Огненный лис - Никита Филатов

Хорошая вещь. Удобная. Но все же не своя, чужая, и от этого как-то неуютно, как-то не по себе.

- Что с тобой, Витя? - Совсем рядом, подперев голову ладошкой, лежала на боку полуобнаженная Даша, и взгляд у неё был испуганный.

- Со мной? - Виктор настороженно огляделся и не слишком внятно пробурчал:

- Надеюсь, я хоть в постель не обмочился?

- Нет, - хихикнула сразу повеселевшая хозяйка. - Но ты так жутко кричал во сне, так метался...

- Странно. Ничего такого вроде раньше за мной не замечалось. Хотя, если честно, просто замечать было некому... А что я кричал, не помнишь?

- Ругался. Как последний гопник! Какого-то Болотова вспоминал, а ещё требовал, чтобы Васька не кусался...

- Вот ведь чушь, - Рогов присел на край кровати и неуклюже начал натягивать трусы.

- А ещё ты обещания не сдержал. И приставал!

- И что? Было, да? - Сконфузился Виктор. - Ты извини, я не нарочно. Я бы не... м-м-да.

- Да ладно, чего уж оправдываться! - Хмыкнула Даша, встала и, накинув на плечи цветастый халатик, подошла к зеркалу:

- Если бы сама не захотела - ничего бы не было. Думаешь, я такое бревно бесчувственное, что меня можно так... во сне?

- Нет-нет! Почему же? Ты очень чувственная!

- Прекрати, - оборвала его девушка. - Несешь пошлятину какую-то.

Виктор как-то сразу весь обмяк и поплелся в ванную. Плеснул в лицо холодной водой, пофыркал и наскоро, небрежно одевшись застыл в прихожей, словно статуя.

- Может, позавтракаешь, прежде чем уйти? - Даша приблизилась к Рогову и с улыбкой обняла за шею.

Только теперь Виктор заметил, что хозяйка почти на голову выше его. Он смутился, попробовал отстраниться, но она уже навалилась на мужские плечи.

Рогов чуть потрепыхался - и кивнул:

- Конечно... я бы, конечно, сьел... Только чай!

- Что с тобой? - Откинулась Даша. - Вчера ты был смелее.

Вместо ответа гость приподнялся на цыпочки и сочно поцеловал её в мягкие, влажные губы. Тело девушки отозвалось дрожью, веки прикрылись в истоме... Даша застонала.

Рогов обхватил её за талию, крепко прижал к себе, приподнял и поволок обратно в спальню.

- Ага... ага! - Хозяйка то шептала, то покусывала его ухо. - Узнаю... Узнаю бандюгу вчерашнего...

Ноги их путались, переплетались неуклюже - а Виктор все пыхтел и тащил на себе сладкую ношу. Добравшись, наконец, до кровати, он повалил Дашу и начал стаскивать с неё халатик.

- Ну зачем? Зачем он тебе?

- Ладно, ладно, подожди... Я сама!

Вслед за халатиком слетели на пол его джинсы, свитер... Остались лишь рубашка и носки.

"Плевать. Не мешают... Хорошо хоть, куртку не успел надеть," - подумал мимолетно Рогов и забыв обо всем жадно приник к жаркому, покрывшемуся испариной женскому телу.

... Когда все было кончено, Виктор сполз в сторону и затих.

- Опять в меня, - сладко поморщилась Даша. - Ну, уж теперь я тебе точно рожу...

- Пожрать бы чего, - отозвался не сразу Рогов и бесцеремонно отер себя пододеяльником. - Я уже сутки с пустым брюхом.

- Сейчас, милый, - хозяйка нежно чмокнула его в небритый подбородок и заторопилась на кухню. Оттуда сразу донесся треск расколотой яичной скорлупы, зашипела, захлюпала сковорода, хлопнула дверца холодильника.

- Ну, идешь? - Послышалось вскоре.

- Да. Не иду, крошка - лечу! - Отозвался Виктор, продолжая лежать на кровати с раскинутыми в стороны руками.

Подумалось, что ведь по сути - славная девушка, добрая... Жить бы с ней вместе, взять, и не уходить отсюда никогда! Так вот... Пусть бы и родила. Это даже хорошо, если бы родила...

Но почему-то вновь стало тревожно, под сердцем зашевелился и начал расти холодок.

- Кто они? - Уже за завтраком поинтересовалась Даша.

- То о ком?

- Ну, эти все... кого ты во сне вспоминал.

- Да так, - вздохнул Виктор, ломая вилкой глазунью. - Просто вспомнилось давно минувшее. Нечаянно... Понимаешь? В общем, не обращай внимания, не надо это тебе.

- Ты хочешь прямо сейчас уйти?

- Да, - ответил гость, но тут же смутился и начал оправдываться:

- Я быстренько, только проведаю, как там дома...

- Вернешься?

Соврать Рогов не посмел:

- Не знаю. Поверь... Я очень хочу прийти снова, но ты ведь вчера сама видела... Неизвестно, что поджидает меня там, на улице.

- А ты не ходи никуда. Совсем.

Девушка вышла из-за стола и снова прильнула к Виктору, прижалась всем телом:

- Живи здесь. У меня. Я тебя кормить буду...

