Чужое сердце - Кирилл Клеванский

Ну и последний уровень – разумный, обладающий поистине невероятным количеством силы, опыта и умений для того, чтобы удержать в руках посох повелителя. Колдунья часто упоминала этих самых повелителей. По ее словам, их ровно столько, сколько искусств в магическом ремесле. Мало кто знает, где эти ребята находятся, так как все они «немного» не здоровы на голову и избегают людского общества. Про них рассказывают легенды, байки и тому подобное, но никто не в курсе, что нужно сделать, дабы преодолеть пропасть, лежащую между архмагистром и повелителем, и кто именно вручит тебе посох, символ власти. Короче, все считают это старинной былью, которая служит мотивацией для сильнейших волшебников, дабы те не костенели и продолжали развиваться.

Таким образом, Добряк бы на меня сейчас чан кипящей воды вылил и был бы прав. Нападать на старшего адепта – это все равно что пытаться ножом вскрыть броню танка. Сам наставник лишь пару раз выполнял магов, но все они недалеко ушли от неопытных выпускников. С другой стороны, за свое дальнейшее путешествие можно не беспокоиться – в такой компании и армии демонов не страшны.

– Что, ожидали от меня чего-то большего? – подначил я девушек. – Уж простите, не принц, не дворянин, магом тоже не являюсь, да и вообще безотцовщина.

Ройс безотцовщиной не был, но фамилию я себе так и не придумал. Как-то времени не было, да и особой нужды тоже.

– Послушай, ты можешь нас не благодарить, но хоть какое-то уважение должно присутствовать! – крикнула раскрасневшаяся Свата. От такого резкого перехода я чуть не свалился в снег. – Тебе жизнь спасают, а ты издеваешься!

– Да не издеваюсь я.

– Ну-ну, – хмыкнула Сильверстоун. – В следующий раз не забудь снизойти со своих высот и все-таки скрыть каналы, чтобы хоть как-то сойти за обычного человека.

Я долго доходил до нужной кондиции. Сперва попытался понять, какие это такие «мои высоты». Нет, я, конечно, высокий, но смысл тут явно в другом. А потом, когда мозг пережевал первую часть предложения, начался штурм второй. И здесь меня проперло. В итоге я все же свалился с лошади, увлекая за собой Сильвию, и долго смеялся.

– Может, он чертильщик? – почти испуганно предположила Таисия.

Когда меня отпустило, а командирша перестала бить одного попаданца по ребрам, я ответил:

– Да не маг я никакой! Только полсезона назад инициацию прошел.

Девушки переглянулись, а командирша бесцеремонно устроилась у меня на животе.

– Кажется, мы стали жертвами одного большого недоразумения, – сказала она.

– Не то чтобы большого, – прыснула целительница, – но точно недоразумения.

И смех накрыл теперь уже девчонок, а я пытался выбраться из-под заливающейся магини. Когда все успокоились, было принято решение продолжать движение. Как истинный джентльмен я помог Сильвии забраться на лошадь, хоть это и выглядело довольно глупо. Девушка кивнула и, в свою очередь, вновь протянула мне руку. Жест я оценил и забрался на круп одним прыжком. Девушки хмыкнули, но смолчали.

Все-таки нравится мне здешняя природа. Прямо как дома. Те же деревья, припорошенные снегом, тот же воздух, морозный, но не особо. Легкая качка, освежающий ветер и девушка в объятиях… Если бы я не так устал и тело болело хоть немного меньше, мысли ушли бы в другое русло. Но сейчас меня безжалостно клонило в сон. Пять минут я честно боролся с этой напастью. Увы, победить мне было не суждено. Подвернув капюшон плаща под щеку, я устроил что-то вроде подушки прямо на плече Сильверстоун.

– Ты чего удумал? – взвилась она.

– Совращать тебя буду, – зевая, ответил я. – Как проснусь, так сразу и совращу…

К вечеру мы, вернее, девушки и спящий я, добрались до Пьяных холмов. Любопытное местечко. Когда-то здесь сошлись в схватке все те же войска, наши против нимийцев. Результатом сражения стали холмы, которые, казалось, качались на ветру, до того сильно у них были искривлены очертания. И издалека действительно казалось, что они двигаются, словно пьяный рыбак, возвращающийся домой после вечерних посиделок в придорожном трактире.

С побудкой мне, как всегда, не везло. Никакого нежного женского шепота – просто внаглую спихнули с конячки в ближайший сугроб. Я ответил тем же – метнул три снежка, угодивших точно в цель. Оценив физиономии компаньонш, я галантно, насколько позволяли манеры, откланялся и отправился в рощицу за хворостом. Правда, по дороге пришлось увернуться от булыжника, по форме напоминающего здоровенный кулак вышибалы. Так я и назвал его – каменный кулак. Вообще придумывать названия тому, что видишь впервые в жизни, – довольно интересное занятие. Чувствуешь себя первооткрывателем. Как говорил Добряк, «зарождается дух приключений». И темным понятно, что выражался он иначе и в его речах на пять бранных словечек было всего одно цензурное, но я же воспитан в культурном городе.

