Сердце лича (СИ) - Глебов Виктор

У кентавра были серые глаза, правильные черты лица. На торсе красовалась сафьяновая куртка, перехваченная широким кожаным поясом, из-за спины торчали лук и колчан, полный длинных стрел с пёстрым оперением. Лошадиный круп сверкал и лоснился — шерсть была ухоженной и густой.

Рогбольд слышал о кентаврах, но ни разу не встречал и потому считал их выдумкой. Впрочем, после падения Звезды на Земле чего только не появилось.

— Доброго дня тебе, Киймирр, — проговорил Колмер, приветственно поднимая руку. — Вижу, ты в добром здравии.

— Не жалуюсь, — кентавр плавно развёл руками, отчего украшения тихо зазвенели и засверкали. — Кто с тобой? — он взглянул на Рогбольда. — Это чужак?

— Именно, — подтвердил Колмер, поворачиваясь к Рогбольду. — К сожалению, я не знаю, могу ли представить вас друг другу, — он виновато пожал плечами. — Думаю, сначала следует заехать во дворец.

— Как скажешь, — отозвался Рогбольд, с интересом разглядывая кентавра.

Трудно было поверить, что подобное создание могло существовать. Интересно было бы взглянуть на его анатомию.

— Доброго пути, — сказал Киймирр, улыбнувшись и продемонстрировав белоснежные зубы. — Надеюсь, мы ещё встретимся.

— Мир тебе, — ответил Колмер, трогая коня.

Всадники поехали дальше, и, когда кентавр остался позади, Колмер, обращаясь к Рогбольду, сказал:

— Их нередко можно встретить поблизости от Эльдора, но только некоторых. Большинство обитает в глубине Туманного Бора, и не все из этих удивительных созданий в своей жизни видели людей.

— Но с этим вы знакомы, — заметил Рогбольд.

— Киймирр — частый гость в Эльдоре. Он — что-то вроде связного между нами и кентаврами. Не знаю, какой у него статус среди своих, но думаю, не из последних. Насколько мне известно, эти существа живут кланами, а два раза в год собираются на общий совет. И там обсуждают, в том числе, отношения с другими жителями леса. Например, с нами. Полагаю, без Киймирра эти дискуссии не обходятся.

— Он показался мне дружелюбным.

— Возможно, таков он и есть, а может, и нет. Мы давно живём с кентаврами рядом, но так и не узнали их до конца. Хотя они не раз выступали нашими союзниками в борьбе с пиратами. Впрочем, это было давно.

Через некоторое время они подъехали к высоким белокаменным стенам. Ворота раскрылись подобно створкам гигантской раковины, и лесовики со своим спутником въехали в Эльдор.

Никто не спросил у них пропуск, только привратники приветственно подняли руки. Колмер и его товарищи ответили тем же.

Дорога была вымощена ровными каменными плитами, истёршимися от времени, но не потрескавшимися. Рогбольд увидел трёх-, четырёх— и пятиэтажные дома, с многочисленными ажурными башенками, перилами, крылечками и другими архитектурными украшениями. Тут и там звенели фонтаны, благоухали сады, простирали ветви, создавая прозрачную тень, деревья.

По улицам ходили мужчины и женщины, одетые в светлые камзолы и платья, на некоторых были длинные тонкие плащи. Многие носили украшения: ожерелья, кольца и диадемы. Оружия не было ни у кого, если не считать коротких кинжалов в драгоценных ножнах. Время от времени попадались всадники на стройных мускулистых лошадях, преимущественного белой и гнедой масти. Рогбольд любовался великолепными животными, в глазах которых угадывался разум.

— Мы должны сразу предстать перед королевой Ниголеей, — сказал Колмер, указывая на видневшийся за морем покатых крыш дворец. — Она ждёт, и дело не терпит отлагательств.

— Прямо с дороги? — уточнил Рогбольд. — Даже не переоденемся?

Колмер отрицательно помотал головой.

— Нет.

Глава 48

Через полчаса они подъехали к дворцовой ограде, и их встретили стражники с лёгкими копьями.

— Приветствуем, — обратился охранник к Колмеру, поднимая руку. — Кто этот человек?

— Королева ждёт его.

— Я пошлю доложить, что вы идёте.

— Не нужно, — Колмер передал стражнику поводья. — Лучше прикажи позаботься о лошадях.

