Песец подкрался незамеченным - Михаил Михеев

Теперь ошарашено молчал уже Ковалев. А вот Шерр, напротив, рассмеялся:

— Вась, а ведь мы недооценили девушку. Я же говорю — наш человек, а?

— Да уж…

Ковалев был обескуражен — такого облома он не ожидал. Конечно, всякое бывает, но когда такая вот сопля выставляет тебя если не идиотом, то уж надутым индюком, гордящимся мнимыми тайнами… А оказывается, что это — секрет полишинеля. Не страшно, но неприятно, а главное, непонятно, что делать дальше. Именно это он и озвучил одним коротким, тоскливым вопросом:

— Ну и что мне теперь с тобой делать?

— Может, законопатить ее в тюремный блок, в одиночку, да там и забыть?

Ковалев открыл было рот, дабы возмущенно ответить на реплику доктора, но, увидев веселый прищур его глаз, захлопнул обратно. Шерра, похоже, откровенно забавляла ситуация — во всяком случае, улыбался он вполне искренне. Да и Дайяна тоже улыбалась — видать, моментально сообразила, что ничего ей не грозит, и теперь позволила себе по-настоящему расслабиться… М-дя, а у девчонки крепкие нервы… Ладно, сейчас малость сбросим ей апломб.

— Ну, раз уж ты в курсе… Скажи, кто конкретно был твоим предком?

— Не знаю, — Дайяна равнодушно пожала плечами. — Это было слишком давно и всегда воспринималось, как легенда. Ну и отношение к этому было соответствующим.

— То есть, история имен не сохранила? А вот я могу сказать, кто, причем с гарантией. Твоим предком был дедушка последнего императора. Шерр, как там его звали? Не помнишь? Да и плевать, в общем-то, хотя звали его Дирай пятый. Стыдно, док… Но это, если честно, непринципиально — ничем особым этот конкретный король себя не запятнал, ни хорошим, ни плохим. Одно точно — ходок он был еще тот, особенно в молодости, об этом легенды ходили и даже в официальной истории о его романах упоминается. За что, кстати, снискал себе уважение в народе, типа наш император — настоящий мужик! Бастардов он наплодил, надо полагать, немало, хотя наверняка и от других императоров потомков найти можно. А теперь к сути дела. Твоя семья, формально, конечно, и в самом деле могла претендовать на престол. А нам нужен наследник этого самого чертова престола.

— Зачем?

— Дайяна, мы ведь, по сути, никто — наемники… Мы можем восстановить империю территориально, у нас достаточно для этого и кораблей, и пушек, В принципе, это проще всего, особенно если перестать миндальничать со штурмами и десантами. Да-да, и не смотри на меня так, десант — очень щадящая для мирного населения тактика, в нынешней ситуации разумнее всего при первом намеке на сопротивление производить орбитальную бомбардировку. Правда, при этом потери среди населения возрастают на два порядка. Так вот, мы можем восстановить контроль над территорией, посадить на престол своего человека. Неважно, будет это крутая личность или шестерка, этакий попка, сидящий на телефоне и оглашающий ЦУ, которые мы будем ему выдавать. Результат все равно будет один — очень скоро начнется борьба за власть, потому как формально на престол после такой катавасии сможет претендовать кто угодно. Удержаться наш ставленник, возможно, и удержится, но крови будет… Оно надо? Любой империи нужен император, причем законный император, это удержит государство от многих катаклизмов.

— То есть, вам нужен коронованный козел отпущения. И вы предлагаете сию почетную миссию мне?

— Ты не права дважды. Не козел отпущения, а император. Подтирать ему сопли и подтягивать штаны мы не будем — если честно, лично у меня чуточку другие планы. И тебе эту миссию мы доверить не сможем при всем желании — престол женщиной не наследуется, этот закон в империи соблюдали неукоснительно. Конечно, крутые времена требуют крутых решений, но лучше пусть эти решения будут незаметны для окружающих.

— Тогда что?

— А будешь ты у нас пугалом.

Вот теперь девушка обалдела окончательно. После чего выразилась в том смысле, что за пугало можно и в лоб получить. Ковалев улыбнулся — как только почувствовала себя равной среди равных (ох и опасная это иллюзия, если вдуматься), так сразу же начала характер показывать. Характер — это хорошо, конечно, но зачем же грубить старшим по званию? Именно это он и постарался донести до девушки, ни разу не сорвавшись на ругань, зато внушительно похлопывая по столу тяжелой дланью. Дайяна прониклась, или сделала вид, что прониклась, такие нюансы Ковалева, в общем-то, не интересовали.

После восстановления статус-кво, адмирал популярно объяснил девушке, что он имел в виду. На самом деле, все было достаточно просто — сама Дайяна трон наследовать не могла, зато ее сын — запросто, на сей счет, в случае отсутствия законного наследника, никаких формальных препятствий не существовало. Конечно, наследника не было еще даже в проекте, но это Ковалева как раз и не волновало — ну, будет Дайяна называться не императрицей, а регентшей, ничего страшного. Но главное было даже не в этом. Просто само наличие девушки, с учетом развития ситуации с престолонаследованием, служило для остальных претендентов, если они найдутся, конечно, фактором устрашения. По принципу: если не договоримся, то идите на фиг, у нас жизнеспособный вариант и без вас есть. Конечно, вряд ли кому-то это особенно понравится, но во все времена как раз «кого-то» никто и не спрашивает. Сговорчивее быть в любом случае придется, только и всего. Особенно если будут понимать, что при нужде убить — не убьют, но пальцы оттопчут.

