Первый турнир (СИ) - Александров Алексей Vizivul

Влетев на крутой склон и слегка замешкавшись, «Дракон» с чайкой разом поймал два световых копья.

— Проклятье! Опять в правый бок! Еще один и все, — простонала Ланилла, крепко сжимая кулаки. — Разворачивайся! Разворачивайся! — молитвенно повторила она, словно Шилин могла слышать ее советы, или в них нуждалась.

«Дракон» с чайкой все же не сумел избежать очередного попадания, но в этот раз луч светового копья скользнул по ноге, не зацепив ни один из подвешенных щитов-мишеней. А такие попадания ничего не значат.

Сменив направление движения и развернув голема к противнику левым полубоком, Шилин продолжила бой. Я бы на ее месте попытался разорвать дистанцию. Хотя, два голема вошли практически в клинч — поздно отступать. Задним ходом не спастись. А подставишь корму, надеясь уйти на скорости — поджарят задницу.

Нет, я бы до такого просто не стал доводить, держа противника на средней дистанции. А Шилин, похоже, излишне азартна. Хотя пилот она хороший, даже отличный — этого у нее не отнять. Я бы и в лучшие годы не смог так ловко управляться с «Драконом». Не моя это машина!

Проблема в том, что противник ей под стать — ничуть не уступает в умении.

— С кем она дерется?

— Ты вообще следишь за турниром? — проворчала Ланилла, не ответив на вопрос и не отвлекаясь от зрелища.

— Зачем, если победитель известен — сидит рядом с тобой.

Даже это замечание не заставило ее хоть на мгновение прерваться. Да и я, признаться, наблюдал во все глаза за танцем «Драконов».

Красивый бой. Не особо реалистичный для настоящего, но красивый.

Шилин получила еще одно попадание, но в левый бок. Один из ее ответных выстрелов слегка зацепил щит-мишень в центре корпуса противника. Попадание было явно не первым, и «Дракон» с искусно нарисованной львиной головой попытался еще больше развернуться к Шилин боком, спасая центральный щит.

Перестарался! Обзор на «Драконах» градусов девяносто перед собой и сейчас Шилин оказалась в слепой зоне. Поняв свою промашку, львиноголовый начал разворачиваться назад. Но Шилин пошла ва-банк и резко сменила направление движения, вновь подставив ему свой «поврежденный» правый бок, зато оказалась прямо перед противником.

Оба «Дракона» выстрелили практически мгновенно. Два луча световых копий на короткий миг соединили големов. Вверх сорвалась пестрая гирлянда ракет, львиноголового «Дракона» окутал дым. По инерции пробежав еще несколько шагов и сделав еще один неточный выстрел, он начал замедляться, признавая свое поражение.

— Да! Она сделала это!

Вторя выкрику Ланиллы, зашумели трибуны. Да и в ложах зрители отнюдь не сдерживались.

— Ты радуешься так, словно деньги на нее поставила, — хмыкнул я. Предпоследний выстрел львиноголового попал в Шилин, но досталось не щиту-мишени, а многострадальной, но принесший победу в схватке, правой ноге голема девушки.

Сегодня леди удача явно на стороне нашей великанши.

— А я и поставила, — не стала отрицать Ланилла. — Пятьсот монет, — небрежно добавила она, устало откинувшись на спинку плетеного кресла.

Пятьсот ктан! Мне оставалось только покачать головой — у богатых свои причуды.

Впрочем, в этом вопросе я и сам не безгрешен. На исход отдельных поединков не ставил — больно коэффициенты смешные. Зато поставил двести монет на свою победу в индивидуальном зачете, столько же на победу команды Тирбоза в командном турнире. И триста монет на то, что Тирбоз возьмет Кубок Превосходства. Так что в случае поражения можно считать меня банкротом. Нет, кое-какие деньги еще остались, но они уйдут на выплаты отправленным на юг докторам. Те честно отрабатывают вложенные в них монеты, регулярно посылая отчеты, и кидать их я не собираюсь. Не знаю, что там получится с войной и можно ли ее остановить, если она всем так нужна, но Изумрудную чуму следует погасить в зародыше. А для этого нужно лекарство.

— Пойду, проведаю нашу победительницу, — сказал я, поднимаясь с кресла.

