Аламейк: Стрела Судьбы (СИ) - Саммерс Анабелла

– Ах, тебя, значит, волнует, что на мне надето? Забавно! Да ты весь дрожишь, Капитан. Держи, надень накладки на уши, у меня хотя бы волосы есть. И жилетку надень под куртку.

– С-с-с-пасибо, не стоило. – Ответил Тион, переодеваясь.

– Не хватало мне ещё твоей смерти на своём счету! Грузовик там, где ему и место, в Ала… Я не буду сейчас тебе всё пересказывать, какой смысл. Мы были ЗА границей весь вчерашний вечер и всю ночь. Теперь у меня есть задание. Точнее у нас, раз ты за мной увязался. Все беды в поселении были подстроены одним из жителей. И у нас есть время до завтра, до полуночи, чтобы найти виновного. В противном случае – все замёрзнут до смерти.

– Это что это за всемогущий поселенец, умеющий быть невидимкой, сводить с ума собак и выводить новые виды насекомых? Ах да, ещё температуру менять? Звучит, будто какое-то божество.

– Это скорее, командная работа. Не бери в голову. Если уж следуешь за мной, так следуй и помогай, без лишних вопросов. А вообще тебе лучше не высовываться. Отведу тебя домой и сиди там с Овечкой. А то проблем потом не оберусь! – Мою злостную тираду оборвал хруст треснувшей ветки. Кто-то рыскал поблизости, и я сразу толкнула Тиона за ближайший сугроб, приложив палец к губам. А вот и первый подозреваемый. Хорошо, что он не разговаривает с жителями.

– Сиди тут. Я пойду поговорю. – Тион взял меня за запястье и еле слышно прошептал «Будь осторожна».

"Да какая уж тут осторожность" – подумала я и тихонько выбралась из-за сугроба, будто я только что появилась из тумана.

– Ве…Велан? Это вы?

– Алатея? Алатея Гал? – Мужчина подошёл ближе и недоверчиво покосился взглядом.

– Велан, это, правда, вы? Где родители? Где Тигра? Где Прим? Вы их не видели?

– А должен был? Я не думал, что вы вернётесь так скоро. Признаться, я вообще не думал, что вы вернётесь.

– Я совершенно не знаю, как здесь оказалась. Последнее, что я помню, как нас заставили сесть в грузовик. Мы ехали через наш лес, все были очень напряжены, а потом… А потом я вышла вот здесь. В этом же лесу! Только заснеженном… Где грузовик? Где остальные? Почему мы вернулись обратно? И что, во имя предков, на мне надето?!

– Бедная девочка, да ты в полном шоке! Давай же, я отведу тебя к очагу Ответственных, тебе надо согреться. – Пока я разыгрывала перед ничего не догадывающимся Веланом бедную ледышку в беспамятстве, я успела подмигнуть Тиону, и очень надеялась, что его капитанские качества возьмут верх, и он догадается пройти незамеченным к моему дому.

Мои ноги ужасным образом тонули в снежных насыпях, снег забился в неплотно прилегающие к икрам сапоги и сильно намочил шерсть внутри и снаружи. От мерзкого ощущения сводило скулы, и я не могла представить, как в такую непогоду может двигаться лекарь, в одной только накинутой поверх обычной одежды видавшей виды шкуре.

Дорога, обычно не представляющая никакой опасности, и даже доставляющая мне самое настоящее удовольствие от встречи с густой растительностью и благоухающими цветами, сейчас показалась мне самой настоящей пыткой. Нос замёрз настолько, что я уже его не чувствовала, когда дотрагивалась варежкой. Я надеялась, что у Тиона хотя бы хорошее кровоснабжение, а не то с такой экипировкой далеко бы он не сдвинулся. «И это ведь не моя вина, что он отправился за мной в поселение?! Тоже мне, недоверчивый. Или его мама попросила пойти? Теперь уже никогда не узнаю. Зато он может отнести Приму книгу для записей, да и Овечку если что с собой взять. Хотя, может, она мне здесь нужнее?».

То, что раньше мы называли полями, было сплошь застелено белой гладью. На крыше дома сестёр Мороуз красовалось кристально белое ледяное одеяло, одинаково лелеющее дом, и зловеще отталкивающее всех желающих погреться у очага.

Велан с трудом открыл примёрзшую дверь и подтолкнул меня ко входу, конечно, быстро прикрыв её обратно, не давая холодному воздуху пробраться в уже тёплое помещение.

– Это что? Алатея Гал?! – Доносилось со всех сторон. «Соберись!» – повторяла я про себя. «Сейчас главное – это правдоподобно врать». Самым сложным было увидеть Брену и Скалу, которые сразу же начали меня обнимать и лить слёзы.

