Конь в малине - Николай Романецкий

– Если удастся о них что-либо узнать, я сообщу… Когда мы теперь встретимся?

– Сегодня вечером. Правда, на этот раз по монорельсам прыгать не будем. Постарайся избавиться от хвоста и подъезжай к девяти на Марсово поле. Я буду ждать возле здания Ленэнерго, недалеко от Мраморного дворца. Знаешь, где это?

– Знаю. – Инга пристроила под мышку кобуру со своей «виолеттой». – Доктор Кунявский был прав, ты и в самом деле петербуржец.

– Тогда до вечера, малышка! Держи хвост пистолетом, конь в малине!

Она усмехнулась:

– Нет, все-таки ты Арчи Гудвин… – Подскочила ко мне, чмокнула в щеку.

Я попытался притянуть ее к себе, но она вывернулась, скользнула к двери.

– Гуд бай, америкен бой! – И скрылась в коридоре.

А я опять подумал: «Спарились и разбежались!..», хотя теперь причин для подобных мыслей не было и в помине.

53

На этот раз я позвонил Щелкунчику не в два пополудни, а в десять утра. Пришлось выслушать десять гудков (за каждый час по гудку!), пока, наконец, очень и очень недовольный голос пробурчал:

– Слушаю, болт вам в грызло!

– Щелкунчик, это Сосновоборец.

Он завелся с пол-оборота:

– Вы что, со строки съехали, Сосновоборец? Будите ни свет ни заря! Какого черта!

Я немедленно рассыпался мелким бесом в извинениях. А потом спросил:

– Я вам, кажется, обещал триста бумажек за взлом. Хотите получить втрое больше? Штуку!

Настроение хакера тут же выползло из недовольства в интерес.

– Что я должен сделать?

– Взломать защиту на запароленной папке.

– Это я помню. Где папка?

– Вот о том и разговор. Папка внутри «проныры», который спит себе в автоматической камере хранения. Тысячу сверху я плачу за то, что вы сами съездите за ним, причем немедленно. Идет?

– Еще две сотни за неурочный звонок, и нет проблем.

– Набрасываю четыре. Когда будет готово?

Он помолчал, прикидывая.

– Если защита окажется лоховой, через три часа все будет тип-топ.

– Значит, позвоню в час.

Пришло время главного риска, но выхода мне судьба не оставила. И я сообщил хакеру номер и код ячейки на Ладожском вокзале.

– Встречаемся по старой схеме? – спросил он. – На монорельсе?

– Нет! – Во мне все-таки проснулась осторожность. – Договоримся, когда позвоню.

Никогда еще я не ждал контактного времени с таким нетерпением. Впрочем, три часа были потрачены с пользой. Я забежал в очередное компьютерное ателье проката, узнал по номеру телефона адрес Щелкунчика и произвел небольшую оперативную разработочку. Подозрительных личностей около его дома не наблюдалось. Да и шестое чувство подсказывало мне, что опасности нет.

Наконец момент истины настал. Я вошел в будку таксофона на ближайшем перекрестке и с замиранием в сердце набрал номер.

Хакер ответил после первого же гудка.

– Да?

Голос показался мне спокойным.

– Щелкунчик, это Сосновоборец. Чем порадуете?

– Порадовать есть чем… Защита оказалась лоховой. Готов вернуть вашего «проныру» в обмен на дюжину кусков.

– Прекрасно… Встречаемся по старой схеме. В то же время и на том же месте.

Я выждал еще пять минут – на случай, если он сейчас докладывает о предстоящем контакте моим врагам и они успокаиваются, теряя бдительность. А потом вошел в подъезд.

Опасности по-прежнему не ощущалось. Я поднялся на нужный этаж и позвонил в нужную дверь.

В глазке мелькнула тень, щелкнули замки, дверь распахнулась.

– Вы? – Глаза хакера стали круглыми. – Почему? Мы же только что договорились…

– Неважно! – Я достал тысячерублевую бумажку и еще две сотни. – Гоните «проныру»!

Больше вопросов с его стороны не последовало. Через две минуты я уже был на улице. А еще через час, сбросив на всякий случай возможные хвосты, вошел в Янину квартиру. Включил компьютер, подсоединил «проныру» и углубился в содержимое личной папки Виталика Марголина.

Там оказались обычные дневниковые записи. Начинались они пять лет назад, и, оценив объем, я понял, что просижу за ними не один день. Поэтому я вызвал меню «Поиск», набрал в окне «Найти» слово «Альбин» и выключил условие «Только слово целиком». Через секунду у меня перед глазами возникло слово «Альбина».

Я перегнал текст на начало куска и принялся за чтение.

54

25 мая

Сегодня приволоклась наниматься в сестры новая чувиха. Вместо Трощининой Нельки. С Нелькой третьего дня мы расстались более или менее втихаря. Пришлось сунуть ей пару кусков, так, исключительно по доброте душевной. Угрозы ее мне – до фонарика. В натуре, сама ляжки передо мной раздвигала. Сучка не захочет, кобелек не вскочит! А жениться на ней – в гробу я видел!.. Да и на ком бы то ни было. Все они, телушки-потаскушки, круто одинаковы… Ах-ах, Виталь Сергеич, Виталь Сергеич, вы Эллу Дунаеву читали? Да ведь это же сейчас самая что ни на есть модень!.. Поэма «Я и облако в штанах»… Облако им в штанах!.. Знаю я ваше «облако». Глазки закатят, будто эта Элла им типа промеж копыт лижет. А наклоняются так, чтобы в вырезе халата обязательно буфера светились, да еще без насисьника. Уверены, что мужик не железо, над «облаком» своим не властен… А потом: ах-ах, что делать, Виталик, я залетела, тебе не кажется, что нам самое время расписаться?..

