Не та девушка (СИ) - Пьянкова Карина Сергеевна

Не сказать, чтобы такой расклад мне хоть сколько-то понравился, однако я все еще должна была узнать, как именно перекрыть фэйри пути в мою комнату. Мысль о том, что пока я во власти сна, рядом может находиться посторонний — пусть и потусторонний! — мужчина, заставляла неврничать.

Когда мистер Кин уже шел по направлению к дому миссис Браун, преподобный не сводил с него тяжелого изучающего взгляда.

— Знаете, мисс Бет, я спокойно принял бы ваше ко мне отношение, учитывая все обстоятельства, однако ваше излишнее внимание к мистеру Кину — нечто из ряда вон выходящее, честное слово. Это почти оскорбительно. Тем более, Творец всемогущий, он же… — тут мистер Дарем смолк, встретив мой недоверчивый взгляд. — Будет забавно послушать, что вы скажете, когда все, наконец, раскроется.

Да, очевидно ничто на свете не сможет поколебать веру преподобного в то, что Джулиан Кин — нечисть. Завидное упорство, достойное много лучшего применения.

— Когда раскроется — тогда и поговорим, — угрюмо отвечала я, в душе оплакивая окончательно и бесповоротно испорченный день. — Лучше расскажите, как сделать так, чтобы шут не расхаживал по моей комнате как у себя дома.

Мистеру Дарему мигом расхотелось обсуждать Джулиана и мое к нему отношение.

— А он расхаживает? — настороженно и самую малость недоверчиво спросил священник.

Я тяжело вздохнула и кивнула.

— В комнате начали появляться вещи… которых никто туда не приносил, и все с особыми приметами. Его подарки.

Священник огляделся вокруг, убедился, что никто нас не видит, и уже после того потащил меня в ближайшую рощу. Я было хотела возмутиться, но знания о фэйри были слишком уж ценны, чтобы отстаивать сейчас свои принципы и протестовать против мужского произвола.

И только, когда мы вошли в рощицу, священник с облегчением выдохнул.

— Тут хотя бы не подслушают, — пробормотал мужчина и заметно расслабился. — Какая же нелепость, что фэйри — есть, а говорить о них нельзя.

Я огляделась, и мой взгляд скользнул по поляне, куда привел меня мистер Дарем.

— Взгляните, — указала я, — как забавно вышло. Грибы выросли кругом.

Действительно яркие алые шляпки обозначали границы круга. Вроде бы, конечно, для грибов было не время…

— Ведьмин круг! — охнул испуганно преподобный, отшатнулся — и тут же нас ослепила вспышка яркого света, который исходил прямо из центра этого круга.

Когда же я смогла проморгаться, то онемела от изумления: прямо там, посреди мухоморов откуда-то появился мужчина, настолько прекрасный, что красота мистера Кина меркла в сравнении с ним, как луна исчезает с восходом солнца.

Незнакомец был высок и строен как молодой тополь, локоны черных волос смоляным водопадом опускались ниже плеч, на ослепительно белом лице горели нездешним огнем зеленые глаза. И терновая корона венчала гордое чело…

Это совершенство стояло перед нами во плоти, облаченное в тончайшие шелка, и улыбалось… Никогда не доводилось мне видеть кого-то столь ужасающе прекрасного.

— Неблагой король, — прохрипел мистер Дарем и перекрестился. Точней, попытался перекреститься, но его рука тут же бессильно опустилась, стоило лишь темным бровям короля сойтись на переносице.

Я и сама не могла и пальцем пошевелить. Если на священника фэйри смотрел лишь секунду-другую, то меня взглядом буквально пригвоздил к земле. И я лишилась всяких сил.

— Не бойся меня, смертное дитя, — зажурчал завораживающий голос… Но тут мне в лоб прилетел желудь. Стало больно и обидно, и я зажмурилась, почувствовав, что снова хозяйка своего тела. Снова получив свободу, я мгновенно отвернулась для надежности.

Смотреть в глаза нечисти явно не стоило.

Отмерев сама, я на ощупь нашла руку преподобного и как следует ущипнула его, пытаясь вырвать Генри Дарема из тенет чужого и явно недоброго колдовства.

За спиной снова вспыхнуло — и дышать стало куда проще. Сразу стало ясно — король Неблагого двора удалился.