– О, предки, Ти, ты в порядке? Снимай же всё это, надо просушить! Моя бедная подруга. Где остальные? Почему ты вернулась? – Брена хлопотала обо мне как мама-медведица, и только когда я была раздета и усажена перед горящей печью, она немного успокоилась. Мне удалось впопыхах достать из карманов куртки флаконы с лекарствами и переложить их в карманы брюк. Нужно найти подходящий момент и сделать вид, что я не имею совершенно никакого понятия, как они там оказались.

Жители заполнили почти весь дом, и я впервые была рада тому, что сёстрам отвели такое большое жилище. Здесь смогло уместиться без преувеличения всё поселение. На кухонных столах во второй комнате поменьше я увидела лежащих всё ещё без сознания Спрута и Мастера. Хорошо, что и больных переместили в тепло. Я не видела только…

– А где мои старшие родители?

– Ну…это… – Начал Скала, но его перебила одна из сестёр, укутанная в стёганое покрывало.

– Мы за ними посылали. Но старики решили, что им нечего делать в тепле, поскольку их семью увезли за грань.

– Вы что, рассказали им? Можно же было не говорить! – Разозлилась я. – Старуха Мороуз сделала жалостливую мину.

– Не было у нас большого выбора посыльных, а те умом и тактом не отличались. Прости, Алатея. Мы оставили им побольше дров. – «Отлично, теперь у меня ещё меньше времени. Я же не могу позволить своим старикам замёрзнуть!». Облегчало положение лишь то, что почти все поселенцы сейчас находились в одном доме. Я надеялась, что так будет проще поговорить с Флорой и вывести её на чистую воду.

У огня я рассказала присутствующим ту же легенду, что и ранее Велану. Наши доверчивые суеверные жители сразу принялись охать и ахать, дали мне испить горячего травяного настоя.

– Но что нам делать с этой белой напастью? И не связано ли это как-то с тем, что вам удалось покинуть поселение? Вот бы знать, что с ними всё хорошо!

– Не мелите чепуху, Дилш. Конечно, с ними всё хорошо. Ведь они забрали моего умницу Прима, а он найдёт выход из совершенно любой ситуации! – Я с благодарностью посмотрела на маму Прима, вгляделась в лица каждого из сидящих рядом. Моя семья – мои люди. Я скучала по ним, будто не видела их долгие годы! В самый страшный момент для поселения они собрались все вместе, они не дадут друг другу упасть.

Но я пришла сюда не за тем, чтобы вглядываться в их лица, у меня для этого будет ещё пара-тройка десятилетий. Я вернулась, чтобы поговорить с Флорой.

Из цепких лап любителей сплетен и громких домыслов, меня вырвала Брена, сопроводившая в ванную, чтобы «приободрить подругу», добавив, что «Скала тоже может пойти». В нетопленной ванной комнате было в разы холоднее, что даже изо рта вырывались облачка морозного воздуха.

Подруга обняла меня так крепко, что дышать мне стало ещё сложнее.

– Прости, пожалуйста, я просто так рада, что ты здесь! Когда вас заставили сесть в эту повозку, я билась в истерике несколько часов, Скала докажет. Это был самый жуткий момент в моей жизни! Да в жизни каждого поселенца! А малыш Тигра, ужас какой… Ты совсем-совсем ничего не помнишь? – Брена посмотрела на меня преисполненными волнения глазами, мне было жаль подругу, ведь она так искренне переживала за мою семью… Но я не могла сказать ей правду, сказать, что они в полном порядке. Брена просто не может держать язык за зубами, если не сегодня, то завтра кто-нибудь бы об этом узнал.

– Совсем… Я ужасно за них волнуюсь. Что же теперь делать? Когда кончится эта пурга? – Собрав в себе все зачатки актёрского дара, ответила я.

– Это ещё чего! Что ночью было! Началось всё с легкого морозца, мы тогда убираться пошли. Ну, ладно, всем вместе было не трудно. Потом пошли остатки урожая, не изъеденные, конечно, собирать. Моркови немного… А потом как повалят эти хлопья белые! А ветер! С ног валил! Страшно, никогда такого не видел. Мы его убираем, а он снова появляется, всё ему нипочём, снегу этому. Входы в жилища завалил, представляешь? Еле разгребли. Побежали за тёплой одеждой, за дровами… А животные совсем ошалели, я даже не знаю, как они это переживут. Одна только надежда, что закончится эта непогода раньше, чем наши припасы. – Скала тяжёло вздохнул и раздосадовано посмотрел в маленькое, разукрашенное морозным узором, окошко.