Дьявола вам лысого и хрен во щи! Шантаж – не дама из Загса, из-под палки не оженишь! Короче, нет базара, обещал ее выскоблить… Не велика плата за те три месяца, что я ей цилиндр своим «облаком» поршнявил!

А новенькую сестренку зовут Альбина Паутова. Ничего себе телочка, хоть и досковатая! Рыженькая, зеленоглазая, по виду чуть ли не нимфетка, а самой уже четвертак. Недотрожечка! Приладился ущипнуть ее за станок, так едва в пятак не схлопотал. Вздыбилась, как пустолайка на незнакомого гостя. Думал, тут же копыта от меня унесет. Нет, работать я готова, а глупости свои вы, доктор, бросьте!.. Угар, братаны, да и только! Девятнадцатый век, эпоха квин Виктории! Оказывается, встречаются еще такие вороны среди бабского племени. Ладно, поживем-посмотрим!.. Работала прежде у Илюхи Свидерского. Рекомендательное письмишко приволокла – все чин-чинарем. Взял я ее с испытательным сроком, на месячишко. Завтра должна на дежурство заступить. Когда отвалила, я тут же Илюхе брякнул, поинтересовался, типа что за шлюшка у меня нарисовалась. Тот мямлил, мямлил: про деловые качества, про отзывчивость… Ты, говорю, прямо колись – трахал телочку? Нет, говорит, что ты, как можно, с подчиненной!… А когда я уже отключиться хотел, вдруг сказал: ты, говорит, Виталёк, будь с этой подругой поосторожнее.

Это в каком, говорю, Илюшенька, смысле-понятии? Сначала типа вылечить от триппера, а потом уже с фанфарами да на сексодром, так что ли?..

Опять сопли жевать начал. Ну и фишка!.. Так я и не допер до края: то ли сама эта Альбина улеглась под Илюху, а потом Светке, жене его, настучала, то ли наоборот – залезть докторок на сестричку пытался да пролетел, как фанера над Парижем. Типа, размер не тот и тряпки не слабки… Ладно, разберемся.

27 мая

Сегодня Нельку Трощинину вычистил. Помогала новенькая. Базара нет – материалом владеет клёво. С инструментами ни разу не ошиблась, чуть руку протянешь – все на блюдечке с голубой каемочкой, безо всякой команды.

Второй раз скоблю телке матку от того, что сам в нее и замастрячил.

Иван Байбаков, отличник наш, помнится, на десятилетии выпуска трепался по пьяни, что ему в такой ситуации было жаль ребенка. Не знаю, братаны! У меня никакой жалости не было – ни с Нелькой, ни в первый раз. Какой там ребенок – просто сгусток кровавой слизи.

После аборта Нелька пиздрики развела. Альбина, не въехавши, принялась ее утешать. Дура! – кто когда таким нелькам сопли вытирает!.. Это же не выкидыш. Но у меня ее трепотня почему-то ливер тронула. Короче, что-то в этой Альбине есть. На станок посмотришь – замухрышка, ни сиськи, ни письки… А как глазищами своими зелеными захлопает, тут бы и завалил!

Ладно, пользовали мы в своей жизни и недотрожек. Все бабехи одинаковы, все одним порошочком посыпаны, всем одно и то же требуется – подольше да потверже!

28 мая

Сегодня принимали с Альбиной первые роды. В натуре, братаны, крутая сестра. Хотя с роженицей была холодновата. Я ей потом легкое вливание устроил. Эти дамы нам бабки отстегивают, говорю, с ними надо быть подобрее да поласковее, клиент, говорю, всегда на троне, а мы в говне.

Врубилась, глазки потупила, обещала в следующий раз быть для роженицы родной матерью. Именно так и брякнула!.. Поинтересовался, типа, почему свалила от Свидерского. Выдала фишку, что захотелось, мол, сменить обстановку, надоели одни и те же стены до чертиков. Желание, в принципе, и ежу понятное. Видать, все Илюхины наезды на нее от досады. Такие крутые сестры вдоль канавы раком не стоят! И в самой канаве не валяются! Таких надо гладить да подкармливать!

30 мая

Вчера приняли еще одни роды. Сложные получились, с кесаревкой. Альбина была – ну прям, типа, золото. Родильница от нее сегодня просто кипятком писала. Ах, спасибо вам, ах, я думала умру… Кто ж тебе позволит, дурища! Клиника Марголина – это высший класс без базара… Счастливый папаша пытался мне сегодня бабки сунуть. Покалякали душевно, но бабок я не взял, сказал, беру типа только борзыми щенками либо натурой. Поржали с ним: понимает мужик, что развороченный станок у жены – та еще натура!.. Сам не знаю – почему, братаны, но при Альбине взять не смог. Когда муж свалил, та сказала – я, типа, умный человек. Глупости, но после этих ее слов мне будто крылышки к лопаткам припаяли. Ангел небесный, да и только, хоть сейчас в райские кущи!