— Я с тобой! — Ланила не столько вскочила, сколько подскочила со своего места.

— Вообще-то посторонних на стоянку големов не пускают, — задумчиво обронил я.

Такое правило действительно существует. Любопытных горожан очень много. Если хотя бы каждый десятый из присутствующих на трибунах зевак захочет посмотреть на големов вблизи, а то и потрогать, то демоны знает что начнется.

К големам даже родовитые не допускаются. Более того, каждая из пяти стоянок охраняется собственным отрядом латников и обслуживается своими, прибывшими вместе с командой техниками. А то бывали эксцессы, когда вместо ихора обычную воду в тендеры големов заливали или с тем же маслом химичили.

Большие ставки — гибкие правила. Если не можешь победить честно — побеждай бесчестно. Главное не попасться!

— Это кто посторонний? Я посторонний? — искренне возмутилась Ланилла. — Да я вот этими вот руками каждого из шести големов…

— Ломала, — вставил я с усмешкой.

— Злой ты! — надулась она. — Когда я что-то ломала? Мы даже твоего «Егеря» почти вовремя собрали. Вот попроси у меня еще хоть раз помощи, — мстительно пригрозила она.

— Пошли Шилин встречать, технический гений.

— Как хорошо это прозвучало, — улыбнулась она и тут же насторожилась. — Где подвох?

— Я опустил первое слово.

— Это какое?

— Безумный.

— Звучит все еще неплохо, — небрежно обронила она, пристраивая свою руку мне под локоть. — Куда лучше, чем возможный чемпион.

Слово «возможный» она выделила особо, пропущенная приставка «не» читалась без слов.

— Будущий, — поправил я девушку. Та в ответ только многозначительно усмехнулась.

Стоило нам выбраться из ложи, близнецы позабыли про газету и пристроились следом.

На стоянку команды нас пропустили. Из любого правила есть исключения: член команды может провести несколько человек, но только к големам своей команды.

Наконец возле трибун заиграли фанфары, закричали зрители, получив свою минуту славы, «Дракон» с чайкой на корпусе направился к стоянке. Когда мех появился на дорожке, один из техников флажками указал ему место. Встав на него, могучая машина начала пригибаться клиновидным корпусом к земле.

— Да! — раскрасневшаяся от радости Шилин выбралась из «дракона», вскинув руку в победном жесте. Техники поддержали ее жидкими аплодисментами и девушка картинно им поклонилась, прежде чем спуститься на землю.

Все любят выигрывать. А рассказы, что победа не главное — не более чем успокоительное зелье для проигравших неудачников.

Вернувшись в гостиницу, баронесса Синна Веран не особо удивилась незваному гостю, а вернее гостье в своем номере.

Эффектная кареглазая блондинка по-хозяйски расположилась в гостиной, накинув на плечи один из ее шелковых дхивальских халатов. Влажные волосы говорили о том, что гостья только что принимала ванную.

Баронесса и сама была бы не прочь понежиться в горячей воде — это ее успокаивало. Но пока что о ванной придется забыть, ведь у ее гостьи первый номер, а у нее только четвертый.

— Как все прошло? — спросила первая. — Старый лев ни о чем не подозревает?

— Он всегда подозревает, — поморщилась баронесса. Закрыв дверь на ключ, она упала в одно из кресел, помассировала виски. — Всегда и всех! Особенно меня. И тех жалких подачек, что я ему скармливаю в качестве двойного-агента, слишком мало, чтобы он стал ручным.

— И все же ты подобралась к маркграфу ближе, чем кто-либо еще, — отметила первая.

Осторожность бывшего главы Корпуса Хранителей стала легендарной. Маркграф редко покидал Железную марку, ограничив круг своего общения старыми, проверенными слугами, подчиненными и родственниками. Новые лица в этом не таком узком, но прошедшем множество самых тщательных проверок окружении появлялись крайне редко.

— Да, — признала свой успех четвертая, — если не считать одной маленькой детали. Этот старый параноик прятал пистолет, пока со мной беседовал!

— Уверена?

— Более чем. Маркграф, если ты не забыла, левша. Именно левую руку он зачем-то спрятал под пледом, которым укрывался.