Военкор (СИ) - Дорин Михаил

Гиря поднялся за моей спиной, хромая, но готовый к бою.

Кидаться в лоб на наёмников было бессмысленно — вход простреливался наглухо.

— Иду слева. Держишь?

— Держу, — сказал я Гире, прикрывая его перебежку на другую позицию.

Мы были уже на самой крыше. Чувствовалось дуновение ветра.

Наёмники продолжали стрелять, не давая мне поднять головы. Нащупав подсумок, я выдернул оттуда гранату.

Бросок, и она разорвалась рядом с укрытием противника. Этой секунды хватило.

Гиря, хромая, но удерживая автомат на плече, вышел из-за укрытия и короткими, точными очередями накрыл обоих. Первая очередь ударила в грудь одного из наёмников.

Того дёрнуло назад, словно зацепили невидимым тросом. Второму пули пробили тело в районе плеча и шеи. Он завалился набок, выронив автомат. Рация в его разгрузке коротко захрипела, но сам он уже не шевелился.

Я выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как горят мышцы рук и спины.

— Чисто! — бросил Гиря, перезаряжая автомат.

Мы обменялись коротким взглядом. Путь на крышу был открыт. Гиря тяжело осел у стены. Кровь медленно сочилась сквозь его пальцы, прижатые к плечу. Зацепило осколком от взрыва гранаты.

Однако взгляд Гири оставался цепким, живым.

— Пойду сам, — прохрипел он, перехватив автомат двумя руками.

Попытался встать, но не вышло — силы покинули его.

И тут очередной короткий резкий щелчок.

— Пулемёт, — увидел я рядом с вентиляцией наёмника, направившего ствол в нашу сторону.

Пули раскрошили часть стены за Кириллом.

Сжав автомат, я вдохнул горячий воздух и переместился за другую груду камней и аппаратуры.

— Гиря, живой? — громко сказал я, пригинаясь от пулемётной очереди.

Кирилл не ответил. Проверять сейчас было некогда. Пулемётчика нужно убирать. Радиостанции у меня нет, чтобы предупредить вторую группу.

Один такой пулемёт на крыше может устроить много проблем.

Я переместился, отстреливаясь от пулемётчика. Выскочил на крышу и затаился за небольшой надстройкой.

Пулемётчик не сбавлял обороты. Я достал одну из двух последних гранат и бросил к его укрытию. Взрыв, и пулемёт замолчал.

Выглянув, я пустил очередь в его сторону, но там уже никого не было.

Не успел я понять — был ли убит пулемётчик, как прямо из-за развороченной вентиляционной шахты на меня выскочил наёмник.

Решение пришлось принимать за доли секунды. Автомат при броске вперёд зацепился, как назло, за торчащий железный уголок. Стрелять я уже не успевал. Пришлось идти врукопашную.

— Сволочь! — услышал я английскую речь.

Подался вперёд всем телом, перехватил автомат поперёк груди и вдавил противника плечом в стену.

Одной рукой, почти на рефлексах, выхватил гранату из подсумка. Без секунды колебаний засунул её ему под разгрузку, выдернув чеку.

Противник не сразу понял, но я его оттолкнул от себя и прыгнул в сторону.

Взрыв разорвал тишину. Наёмника скрутило и отбросило к стене. Я укрылся за обломками, и в тот же миг раздались новые выстрелы.

Очередь срезала бетон в метре от меня. Ещё один наёмник был хорошо укрыт за мешками, и всё это время он ожидал свой момент.

Я перекатился за надстройку, прижав автомат к груди. Ответил короткой очередью наугад, больше чтобы сбить его прицел.

Послышался французский язык — явно мат. Следом наёмник короткой перебежкой сменил позицию, пытаясь застать меня врасплох.

Я судорожно проверил подсумок. Остался автомат, магазин и нож.

Времени на долгие раздумья не было. Я сделал кувырок, перекатился за перевёрнутый стол и вскинул автомат.

Три быстрых выстрела в ту сторону, откуда слышал голос. И тут где-то рядом над крышей прошёл тяжёлый свист.

— Арта! — только успел я произнести.

Удар пришёлся совсем рядом. Снаряд пробил крышу, рванул куски бетона в воздух.

Обломки и пыль осыпали все вокруг. Меня отбросило в сторону взрывной волной.

Я ощущал, как пыль забивается в лёгкие, как гул стоит в ушах, но попытался подняться. Руки тряслись. Ноги были как ватные. Сквозь пелену дыма я увидел силуэт наёмника.