В ответ на последнюю реплику Дайяна с интересом поинтересовалась: а почему не убьют-то? Из-за того, что в предках императоры были? Так ведь кровь-то у всех красная, и прецедент уже имеется.

— М-дя, политика — дело грязное, — прокомментировал Шерр, внимательно наблюдая за реакцией Ковалева. На лице адмирала появилось на мгновение выражение легкой брезгливости, но тут же исчезло — мимикой супер владел неплохо. — Мы ведь, мадемуазель, не политики, мы — солдаты. Одно дело убить человека в бою, другое — ткнуть ножом из-за угла. Своя этика, так, наверное, правильнее всего сказать.

— Но этих… Которые подняли мятеж при вашем появлении и ударили нам в спину, их-то вы, будем называть вещи своими именами, именно так и убили.

— А это были и не люди, — спокойно ответил Ковалев. — Либераст — не человек.

— Оригинально. Значит, вы делите своих противников на людей и не людей?

— Да, к нелюдям относятся такие вот предатели. Ну, еще всевозможные маньяки, извращенцы…

— Ясно. Ну, в таком случае, я согласна.

«Вот незадача, — подумал Ковалев, — а ведь это она нас опять проверяла. Блин, развела, как лохов. И кто, интересно, в результате командовать будет»? А вслух сказал:

— Кстати о не людях. Что это за ящероподобные пакости вместе с твоим э-э-э… братцем нам попались? Горят они неплохо, но и сами стреляют метко.

— Не знаю, — пожала плечами Дайяна. — Точнее, знаю, но немногое. Наше государство граничит… Граничило не только с человеческими анклавами, но и с цивилизациями внешнего космоса. Но нам повезло — нам попались мирные соседи, хотя этих ящеров среди них не было. Они появились меньше года назад, сами вышли на контакт. Их корабли немногочисленны, но, по слухам, лучше наших.

Девушка замолчала на секунду, и Ковалев тут же воспользовался моментом:

— Что их корабли по сравнению с вашими весьма неплохи, мы и сами уже убедились. Ты лучше скажи, какие силы они могут реально выставить.

— Я же говорю — не знаю. Брат сам вел с ними все дела. Единственно, что их планета где-то далеко, потому что даже наши соседи с ними ни разу не пересекались.

— Ясно. То есть, никакой информации…

— Единственно, брат называл их Адерами. Возможно, это их самоназвание.

— Ну, хоть что-то. А те корабли, которые не так давно вошли в систему и которые мы расстреляли?

— Не знаю, меня никто не предупреждал.

— Все страньше и страньше, как сказала Алиса…

— Кто?

— Неважно, потом объясню.

Ковалев встал, прошелся по комнате, разминая ноги. Так уж получилось, что лучше всего ему думалось именно тогда, когда он двигался. Привычка такая, что ли. Ситуация ему не нравилась совершенно. Одно дело принимать участие во внутричеловеческих разборках и совсем другое — схватиться с противником неясного пока потенциала. В том, что схватка будет, он ни капли не сомневался — слишком уж невероятным выглядел случайный заход в систему четырех кораблей, один из которых был, несомненно, боевым, а оставшиеся три обладали огневой мощью, сравнимой с его линкором. Если эта троица — мирные суда, пришедшие с самыми добрыми намерениями, то можно заранее начинать вешаться.

Итак, что мы имеем? А имеем мы то, что имеют нас. В наличии куча противников известных, мелких и слабых — это осколки человеческой империи. С ними справиться не то чтобы легко, но и не сложно, скорее, затратно по времени. Имеется куча цивилизаций нечеловеческих, однако они то ли не слишком агрессивны, то ли слишком слабы для активных действий. Еще имеется один противник, о котором известно только название, а также то, что они могут строить корабли, по боевым возможностям сравнимые с имперскими эсминцами. Чуть потихоходнее, заметно менее дальнобойные орудия — но и только. Корабли-гиганты, вошедшие в эту систему, с большой долей вероятности тоже их. Вне зависимости от реальных боевых и технических возможностей этих кораблей, сам факт, что чья-то цивилизация оказалась способной построить таких монстров, внушает уважение. И все — ни местоположения их планеты, ни каких-либо данных об их флоте. Даже неизвестно, к какому классу сами создатели относят эти корабли и когда они были построены. Вполне возможно, что это сто лет как устаревшее барахло, летающие лоханки, а где-то там, в неведомых глубинах космоса, стоит и готовятся к атаке корабли, намного более мощные, чем имперские. А может быть, и нет. И что прикажете делать? Гадать на кофейной гуще или рвать волосы на заднице от безысходности?