Рогов почувствовал себя неловко. Зачем нужно что-то такое изображать, выпячивать грудь, корчить одинокого супермена? Уж Даша-то видела вчера его до безумия перепуганные глаза, его пальцы, вцепившиеся в грязный борт мусоровоза...

Виктор поцеловал девушку в лоб, потом в шею, в губы... Нет! Не был он для неё героем, а казался просто мужчиной, которого хочется по-женски пожалеть.

- Знаешь, я честное слово приду к тебе, - неожиданно твердо пообещал Рогов. - Сбегаю быстренько, и приду!

... "Сбегаю и приду, - шептал про себя Виктор, выбираясь из подьезда и быстро топая вдоль улочки, к ближайшей остановке трамвая. - Сбегаю и приду..."

Однако, преодолев всего метров десять, он уловил за спиной ещё чьи-то торопливые шаги, а затем послышался смутно знакомый голос:

- Эй, Рогов!

От неожиданности Виктор сьежился. Втянув голову в плечи, он по-шпионски дернул вверх воротник куртки.

- Эй, ты Рогов? Или нет?

Виктор с удивлением понял, что хорошо знает говорящего - и все-таки обернулся:

- Коваленко?

- Ну точно, Рогов! - Перевел дыхание запыхавшийся прапорщик. - А то я кричу, кричу...

- Откуда ты здесь? Какими судьбами?

С последней их встречи прошло немало лет. За это время контролер учреждения УВ 14/5 несколько потучнел, обзавелся сединой и морщинами, но не узнать его было трудно.

- Вот, приезжал на Питер поглазеть, да прикупить гостинцев домашним, Прапорщик качнул пару раз из стороны в сторону обшарпанным фибровым чемоданом, верной приметой провинциала:

- Ты-то как? Женился, нет? Работаешь?

- Я? Работаю. Живу, в общем. Пока не женился, но думаю... думаю!

- Ясно-ясно, - подмигнул Коваленко. - Скромничаешь? Небось, давно уже в бизнесмены выбился?

- Да что ты, - отмахнулся Рогов. - Какое там... Расскажи лучше, что там у вас-то новенького?

- Соскучился?

- Если честно, то иногда... - без улыбки ответил Виктор. - Понимаешь, там по крайней мере все ясно было.

- А ты давай опять к нам? Отрядником? - Коваленко почти не шутил. Насколько помню, звания офицерского тебя не лишили?

- Не лишили, - усмехнулся давней промашке правосудия Рогов. Зачислили в запас...

- Ну, так в чем дело? Валяй! Новый "хозяин" примет.

- Новый?

- Много воды утекло, Виктор. Много... - Прапорщик перехватил поудобнее чемодан:

- Даже не знаю, с чего начать. "Хозяин" теперь, конечно, другой - из управления прислали. Провинившегося.

- А где же... небось, на повышение пошел?

- Да уж, возвысился! Дальше некуда.

- Неужто в Благовещенск?

- Бери выше, - Коваленко уткнул прокуренный палец в небо:

- Прошлой зимой замерз вместе с Быченко. Помнишь ведь капитана Быченко? На охоту они под Сковородино ездили... Любка про то как узнала враз сединой покрылась! Вот так... Одним дуновением Господь распорядился: ни того ей, ни другого.

- Жаль бабу, - посочувствовал Рогов.

- А чего жалеть? - Прапорщик ожал плечами. - У неё сейчас Корзюк прижился. Свою клячу бросил - и к ней, под крылышко. Любка-то помоложе будет, да позажиточнее.

- А не знаешь, как там Васька?

- Какой Васька? - Наморщил лоб Коваленко.

- Ну, с которым меня в подвале откопали. Росляков!

- Ах, этот! Шибздик неугомонный... Так его на поселение выпустили, лес пилить. Вместе с ещё одним, который Шипов.

- Дядя? Ну, и что они?

- Росляков, вроде, пилит. А Шипов... Шипов, так тот драпанул, до сих пор ищут.

- Вот ведь молодец! - Не удержался Виктор.

- Ничего и не молодец, - рассудительно возразил Коваленко. - Дурак! Ему сидеть оставалось всего-ничего. А так рано или поздно все равно отыщут и треху лишнюю за побег припаяют.

- Тоже верно, - вынужден был согласиться Рогов. - А ты куда сейчас? Может, заскочим куда-нибудь? Бахнем по соточке за встречу?

- Да я бы с удовольствием, - смутился прапорщик. - Ты не думай... Но, понимаешь, спешу уже - на вокзал. Поезд у меня, домашние заждались.

- Ну, что же. Тогда - счастливо! Бог даст, свидимся.

Тот, кто "отбывал" и страж его крепко, по-дружески обменялись рукопожатиями. И не оглядываясь разошлись каждый своей дорогой, сразу потерявшись в многоликой толпе горожан и приезжих.

"Эх, жаль, про Болотова не узнал. И про Булыжника," - подумал Виктор, залезая в переполненный трамвай под номером двадцать пять. Мелькнула мысль: выскочить, догнать, спросить... Недалеко ведь ушел, и главное - ясно куда, к вокзалу.

Впрочем, Рогов вряд ли отыскал бы старого знакомца.

Потому, что прапорщик направился в совершенно противоположную сторону: поезд его, "Красная стрела", уходил на Москву только завтра.