Он шёл медленно, целясь мне прямо в грудь.

Моего автомата рядом не было — взрыв отбросил его в сторону. Я дёрнулся вбок, укатываясь за бетонную опору.

Пули пронеслись над головой, ударяясь в бетон. Наёмник продолжал наступать. Я видел, как его глаза бегают по развалинам, ищут меня.

— Выходи. Может, будешь жить, — услышал я речь на английском.

Он был почти рядом. Я медленно снял с себя камеру и рюкзак, чтобы он не мешал мне. Да и жаль будет разбить камеру.

Я задержал дыхание.

— Где ты⁈ — рявкнул наёмник.

Ствол показался из-за угла. В этот момент я сорвался. Рванул вперёд, врезался наёмнику в грудь и одновременно ударил рукой по стволу его оружия.

Автомат вылетел у него из рук, с металлическим лязгом ударившись об пол.

Мы сцепились в ближнем бою. Короткие удары локтями, коленями, плечами. Он был выше и тяжелее, толкал меня назад, наваливаясь всей массой.

Заваливаясь, я ударил ему коленом под рёбра.

Наёмник застонал, но тут же вцепился мне в горло. Удар и его кулак рассёк мне скулу.

Мир на секунду поплыл, я пригнулся, схватил его за бедро, рванул на себя.

Когда он упал, я впервые ясно увидел его лицо.

Патрис Брюдо — командир «Блэк Рок».

Глава 18

Мы сцепились в партере. Брюдо был крупнее и сильнее меня, потому работать, когда сверху на тебя давит такая махина, как минимум проблематично. Он вцепился мне в шею и начал душить, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы.

— Тварь! Ненавижу! — рычал Брюдо на английском.

Его глаза пылали яростью, сжатые зубы вот-вот треснут.

Последний воздух вырывался из лёгких, перед глазами заплясали чёрные точки. Несколько секунд и я усну.

Я ухватился за его запястья, попытался сбить хват, но он вдавливал меня в бетон изо всей силы. Шея горела огнём.

Из последних сил я резко дёрнул его на себя, впечатывая в лоб.

Брюдо на мгновение растерялся и ослабил хват. Но этого мне хватило, чтобы протиснуть колено, упереться ему в грудь и выскользнуть из захвата.

Со свистом, я судорожно вдохнул. Резко перекатился вбок, перехватывая контроль и оказываясь в позиции сверху. Наёмник неплохо боролся, поэтому я тотчас вскочил на ноги.

Огляделся, ища свой автомат. Вон он! Однако, Брюдо тоже не кукурузу стерёг. Видя, что я собрался делать, он успел зацепить меня подсечкой.

Я не устоял на ногах, но вовремя сгруппировался. Расстояние до автомата увеличилось.

Брюдо ухмыляясь окровавленным лицом, вскочил, в руке сверкнул короткий боевой нож. Он атаковал без замаха — быстро и точно, в грудь.

Я еле успел уйти в сторону, нож скользнул по ткани на груди, оставив рваную полоску. Оттолкнув его, вцепился в запястье, и с силой выкрутил руку наружу. Наряду с лязгом металла о бетон я отчётливо услышал хруст ломаемых костей.

Брюдо зарычал, как раненый зверь. Он рванул на меня, пытаясь снова перевести в партер. Но я ударил первым, метя под коленную чашечку. Сближение и мой локоть на коротком замахе врезался в его подбородок.

Звук был такой, словно огромный степлер сработал. Клацнули зубы, и Брюдо потеряв опору, опустился на пол. Удар был сильным, чтобы выключить наёмника, но у этого ублюдка челюсть словно высечена из гранита.

Я навалился сверху, вбивая его в раскрошенную плиту. Рука Брюдо метнулась за ножом, но я коленом обездвижил его. Пальцы наёмника заскребли бетон в нескольких сантиметрах от ножа.

Секунда… две… сколько понадобится этому ублюдку, чтобы прийти в себя? Я не стал выяснять, локтем свободной руки вмазал ему по переносице без замаха, ещё больше дезориентируя. Брюдо в ответ вцепился мне в горло пальцами, пытаясь удержать.

Мы смотрели друг другу в глаза. Я чувствовал его горячее дыхание, пропахшее кровью и злостью. В его взгляде читалась не только ненависть, там была ярость, упрямство и нежелание сдаться. Но губы Брюдо зашептали: