На линии огня - Михаил Сидорович Прудников

потом, — небрежно отказалась Шура. — У меня сегодня свидание.

— Вот как? — хозяйка провела Шуру в предоставленную ей комнату и теперь не собиралась уходить, не обсудив во всех подробностях эту новость.

— Мне нужна кофточка, — попросила Шура. — Естественно, она тоже пойдет в счет. На сегодняшний вечер. И еще я хочу отдохнуть. Завтра я непременно все-все расскажу вам.

Хозяйка, заговорщицки улыбаясь, оставила Шуру одну.

Девушка ждала. Она была уверена, что Григорий уже нашел способ связываться с ней в этом пансионе. И действительно, через некоторое время она услышала в дальнем углу комнаты легкое постукивание и негромкий голое Григория:

— Шура.

Девушка тут же подошла к стене, спросила:

— Нас не могут подслушать?

— Нет, — ответил Чавлеашвили. — Здесь душевая, и я сейчас включу воду. Говори тихо, но внятно. Подожди только, я выну еще один кирпич.

Шура рассказала о знакомстве с Блокером:

— Подозрителен, но не очень умен.

— И ты валяй перед ним дурочку, — посоветовал Григорий. — Веди себя скромно, с достоинством, но и не отстраняй его. Поняла?

— Надо ли? — усомнилась Шура. — А если он окажется бесполезен и придется переключиться на кого-то другого более нужного? Нельзя же будет самой поумнеть так быстро. В общем-то, я пока что держусь неопределенно.

— Молодец, правильно, — похвалил Григорий. — Так и действуй.

— Он пригласил меня в кафе. Это неподалеку.

— Хорошо, — сказал Григорий. — В случае чего, мы будем рядом.

По едва слышному шороху девушка поняла, что он ставит кирпичи на место. Потом она спросила хозяйку, принесшую кофточку:

У меня за стеной душевая?

— Она мешает вам? — обеспокоилась хозяйка.

— Не очень. Я надеюсь, ею не пользуются ночью?

— Конечно, нет, — заверила хозяйка и объяснила: — Все никак не починим отсыревшие стены. Очень трудно найти материалы. Сами понимаете, время трудное…

Кафе, куда Блекер привел Шуру, оказалось большим и довольно неуютным, но другого в городе не было. Вернее, еще недавно оно было, но взлетело на воздух, подорванное партизанской миной. Теперь в кафе даже у кранов с водой стояли часовые. Шура видела, что посетители не доверяют здесь никому и ничему. Казалось, будь у них возможности, они и поданные блюда, прежде чем есть, проверяли бы миноискателем. Какой-то полковник придумал своеобразный способ: возле его ног сидела громадная овчарка, и первый кусок новой порции предназначался ей. Лишь убедившись, что с собакой все в порядке, полковник принимался за еду сам.

Какая-то пьяная компания вела себя шумно, и Блекер выбрал столик подальше от них.

— Здесь нам будет удобно, — сказал он, пододвигая Шуре стул. Потом Блекер делал заказ, то и дело рассыпал перед Шурой комплименты, вновь обещал найти загадочного Роберта, но внезапно, будто с ним что-то случалось, опять проявлял свою подозрительность. Шура слушала рассеянно, больше осматривало кафе и тут неожиданно увидела Григория, который шел по залу в сопровождении хозяина лавки,

— Разве кафе не только для немецких офицеров? — спросила Шура, имея в виду нового посетителя.

Блекер поморщился, ответил, словно оправдываясь:

— Это временная мера. Мы разрешили бывать здесь людям, у которых есть деньги. Деньги оживляют торговлю. — И тут же спросил: — Вы знаете этих людей?

— Высокий живет в пансионе. Я не знакома с ним, — безразлично сказала Шура, тем самым закрывая тему.

Принесли заказ. Блекер ел жадно, правда, пил немного и Шуре после ее отказа не наливал. С ним здоровались проходившие мимо столика, но он отвечал сухо, очевидно, не желая привечать компанию за своим столом.

— Потанцуем? — наконец предложил он, явно насытившись.

— Я устала сегодня. Как-нибудь в другой раз.

— Да, да, не буду наставать. — Блекер старался быть галантным.

Вечер тянулся довольно томительно, и Шура почувствовала большое облегчение, когда подали кофе и официант положил на стол счет.

Блекер вызвался провожать депушку до пансиона. У дверей он остановился, явно не торопясь возвращаться. Появление «подвыпившего» Григория было для него некстати, тем более что тот не пошел и дом, а остановился неподалеку выкурить перед сном папиросу. Блекер попрощался, договорившись встретиться с Шурой завтра в полдень.

В комнате Шура сразу подошла к дальнему углу, надеясь, что Григорий тут же проследует в душевую. Но за стеной ничего не было слышно. Она прождала около получаса, уже хотела ложиться, когда услышала шорох выдвигаемого кирпича.

— Шура?

— Я здесь, давно жду тебя.

— Немножко проводил его. Хотел посмотреть, не насторожился ли он чем-нибудь. Похоже нет.

— Я сказала ему, что ты живешь у нас в пансионе, но я незнакома с тобой.

— Понятно Есть что-нибудь интересное?

— Пока ничего.

— У нас мало времени, Шура.

— Я знаю.

— И все же ты не торопись, береги себя. — Голос Григория стал мягким.

На другой день Гердт Блекер похвастался знакомством с очаровательной дочерью прибалтийских баронов перед своим приятелем и коллегой Кауфманом. Тот, выслушав Блекера и поздравив его, все же спросил:

— Ты не навел о ней справок?

— Не учи меня, Кауфман, — небрежно, с ленцой в голосе ответил Блекер. Я не вчера начал работать в жандармерии. Во-первых, у нее чистые документы. Во-вторых, она вышла из офицерской машины на шоссе, что подтверждает лесничий. Он же привез ее в город. В-третьих, хозяйка пансиона подтверждает ее баронское происхождение, а у нее известный нюх на аристократию.

— В таком случае, я от души завидую тебе, — напыщенно изрек Кауфман. — Кстати, ты не познакомишь меня с ней?

Блекер будто не расслышал вопроса, продолжил:

— Она разыскивает некоего Роберта, который будто бы прибыл сюда недавно.

— В твоих интересах не найти его, — улыбнулся Кауфман.

— Ты, как всегда, излишне остроумен. Роберт — жених ее сестры, и в моих интересах найти его. Это как нельзя лучше скрепит наше знакомство с Анной.

— Как ты предполагаешь искать своего неизвестного Роберта?

— Есть маленькие детали. Он прибыл сюда с начальником. Прибыл недавно. Ты не поможешь мне в этих поисках?

— В благодарность за то, что ты не хочешь познакомить меня с твоей очаровательной пассией? — усмехнулся Кауфман. — Нет уж, уволь.

— Ты знаешь, пожалуй, я познакомлю тебя с ней, — раздраженно сказал Блекер. — В надежде, конечно, что ты останешься хорошим другом.

Шура увидела Блекера издали. Он шагал быстро и, кажется, чем-то был недоволен.

— Добрый день. — Девушка мило улыбнулась офицеру, стремясь приветливым тоном разогнать его хмурость.

— Дай бог, чтобы добрый, — ответил Блекер, поцеловав ей руку. — Но я должен огорчить вас. Пока что ничего о Роберте и вашей сестре узнать не удалось. Правда, у меня есть несколько предположений. И самое вероятное то, что ваш Роберт…

— Он не мой, — сочла нужным напомнить Шура.

— Что Роберт, — улыбнувшись, продолжил Блекер, — находится в свите генерала Полдига. Генерал сейчас отбыл в экспедиционную поездку,