Дорога к Марсу - Антон Первушин

– Ну?

– Кто-то или что-то вступает с нами в контакт, когда мы находимся в измененном состоянии сознания, – продолжал Карташов. – Ты спишь. Я нахожусь в коме…

– А Жобан?

– Жобан тренировался. А, следовательно, впал в легкий транс. Обычное дело. Транс вызывают любые равномерно повторяющиеся движения.

– Допустим, – буркнул Аникеев. – Что дальше?

– Так вот… Наш партнер по Контакту, кем бы он ни был, подбирает к нам разные ключики. К Жобану – «галактические шашки». К нам – обитаемый Марс. Вероятно, будут и другие…

– Здравая мысль, – сказал Аникеев. – Если я сам дошел до этого, да еще и во сне… Впрочем, ты сказал «к нам»?

– Ну да! – подтвердил Карташов. – Я такой же субъект Контакта, как и ты…

– Но где доказательства?!

Карташов развел руками, всем своим видом говоря: «Вот же упрямец».

– Вот видишь!

Аникееву стало почему-то больно смотреть на растерявшегося астробиолога.

«В самом деле, чего я уперся как баран, – подумал он. – Радоваться должен, что хоть во сне вижу живого и здорового Карташова… Вот оно что… Больная совесть заговорила… Угробил подчиненного…. Да что там подчиненного – друга…»

Чтобы не смотреть в глаза Карташову, он начал разглядывать окрестности. Радуясь красочности и вещественности сновидения. Какой здесь воздух! Не рецеркулированное дерьмо, которым приходится дышать в корабле… А вода! Поспать бы подольше, может, успею еще искупаться? Осточертело это младенческое омовение… А небо!..

– Стоп! – сказал Карташов. – Придумал!

– Что?

– Доказательство!

– Я слушаю.

Аникеев пообещал себе, что не будет больше раздражаться, что бы он там ни наговорил.

– По ночам я несколько раз наблюдал третий спутник, – сказал Карташов. – Не исключено, что искусственный, так как движется он по полярной орбите. Как проснешься, командир, попробуй поискать его.

– Без проблем, – откликнулся Аникеев. – Над Марсом много чего крутится…

– Ты понимаешь, о чем я, – сказал на это Карташов. – Поищи чужой спутник. Ради меня!

– Хорошо, – буркнул Аникеев. – Я попробую…

– Командир!

Кто-то бесцеремонно потряс его за плечо. Аникеев с трудом разлепил веки.

«Булл? – вяло подумал он. – Тоже проснулся?»

– Простите, командир, – сказал американец, – но вы приказывали доложить по исполнении.

– А… да. – Аникеев уже очнулся. – Что там Земля?

– Земля в порядке, командир.

– А китайцы?

– Китайцы, если верить Хьюстону, тоже. Земля их видит!

– Так что же получается? – проговорил командир «Ареса». – Европейские сателлиты нам врут?

– Не в этом дело, командир, – покачал головой Булл. – Похоже, они просто потеряли «Лодку Тысячелетий».

– То есть?

– Хьюстон говорит, что китайцы продолжают ускоряться, хотя им давно пора перейти на торможение…

21

Прыжок лосося

Евгений Гаркушев

Если бы каких-то две недели назад журналисту Огневу сказали, что героиня его репортажа – или потенциальная жертва, что, в общем-то, одно и то же, – возьмет у него телефон, пообещает перезвонить, и он будет терпеливо ждать две недели, не особенно беспокоясь и не пытаясь выйти на контакт сам, он бы только рассмеялся. Волка ноги кормят.

Правда, от бескормицы Огнев не страдал. Очень кстати перу Семена подвернулось нашествие енотов-мутантов в Одинцовском районе Московской области. Существенно улучшил кредитную историю журналиста и заказ неизвестным доброжелателем, предположительно из экстремистской природоохранной организации, красной икры. То есть не просто красной икры, конечно, а материала о том, что в некоторых банках с икрой компании «Милый лосось» обнаружен холерный вибрион. Не какой-нибудь сложный нановирус, а грамотрицательная, факультативно-анаэробная подвижная бактерия рода Vibrio, отнесенная, что характерно, ко второй группе патогенности. Читатели пережевывали ошеломляющие данные и при виде икры стонали от ужаса и отвращения. А Огневу даже суд не грозил: результаты исследований были у него на руках. Может, конечно, и поддельные, зато с печатями и подписями. Доброжелатели постарались. И общественное мнение целиком было на стороне правдоборца.

После истории с холерной икрой Огнев чувствовал себя полезным членом общества и воспринимал обожание спасенных сограждан как должное. А в качестве бонуса экологам он намеревался через пару месяцев огорошить читателей информацией о том, что домашняя моль, поедающая меховые изделия, является основным разносчиком туберкулеза. Хотелось бы, конечно, найти под этот проект спонсора в виде фирмы – производителя недорогой, но качественной синтетики…

Словом, журналист был «на коне», и когда на экране служебного коммуникатора отобразился неизвестный номер, а из динамика послышался глубокий, чувственный женский голос, Семен ничуть не удивился. Он приосанился, включил функцию видеофона – благо, был он не в захламленном кабинете и не на заполненной грязными тарелками кухне, а в салоне своего нового автомобиля – и проникновенно улыбнулся в камеру коммуникатора.

– Здравствуйте! Мне нужна ваша помощь. – На экране видеофона появилась эффектная брюнетка. Большие глаза, стрижка каре, накрашенные темно-вишневой помадой губы…

– Всегда готов, прекрасная леди, – отозвался Семен, соображая, что может быть нужно от него такой женщине.

– Вы меня не узнали?

– Кхм… А мы встречались?

– Да. Причем в интимной обстановке.

Огнева даже в жар бросило. Какие-то проблемы? Да кто же она?!

– Я жена космонавта Карташова, – представилась брюнетка.

– Ах, извините, Яна…

Огнев мгновенно вспомнил и огромного паука, и почти голую молодую даму на кровати, и свой нереализованный космический проект.

– Приезжайте сегодня вечером, – просто и с достоинством заявила Яна, словно зная: отказа быть не может. – Адрес вы помните.

– Если циновка была постлана неправильно, Учитель на нее не садился, – торжественно заявил Ху Цзюнь. – Наша циновка оказалась постлана правильно.

– Только узнали мы об этом спустя недели, – недовольно фыркнул Чжан Ли. – А если центр ошибся в расчетах?

– Есть люди, которые, ничего не зная, действуют наобум. Я не таков. Слушаю многое, выбираю лучшее и следую ему; наблюдаю многое и держу все в памяти – это и есть способ постижения знаний, – ответил командир «Лодки Тысячелетий».

– Ты опять дословно цитируешь Конфуция?

– Да. Мы должны придерживаться традиций и выполнять свой долг. Я верю данным, полученным с зонда. Расчеты окажутся верны. Мы обгоним золотой парусник большеносых.

– И врежемся в Красную планету.