Подарок на память - Линда Барлоу

Изабель вместе со своим спутником, его лица Блэкторн не разглядел, медленно прошли мимо, всего в трех шагах от стойки бара. У Изабель был тот отрешенный взгляд, который Блэкторну довелось уже встречать в «Своде». Некоторым из присутствующих стоило только попасть сюда, и они уже чувствовали определенное возбуждение. Залы «Шато» действовали на них как наркотик. Наркотик возбуждающий, приводящий в состояние эйфории не только разум, но и плоть.

Итак, Изабель де Севиньи — эротоманка. «Но какое отношение сделанное открытие может иметь к «Горизонтам власти» и к смерти Рины?» — размышлял Блэкторн, потягивая пепси.

Могли ли игры с фантазиями о «погруженности во власть» каким-то образом перекликаться со склонностью к насилию в реальной жизни?

Доказательств тому не было, но ведь не скажешь наверняка, что такая связь не существует. А значит, необходимо держать ухо востро. Вдруг удастся разузнать, почему Изабель испытывает потребность в подобных развлечениях? Вдруг удастся выяснить, что за этим стоит?

Блэкторн поставил стакан на стойку и последовал за Изабель в соседний зал.

В центре этого зала на подмостках возвышались козлы с прикованным к ним «рабом». Стоявшая над ним рядом с козлами «повелительница» — привлекательная блондинка в кожаной юбке, жилете, черных чулках и туфлях на невообразимо высоких каблуках, ритмически шлепала «раба» ладонью. Собравшаяся вокруг них толпа довольно бурно реагировала на происходящее; кто-то ласкал своего спутника, кто-то наоборот, кто-то просто стонал от вожделения. Когда же «повелительница» взялась за кожаную плеть, с тем чтобы приступить к экзекуции более «жестокой», волнение толпы возросло.

Изабель, однако, лишь зевнула, прикрыв ладошкой рот.

Блэкторн подошел к ней сзади и прошептал на ухо:

— Как можно скучать в подобных местах?

— Блэкторн! — явно смутившись, воскликнула Изабель.

Ее спутник тоже обернулся, и Блэкторн едва не присвистнул от удивления. Ничего себе! Это же Чарльз Рипли, секретарь Рины! Вот так вираж!

— Привет, Рипли! Мир тесен!

Чарли был явно сконфужен.

«Ничего удивительного, — усмехаясь подумал Блэкторн. — Я бы тоже смутился, если бы меня таскали, как козла, на поводке».

— Послушайте, вряд ли здесь подходящее место для серьезных разговоров, — заговорил Рипли. — Да и время малоподходящее, мы ведь не на работе.

— Кто как Я вот, например, работаю. Пашу за сверхурочные.

— Позволь мне поговорить с ним, Чарли. — Изабель жестом остановила готового ответить Блэкторну Рипли. — Я предполагаю, что это связано со смертью моей мачехи. Оставь нас на несколько минут.

— Но я не думаю, что…

— Все в порядке, — раздраженно оборвала его Изабель.

Поскольку Чарльз Рипли был послушным «рабом», он повиновался.

— Это уж слишком! Какого черта вы здесь делаете? — отведя Блэкторна подальше от сцены, сердито прошептала Изабель.

— А в чем дело? Может, я один из завсегдатаев «Шато»?

Изабель, вскинув брови, слащаво улыбнулась:

— Интересно! Что-то раньше я ни разу вас не видела. Ни у стойки бара, ни в «представлениях».

— Хлебать пепси не очень-то интересное занятие. Что же касается «представлений», то я предпочитаю воплощать свои фантазии в домашних условиях.

— Ха, Блэкторн! Вам ли говорить о фантазиях? Люди вашего типа слишком для этого консервативны… Хотя постойте! До меня, кажется, дошло. Вы — неумолимый полицейский. Я гнусная преступница. Швырнуть меня на пол, надеть наручники и бросить в камеру пыток — Изабель понимающе усмехнулась. — Одна беда — у меня несколько другое амплуа.

— Стыдно признаться, — Блэкторн пожал плечами, — но на такое моей бедной фантазии не хватает.

— Вот видите! Я могу вам пригодиться. — Изабель рассмеялась. — Только для этого, дорогой, мне придется несколько изменить свои установки.

— Мне тоже.

Изабель, перестав смеяться, пристально посмотрела на Блэкторна:

— Чувствуете вы себя здесь достаточно уверенно. Вы что, действительно участвуете в «представлениях»?

— Вас интересует, не прихожу ли я сюда в свободное от работы время?

Изабель утвердительно кивнула.

— Никогда. — Блэкторн криво усмехнулся, глядя вслед привлекательной темноволосой женщине, грациозно опускавшейся на колени перед своим «повелителем».

«Картина, достойная кисти художника», — подумал Роб. Незнакомка в темно-красном корсете, наручниках и ошейнике выглядела в высшей степени привлекательно. Длинные стройные ноги в черных чулках, пристегнутых к корсету кружевными подтяжками, приковывали взгляд. «Повелитель», ласкавший руками ее грудь, был высок, хорошо сложен, с приятной внешностью и, возможно, несколькими годами моложе своей «рабыни». Такого вот паренька запросто можно встретить, к примеру, где-нибудь на Уолл-стрит.

— Положа руку на сердце, в таких местечках есть своя прелесть, — признался Блэкторн.

— Если хотите, я могла бы представить вас присутствующим.

— Благодарю, но мне не так часто приходится бывать в обществе.

— Из-за смерти Джесси? Вы все еще носите траур по ней?

Роб кивнул. Порой ему казалось, что траур по Джесси он будет носить вечно.

— А вы с Джесси когда-нибудь занимались подобными вещами?

«Простушка Изабель, — подумал Блэкторн. — Всегда говорит то, что ей приходит в голову. Ну ладно, пора с этим кончать».

— Послушайте, я пришел сюда не для того, чтобы говорить о себе. У меня есть несколько вопросов к вам. Может, выйдем на несколько минут?

— С какой стати?

— Мы можем поговорить сейчас, когда вы отдыхаете, или завтра, в вашем офисе, когда вам, вероятно, будет не до разговоров. Выбирайте.

— Как вы справедливо заметили, я пришла сюда отдохнуть, и мне абсолютно не хочется забивать себе голову неприятными мыслями. «Шато» — мое убежище. Я прячусь здесь от реального мира. Если вы хотите поговорить, давайте поговорим. Только быстро, ладно?

Блэкторн кивнул на Чарли, наблюдавшего за ними.

— Он весь позеленел от того, что его тут застукали. Можете успокоить своего приятеля: его эротические наклонности меня не интересуют. Я занимаюсь преступниками, а не эротоманами.

— Насчет Чарли не беспокойтесь. Я с ним разберусь.

— Откуда такая уверенность?

— Он любит меня. Я советовала Чарли не заходить слишком далеко в своих чувствах, но, похоже, слишком поздно: Чарли одержимый. Хорошего «раба» найти довольно трудно. Особенно среди мужчин. В реальной жизни вы, мужики, как правило, любите командовать.

— А Рина знала о вашем увлечении Эротическим театром?