Воин кивнул:

— Конечно.

Рогбольд поразился великолепию дворца и тому искусству, с каким он был построен и украшен. Многочисленные барельефы и горельефы, казалось, вот-вот задвигаются и заговорят. Тонкие витые колонны, скульптуры в просторных нишах, мозаики и фрески — всё это не позволяло отвести от королевского дворца восхищённого взгляда. Наёмник никогда прежде не видел такого великолепия. Ну, разве что угадывалось оно в развалинах построек, созданных до Великой войны. После же у людей не было времени заниматься украшением жилищ: все были заняты выживанием. Но здесь мастера нашли благодатную почву для своих талантов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Рогбольд и Колмер поднялись по широкой лестнице в тронный зал, где должны были встретиться с королевой. Новых монархов наёмник встречал нечасто. Большинство было самопровозглашёнными, да и управляли, в лучшем случае, городками, а то и деревнями. Рогбольд считал подобные титулы глупостью. Ну, чем они лучше обычного звания мэра или градоначальника? Правда, правители Туманного Бора свой титул, пожалуй, заслужили.

Колмер подвёл Рогбольда к высоким дверям и несколько раз ударил висячим кольцом о металлический щиток. Через полминуты одна створка приоткрылась, и показалось недовольное лицо слуги. При виде Колмера и его спутника оно прояснилось, и дверь распахнулась.

— Добро пожаловать, — сказал лесовик, посторонившись.

Колмер оглядел Тронный Зал и тихо спросил:

— Где же королева, Марлиэн?

— Повелительница скоро будет. Она уже идёт сюда, — ответил придворный, искоса взглянув на Рогбольда.

Колмер кивнул и обернулся:

— Королева скоро примет нас и, вероятно, объяснит тебе суть дела.

— Хорошо, — Рогбольд пожал плечами. — Я не тороплюсь, — он опустился на корточки и стал играть с Лохмачом.

Он подумал, что монарх, во дворец которого пускают собак, не может быть плох.

Через некоторое время отодвинулся занавес в другом конце комнаты, и в зал вошла женщина среднего роста, одетая в тёмно-зелёное платье. На лбу у неё сверкала тонкая диадема, браслеты на руках тихо позвякивали. Талию перехватывал серебряный пояс, украшенный жемчугом. Рогбольд выпрямился и молча поклонился. Мало кто мог позволить себе подобные украшения. Видимо, дела у лесовиков шли отлично. Впрочем, добавил он мысленно, будь оно так, его не позвали бы.

Королева Ниголея смотрела на стоявшего перед ней человека и думала о том, что этот бродяга совсем не похож на великого воина, о котором говорил колдун. После разговора с Оракулом она провела бессонную ночь, размышляя, какое решение принять, и, наконец, сочла, что жизнь подданных и их интересы должны стоять для неё на первом месте. Если же она ошибается, и мир погрузится в хаос — что ж, пусть она будет виновата! Проплакав до утра, Ниголея заснула лишь за час до рассвета.

Когда ей сообщили о прибытии Колмера и Рогбольда, она почувствовала страх: настал миг сделать необходимый шаг, взять на себя ответственность, к которой она столько времени готовилась. И пока она шла по залам и коридорам дворца, сердце в груди бешено колотилось. Королева очень надеялась, что никто не заметит её волнения. И вот теперь она стояла перед человеком, который должен был сыграть столь важную роль в судьбе её подданных. Пришло время озвучить выстраданное решение.

— Повелительница, это Рогбольд из Сибарга, — сказал Колмер, опустившись на одно колено. — Это его вы поручили мне разыскать?

— Не знаю, мой верный Колмер, — ответила королева, и её голос показался Рогбольду очень мелодичным. — Я ведь никогда не видела его.

— Мы отыскали его в Карсдейле, там, где нам было сказано.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Очень хорошо, — королева пристально вглядывалась в лицо Рогбольда, пытаясь понять, не наложило ли зло на него свою печатать, не исказило ли его черты.

Но взгляд человека был светлым и открытым. Он смотрел прямо, и не было признаков того, что в его сердце поселилась ложь. Впрочем, Ниголея знала, что внешность обманчива, особенно же трудно уличить опытных, закоренелых лжецов. Кем был стоявший перед ней человек — искусным шпионом колдуна или спасителем её народа? Она не знала и не могла знать.