Сбор горючего для костра не занял много времени, и если бы не барс, захотевший мною перекусить, все было бы просто сказочно. Но этот пушистый котяра, ощерившись острыми, как бритва, зубками, прыгнул мне на спину в самый неподходящий момент. Выхватить кинжалы я не успел, поэтому просто дубасил его латными перчатками. Он же, в свою очередь, пытался прокусить доспех. В итоге пришлось идти на мировую: кошак утопал, прихрамывая на две ноги, а я прикладывал снег к пострадавшему лицу и сворачивал драный плащ. Эх, не держится на мне одежда, горит нещадно. Так и разориться можно. Сначала куртка пострадала, потом казенная снаряга, теперь вот шмотки с чужого плеча гибнут. Что мне, в нудисты теперь записываться? В лагерь я возвращался раздраженный, израненный (в очередной раз, кстати), но все же держа в руках охапку хвороста. Девушки мой героизм не оценили. Они вообще сидели спиной к роще и грели руки над мерно потрескивающим пламенем.

– Магия, – сплюнул я и скинул хворост.

Поворчав еще немного, сел напротив волшебниц и уставился в костер. Мысли текли вяло. Иногда я морщился от боли. Спина еще не до конца зажила и порой напоминала о себе, да и ребра ныли нещадно. Ну и не стоит забывать про пятую точку, на которую я все-таки нашел приключения.

– Это кто тебя так? – спросила подсевшая Таша.

– Кошки подрали, – буркнул я.

Целительница тут же закрутилась вокруг пострадавшего, выудила какие-то скляночки с дурно пахнущим и жгущим содержимым.

– Не дергайся, – тоном заправского костолома приказала волшебница, нанося на раненую щеку очередной мазок.

Через пять минут все было закончено, и единственным напоминанием о схватке с барсом служил аккуратно свернутый плащ. Если что, пущу его на бинты.

– И что же ты в наемниках делаешь? – спросила Свата, помешивая кашу в котелке.

– Всего помаленьку, – пожал плечам я. – Собственно, как и все. Что нам служивые укажут, то и сделаем.

– Да я не о том, – отмахнулась лейтенант и попробовала варево. Судя по сморщенной мордашке и по тому, как резво в котелок полетели травы и специи, вкус явно не отличался изысканностью. – Если ты одаренным был, что же в Академию не пошел?

Я внимательно посмотрел на волшебниц, но так и не понял, издеваются они или все и впрямь так запущено.

– А где бы я взял пять сотен золотом?

Теперь на меня точно таким же взглядом смотрели девушки.

– Подался бы к какому-нибудь старшему мастеру, он бы оплатил твое обучение, – сказала Сильвия. – А потом выкупил бы контракт. Так большинство простолюдинов и поступают.

– Но в чем польза от такого самому мастеру?

– Да много в чем. Главное – для продвижения на следующую ступень. Ну и по мелочи тоже – половину заработка, пока не выкупишься, уплачиваешь мастеру, да и чем больше таких учеников, тем больше уважения самому магу. В своем кругу его будут считать опытнее, сильнее и богаче.

– И как же определяют, кто чей ученик?

– Печать на ауру ставят – и все дела.

От одного слова «печать» я дернулся как от разъяренной костяной пантеры.

– Что, гордость не позволяет? – насмешливо прищурилась Сильверстоун.

Пока я обдумывал ответ, заметил, что Таша, до крови прикусив губу, во все глаза смотрит как будто сквозь меня. Так же смотрели граф и парень на воротах Академии.

– Ага, – кивнул я и стал стелить себе постель. На снег покидал хворост, все это дело накрыл изрезанным плащом и поверх конструкции водрузил спальник. – Именно она и не позволяет.

Всем своим видом показывая, что на дальнейший разговор не настроен, я залез в постель и моментально заснул, забывшись в мире снов.

Сильвия Сильверстоун, командир

диверсионного отряда «Слепые кошки»

Сильвия смотрела на спящего парня и не понимала, что ей думать о нем. При первой встрече волшебница приняла странного разумного за дикаря, но вскоре выяснилось, что это довольно образованный и достаточно симпатичный молодой человек. Когда же Таша принялась за лечение чужака, капитан стала сильно сомневаться в своих выкладках. Тело изрезано тонкой сеточкой старых шрамов, поверх которых лежали совсем свежие рубцы. Когда ее взгляд упал на плечо раненого, все, казалось бы, встало на свои места. Обычный наемник, каких много. Но все с ног на голову перевернула та же Таша, когда заявила, что найденыш – маг. Что тут началось! Были воздвигнуты «щиты», подвешены смертельные плетения и много чего другого.