Хитники - Михаил Бабкин

– Какой ещё заговор, – отмахнулся бабай, – глупости, ей-ей… Федул, загляни-ка в мини-бар, может чего животворящего в нём найдёшь.

– Ба! – обрадовался гном, – слона-то я и не приметил, – кутаясь в полотенце, он принялся изучать содержимое холодильника.

– Между прочим, – понизив голос, сказал Глеб, – владелец белого ландо ни кто иной, как здешний палач для высокопоставленных лиц. Императорский экзекутор, как его тут называют.

– Плевать-смеяться, – с воодушевлением отозвался Федул, – э, полная фигня твой экзекутор по сравнению с тем, что я в баре нашёл! – он плюхнулся на диван с тремя жестяными банками в руках. – Держите. Какие-то малоградусные коктейли, пфе… Подростковое баловство, а не нормальная выпивка, но для аппетита сойдёт, перед походом в ресторан. А сейчас давайте-ка с местными новостями ознакомимся. – Гном сорвался с дивана, шлёпнул ладонью по хрустальному шару, будто муху прибил: на ходу раскупоривая банку, Федул вернулся на место.

Сфера медленно наполнилась сиреневой дымкой – точь-в-точь круглый аквариум, в который ненароком капнули фиолетовых чернил, – над ней развернулся квадрат воздушного экрана. По квадрату побежала чёрно-белая рябь, раздалось приглушённое шипение; наконец изображение и звук наладились – внутри экрана возникла объёмная заставка в виде земного шара, плывущего в космосе на фоне неправдоподобно цветастых звёздных скоплений. Планета, на взгляд Глеба, выглядела неправильно: то ли суши на ней было куда больше положенного, то ли не хватало скольких-то морей и океанов, чёрт его знает… Сходу не скажешь.

Однако, вспомнив о гигантской колдовской империи с её запрятанными от обычников землями, Глеб удивляться перестал.

– Хочу канал новостей! – потребовал с дивана гном, за неимением пульта управления ткнув в сторону инфошара полупустой банкой. Подумал и уточнил, облизывая залитую коктейлем руку: – Вернее, передачу о разных городских слухах и сплетнях, есть же здесь такая? – Как оказалось, требуемый канал в столице имелся, причём не один: в выскочившем на экране меню перечислялось около десятка подобных, с градацией от «трущобных и жёстких» до «светских и гламурных».

– Класс, – обрадовался Федул, – какая прелесть! Прям на любой вкус и любую нравственность, хе-хе. Давайте начнём просмотр с какого-нибудь особо гнусного репортажа, а? Невероятно кровавого и беспощадного – типа для ознакомления с жизнью простых народных масс.

– Я против, – категорично возразил Модест. – Не хочу всякой дрянью себе нервы портить, своих проблем, что ли, мало? Вовсе оно мне не нужно. Ты, друже, лучше организуй нам чего-нибудь не слишком ужасное, но и не чересчур великосветское.

– Эх, ничего-то ты, брателло бабаевич, в городском экстриме не понимаешь, – опечалился гном. – Бывает, посмотришь как народ друг дружку до смерти в подворотнях убивает, адреналин в кровушку хлынет и сразу жить хочется, на душе прям вселенская благодать наступает! Потому что не с тобой оно случилось. – Федул, недовольно кряхтя, выбрал движением банки первый попавшийся канал из середины списка. На экране возникла дикторша за столиком – в строгом деловом костюме, но с зелёными, уложенными в причудливую причёску волосами, агрессивно-разноцветным макияжем и аккуратно нарисованным на лбу третьим глазом. По низу экрана беспрерывно текла бегущая строка с главными сплетнями на этот час; зеленоволосая дама тем временем скороговоркой рассказывала о разном, для Глеба скучном и малопонятном.

С экрана звучали громкие титулы, всяческие незнакомые имена-фамилии: кто-то кому-то дал крупную взятку, или хотел дать, но не получилось… Кого-то вызвали на дуэль, но тот позорно не явился… Выявлено нарушение магической безопасности при проведении строительно-монтажных работ на территории бабустиса, городского захоронения волшебных кошек… Проведена очередная депортация торговцев, йети-нелегалов, на их историческую родину… Взяты с поличным… Ударились в бега… незаконно заколдовали… подпольно расколдовали…

Глеб скоро потерял интерес к ненужным ему новостям – широко зевнув, потёр ладонью слипающиеся глаза и, вовремя вспомнив о хорошем, открыл нагревшуюся в руке банку с коктейлем.

Коктейль оказался чересчур сладким, с крепким ароматом незнакомых фруктов: потягивая напиток, парень осоловело смотрел на дикторшу, прикидывая в уме, как бы она выглядела, перекрась ей волосы в нормальный цвет, смыв лишнюю косметику и фальшивый глаз. Получалось, что – неплохо. Даже симпатично.

– Теперь о великосветских слухах, – значительно сказала зеленовласка, заглянув в лежавший перед ней листок с распечаткой. – У нас только что появилась информация о некоем эксцентричном князе, внебрачном сыне сами знаете кого – приехавшем сегодня инкогнито в Наймати на лечение, в наш знаменитый имперский госпиталь. Внешность у князя примечательная: очень малого роста, с бородкой, в белых с золотым шитьём одеждах… Говорят, он холост, невероятно богат, а также обладает неотразимым обаянием и харизмой! В общем, незамужние дамы, держите ушки на макушке, не упустите ваш шанс.

– Ты глянь-ка, – восхитился Федул, ткнув Модеста под бок локотком, – по описанию прям вылитый я! Офигеть, чесслово. – Глеб, услышав великосветскую новость, едва не подавился коктейлем и надсадно раскашлялся.

– Что, приступ неконтролируемой зависти накатил? – участливо поинтересовался гном, – дык, есть чему завидовать! Красавец мужчина, не чета всяким обычниковым задохликам. – Глеб с ненавистью швырнул банку на пол и, сдавленно прохрипев: «Какая же гнусь этот ваш коктейль!», срочно убежал в ванную комнату, горло полоскать.

Откашлявшись, отчихавшись и смыв набежавшие слёзы, парень вышел из ванной; Федул – уже полностью одетый, с любимой дубинкой на боку – стоял возле столика, оправляя на себе просохшую рубашку. Выглядел гном сейчас куда лучше прежнего, грязного: такого и впрямь при желании можно было принять за великосветского князя… правда, при очень большом желании. Наслушавшись городских сплетен по инфошару.

– Значит так, народ! – воодушевлённо обратился Федул к сидящему на диване бабаю и Глебу, утирающему лицо брошенным гномом полотенцем, – слушай сюда, у меня созрел гениальный план. Э, что там гениальный – суперский! В общем, в случае чего я буду работать под этого приезжего богатея, грех отличной легендой не воспользоваться, а вы…

– А мы – твои сопровождающие, особые лекари, – бодро подхватил Глеб. – Военные медбратья, охраняющие здоровье и покой захворавшего головой сиятельного князя.

– Именно, – довольно согласился гном, – сечёшь, брателло!

– Ещё бы не сечь, – усмехнулся парень, роняя полотенце на диван. – Я ж этот слух и пустил. Пошутил с администратором, когда вы на лифте в номер поднимались, а он, вижу, всё за чистую монету принял. И растрезвонил кому только мог.