— Творец всемогущий, что это было?! — сипло выдавила я, дрожа от пережитого страха. — Вы же говорили, что после Белтайна фэйри Неблагого двора выйти не могут! И Хилл говорил о том же! Или теперь и этот к-король — подменыш?!

Под конец я сорвалась на позорный визг. Никогда не подумала бы, что кто-то идеально красивый, может вызвать практически животный ужас.

Генри Дарем схватил меня за руку, и мы понеслись прочь, вцепившись друг в друга как два испуганных ребенка, улепетывающих от страшного серого волка.

— А он и не вышел! — сбивчивым шепотом принялся объяснять произошедший кошмар мистер Дарем. Я внимала — в конце концов, священник явно понимал в произошедшем больше меня. — Только показался, хотя нам с вами и того хватило — едва не заморочил. Неспроста там ведьмину круг нарос — сторожил нас, мерзость этакая! Через ведьмины круги фэйри могут подглядывать в наш мир. Вот только чтобы сам король!.. Уму непостижимо! С чего бы ему лично показываться?!

У меня ноги то и дело заплетались, и не упала навзничь я только чудом. Викарий поддерживал меня под локоть, помогая не растянуться окончательно. Лишь благодаря ему удалось покинуть рощу.

— Но если тут и так шут, второй после короля, какого черта мы удостоились еще и монаршего внимания?! — совершено растерялась я.

Даже несмотря на то, что мы уже были далеко от опасного места, колени все равно дрожали. Утешало только то, что мистер Дарем был смертельно бледен. Значит, не одна я перепугалась.

Нервно сглотнув, преподобный ответил:

— Ума не приложу. И не понимаю, как вам удалось сбросить его чары. Это же… почти невозможно. Нельзя противостоять чарам короля фэйри!

Ах да!

— Мне в лоб прилетел желудь. Кто-то швырнул его и, наверное, со всей силы. Было чертовски больно!

Упоминание черта заставило поморщиться преподобного, но он не стал приставать с нравоучениями. Куда больше его заинтересовал тот факт, что кто-то еще был рядом с нами, кто-то еще все видел.

— Четвертый. Кто-то все это время следил за нами, Бет. Находился рядом. Вот только… — тут викарий замер, явно пытаясь прикинуть, кем же оказался таинственный спаситель. — Вот только кому могло прийти в голову помочь нам? Он как минимум должен был понимать, что происходит и как можно заставить вас очнуться от чар. А больше в Сеннене никто о фэйри не знает.

Тут я оживилась, осознав один простой факт, который прежде почему-то игнорировала.

— Миссис Мидуэл может что-то знать о фэйри! — воскликнула я.

Викарий посмотрел на меня с удивлением. Видимо, такое не приходило ему в голову.

— Понятия не имею, с чего вы это взяли, Бет, но… — со скептицизмом в голосе начал мистер Дарем, — вы правда считаете, будто миссис Мидуэл, эта благовоспитанная — и что куда важней! — пожилая дама смогла бы издали из кустов швырнуть вам что-то в лоб и попасть?

Стоило только поставить вопрос таким образом, как сразу стало ясно, что вряд ли моя хозяйка могла бы выкинуть нечто подобное. Да и почему бы ей не показаться уже после того, как помогла избежать опасности?

— Но тогда кто? Быть может, ваш брат? — назвала я еще одного кандидата, который пришел мне в голову.

Джордж Дарем мог предполагать, что его младший брат на самом деле говорил истинную правду. Мог он и помочь Генри в беде. В конце концов, они же родные люди.

— Джордж? — почти истерически хихикнул преподобный. — Да он мне стакан воды не подаст перед смертью! Это точно не он!

Мне оставалось только удрученно покачать головой. Как жаль, когда между родными братьями настолько ужасные отношения!

— Это какое-то безумие, — вздохнула я.

Глава 11 Откровения

О своих отношениях со старшим братом мистер Дарем так и не сказал ни единого слова, хотя, видит Творец, я действительно изнамекалась, желая понять их истинную природу. Даже мои домыслы о том, что капитан Дарем приехал, чтобы предотвратить женитьбу Генри, викарий и то никак не прокомментировал.

— Есть вещи, мисс Эверс, которые вас совершенно не касаются, — осадил меня окончательно вышедший из себя преподобный. Выглядело все так, будто мистер Дарем совершенно непреклонен в своем решении хранить семейные тайны до конца.