Легенда о мертвой Джинни - Энни Кей

убит до того, как я предложила проверить башню, что убийца планировал сделать с ним?

– Мне гораздо интереснее, что убийца сделал бы, если бы ты не предложила залезть на башню. Оставил бы тело там? Какова вероятность, что его нашли бы? И как скоро? Как тебе показалось, там действительно иногда убираются?

– Не знаю даже, – задумалась я, – там было темно, я двигалась с фонариком, но показалось, что было довольно запущенно, особенно наверху: кругом валялись листья и в целом вид был такой, будто там очень давно никто не убирался.

– Ага…

– Хозяин сказал, что там убираются примерно раз в месяц, но, если башня никогда не закрывается, неудивительно, что там такой бардак: вполне возможно, что там уединяется молодежь во время вечеринок, клуб недалеко…

– Мэдди, это гениально!

– Ч-ч-что? – искренне не понимала я.

– Ты говоришь, что Гарольд Мид был довольно крупным?

– Ну, он скорее высокий, широкоплечий, как пловец, в этом смысле, а что?

– Я думал о том, кто мог бы затащить такого атлета по темной и грязной башне наверх. И получалось, что нам нужно искать очень крепкого мужчину…

– Или пару людей. Двое запросто бы справились с Гарольдом, если смогли бы лишить его сознания…

– Но затаскивать его в темноте наверх – удовольствие то еще, зачем это делать? Почему бы не убить его где-то в другом месте и не оставить у двери внутри башни? В течение месяца его бы нашли…

– Мы все еще не знаем, был ли он убит раньше, чем его нашли, – грустно пробормотала я.

– Я почти уверен, что да, – отмахнулся от моих печальных мыслей Джей Си. – Если башня всегда открыта, оставлять Гарольда в живых и одного – довольно рискованно для убийцы. Думаю, он уже какое-то время был мертв после ножевых ранений.

– Тогда зачем его вешать?

– А вот это самое интересное, Мэдди. – Я отсюда слышала, как заводится Джей Си. Если он до того момента сидел, то теперь непременно встал. – Кто-то хотел, чтобы его нашли и нашли так эффектно. Хотел, чтобы люди на площади увидели, как Гарольд Мид повиснет с фатой на голове.

– Но зачем?

– Ты не понимаешь, Мэдди? Это символ! Я еще не знаю, какой именно, но дело снова в Харди. Ножевая рана живота, фата на голове! Не нужно и проверять почту, чтобы понять, что Мидам тоже придет письмо с ее предсмертным стихотворением.

– То есть ты уверен, что здесь действует тот же человек?

– А ты в этом сомневаешься?

– Если честно, немного сомневаюсь, – призналась я. – Бобби и Микки пропали и до сих пор не найдены. Живы они или мертвы, неизвестно…

– Скорее мертвы, Мэдди; столько времени прошло, где они, по-твоему?

– Да тут на километры вокруг ни одной живой души. Можно построить землянку, сарай, что угодно, и держать там людей хоть до второго пришествия.

– Ты такая фантазерка… – пробормотал Джей Си.

– Так вот, – перебила его я. – Если действовал тот же убийца, что не поленился устроить такой спектакль, то почему же он не обставил так же театрально и смерть Бобби и Микки? Не кажется ли тебе, что под шумок происшествий прошлых лет кто-то решил свести счеты с наглым богатеньким мальчишкой? А для этого не пожалел ни сил, ни эффектов.

Меня эта версия полностью устраивала.

Джей Си пару секунд помолчал из уважения к моей точке зрения, хотя знаю, что ему до одури хотелось поспорить.

– Я вот что еще думаю, – медленно начал он. – Мы оба согласны, что для перемещения Гарольда нужна была физическая сила. И понятно, что сам он вряд ли пошел бы за убийцей. Если только…

– Он его знал!

– Верно. Гарольда могли заманить в башню. Как ты и сказала, там может тусоваться подвыпившая молодежь. Если его завела туда девушка или ждал там друг, он мог подняться своими ногами.

– То есть думаешь, что это могла быть и девушка?

– Или женщина, или даже девочка. Если человек не ожидает удара ножом, тем более в темноте, нанести его будет довольно просто. А после удара в живот даже самый уверенный в себе качок становится податливым и послушным.

– То есть наш убийца – кто угодно?

– Боюсь, что так, Мэдди. Поэтому прошу тебя никому не доверять там, ни с кем не оставаться наедине, ни к кому не испытывать необоснованных симпатий.

Он словно перечислял мой антиплан на день.

– Почему молчишь? – спросил Джей Си.

– Не представляю, что я должна на это ответить.

– Тогда я помогу. – Серьезный тон Джей Си не предвещал ничего хорошего. – Я вижу, как ты избегаешь разговоров о Генри Харди, и догадываюсь почему.

Как только я набрала в легкие воздуха, чтобы ответить, Джей Си меня опередил:

– Позволь, я закончу, пожалуйста.

Я проглотила слова.

– Я знаю, что он тебе понравился, Мэдди. И не буду говорить, что он не нравится мне, потому что это и так очевидно, ведь единственный человек, который…

– Ты, кажется, собирался не говорить, – перебила его я.

– Да, да, прости. Так вот. Я люблю тебя, и я буду очень стараться любить твою собаку. – Я буквально увидела, как Джей Си показывает воздушные кавычки. – И даже буду иногда ее выгуливать, даже, возможно, со специальным мешочком для дерьма. Но все это будет тогда, когда мы оба убедимся, что ты в безопасности, что убийца пойман и ничем тебе не угрожает. А до тех пор я очень прошу тебя ограничить свое общение с человеком, чья сестра покончила с собой много лет назад, чьи родители свихнулись из-за этого, кто продолжает жить в разваливающемся доме, в котором покончили с собой двое членов его семьи, которому – вот совпадение! – принадлежит башня, где находят труп.

– Можешь не продолжать, твоя мысль мне ясна.

– Надеюсь, ты сделаешь из нее правильные выводы.

– Ты становишься редким занудой на расстоянии, – пробурчала я.

– Мэдди.

– Я тебя услышала. Но если я еще хочу написать обо всем этом книгу, я совершенно точно не должна сидеть в затворниках. Мне нужно быть в гуще событий.

В далеком городе лучший друг на свете, вздохнув, обреченно сказал:

– Смотри только, чтобы тебя не засосало в эту гущу.

«Не волнуйся, со мной все будет в порядке, если я буду рядом с Генри Харди», – чуть не вырвалось у меня. Но Джей Си был прав: по неясным для меня причинам я не говорила с ним о Генри. Да, я не хотела выглядеть предвзятой. Да, я старалась контролировать таким образом собственные чувства. А еще мои отношения с Генри были таким хрупкими и романтичными, что мне просто не хотелось ни с кем ими делиться. Хотелось закрыть их надежно в какой-нибудь красивой коробочке и спрятать ото всех, пока волшебство не рассеялось и мы не оказались снова с ним в мире, где убивают людей.

Да, Джей Си всегда относился к моим поклонникам как к чумным животным. И если я смотрела на его подружек