнула слюну и почувствовала, что мои ладони внезапно стали липкими. Я прекрасно знала, что Алекс не самый легкий ребенок, и боялась представить, во что он там еще влип.

– Конечно, – ответила я. – Могу я спросить, о чем пойдет речь?

– Я бы предпочла это обсудить при личной встрече. До завтра.

Я положила трубку, чувствуя себя так, будто меня только что вызвали в кабинет директора. Я вздохнула и зашла к Кристине, попросив ее присмотреть за младшим братом, пока я съезжу в магазин. Выходя за дверь, я написала Оливии сообщение, в котором спросила, чем она занимается, почему ее еще нет дома, и получила ответ, что у нее тренировка по волейболу и что мне пора бы уже знать такие вещи.

Глава 58

Мэдди смотрела на буквы, нацарапанные на стене. Сидни.

Она не переставала думать об этой девочке. Кто это? Где она сейчас? Встретилась ли со своей мамой? Вернулась ли к друзьям, в школу, к нормальной жизни? Мэдди отдала бы все на свете, лишь бы все снова стало как раньше. Она бы с радостью ходила в школу, даже зная, что встретит там Гарета с его оскорблениями. В любом случае это было лучше, чем то, что происходит сейчас.

Человек внутри ящика затих, и весь день оттуда не доносилось ни звука. Мэдди задавалась вопросом, что там происходит. Она несколько раз поскребла ящик снаружи, но ответа не последовало. Это было ужасно. Мэдди только нашла кого-то еще, поверила, что не одинока в этом страшном месте, как снова оказалась одна.

«Я хочу к маме. Почему он не отпускает меня домой?»

Мэдди задавалась вопросом, не было ли в этом ее вины. Могло ли это быть наказанием за что-то? Но за что? За то, что она разбила мамины часы и не призналась ей в этом? За плохие оценки в последнем табеле, который она подписала вместо мамы, потому что той не было дома? Или, скорее, потому, что Мэдди не хотела, чтобы мама видела эти оценки, ведь она разозлилась бы, она же так хотела, чтобы дочка добилась в жизни больше, чем она сама! Или, может быть, она виновата в том, что папа их бросил, а маме пришлось стать шлюхой? Так это называется, объяснили ей Гарет и его дружки. Грязная шлюха. Означает ли это, что Мэдди тоже грязная?

Мэдди всхлипнула, выглянула из-под повязки, и вдруг из-за двери послышался шум. Мэдди уже хорошо знала эти звуки. Шорох, шуршание, скрежет замков, скрип двери, и затем тяжелые шаги.

Она знала все этапы наизусть, и звуки эти наполняли ее величайшим ужасом. Мэдди вскрикнула и поняла, что не успеет вернуться в свой угол, поэтому просто свернулась в комок у противоположной стены. Шаги были решительными, но человек направлялся не к ней. Он подошел к ящику и остановился. Через узкую щель из-под повязки на глазах девочка увидела, как под ящик вставляют тележку, поднимают его и катят по ковру к двери. Мэдди приподнялась и ахнула, увидев, как ящик исчезает за дверью,