Цветок у трона - Ольга Калитина

— Может, хватит грубить? — спокойно сказала я, — не я тебя приковала к стене и оскорбляла, а если ты и дальше будешь продолжать скалить зубы, я просто развернусь закрою дверь и пойду спать. А утром решу, что мне все приснилось и уйду из этой деревни своей дорогой.

Повисло молчание. Я решила, что не уйду отсюда, пока не выясню, почему этот внушающей мне симпатию, хотя и невоспитанный грубый мальчишка, прикован к стене.

— Вот и вали отсюда! — прорычал парень, — советую тебе убраться до следующей ночи.

— Ты когда-нибудь был в Нефритовом лесу? Это самое волшебное место во всей Иллюзории.

Мальчик упрямо молчал.

— Такого зеленого цвета как там, нет нигде. Если уронить горстку изумрудов на траву, ты их никогда в жизни не соберешь. Когда я там жила у меня была накидка ярко-красного цвета, хотя дриада предупреждала меня что это глупая затея, я даже не поняла сначала почему. Да и упрямая была, жуть, — я, конечно, слукавила, употребив глагол в прошедшем времени, — начали мы дурачиться с нимфами, катались по траве, измазались все как черти. Я потом до ночи сидела у ручья, пытаясь выстирать зеленые пятна с моей новенькой накидки. А негодяйки нимфы порхали вокруг меня и дразнили. Но они недолго веселились, когда я их столкнула в воду, веселье закончилось. Моя подруга Нии еще долго на меня злилась. Вот с тех пор ничего кроме зеленого я никогда не носила, хотя меня уже начало тошнить от этого цвета.

Мальчик упрямо молчал, хотя я чувствовала, что он умирает от желания засыпать меня вопросами. Детской любопытство такая же сильная вещь, как и мое упрямство.

— А у меня глаза зеленые, — не выдержал вдруг он.

— Да врешь ты все, — улыбнувшись про себя, ответила я.

— Нет, не вру! — возмущенно вскрикнул мальчик.

— Ну, я твоих глаз не видела, — протянула я, — так что… — мальчишка попался на мою хитрость и неохотно повернул лицо.

Оно было очень худым, кожа туго обтягивала скулы. Гладкие, без малейшего намека на щетину щеки были очень бледными. И только огромные ярко-зеленые глаза ярко блестели на осунувшемся лице. В них был вызов.

— И правда зеленые, тебе можно верить, — похвалила я, — а знаешь, даже зеленее, чем волосы у нимф, — авторитетно заметила я.

— Правда? — зеленые глаза загорелись, — а ты действительно видела нимф? — голос звенел от переполнявшего его любопытство.

— Шутишь? Я среди них детство провела, — ну это же можно считать детством, ведь правда? — моя лучшая подруга — нимфа, — внутри больно кольнуло, но я не подала виду.

— А у меня нет друзей, — угрюмо сказал мальчик и снова отвернулся. Я почувствовала, что он снова закрылся от меня.

— Ну, чтобы у тебя появился друг, надо сначала познакомиться с тем, кому ты нравишься, потом он должен понравиться тебе, и фундамент будущей дружбы заложен. Первый шаг ты уже сделал, — я лукаво улыбнулась.

Мальчик снова повернулся ко мне, и я увидела, что на его щеках появился легкий румянец.

— Я что, правда тебе нравлюсь? — смущенно и, запинаясь, спросил он.

— Если бы нет, я бы наверно давно пошла спать, вместо того чтобы сидеть на холодном полу и разговаривать с невоспитанным мальчишкой.

— Почему это я невоспитанный! — возмущенно взъерошился парень

— Потому что грубишь старшим! — важно, строгим тоном сказала я, но все испортила, скорчив смешную рожицу.

Мальчик не удержался и прыснул.

— Ты не старше меня, а ростом точно ниже.

— И сколько тебе лет?

— Тринадцать! — гордо ответил мальчик. Я с сомнением посмотрела на него, от чего он сразу сник, — ну, будет. Пока двенадцать.

— Ну, так что, будем переходить ко второму пункту плана завязания дружбы? Или я тебе не нравлюсь, — кокетливо улыбнувшись, я захлопала ресница, от чего парень снова не удержался от смеха.

— Нравишься, ты смешная, — ответил мальчик, — а твоя подруга не будет против того, что я с тобой дружу?

— Она сама будет рада с тобой подружиться. Я тебя с ней обязательно познакомлю, наконец-то не только мне буду читать нравоучения и отчитывать, — я подмигнула.

— А где она?

— Она сейчас не со мной, нас разлучили, и я по ней очень скучаю, потому что люблю.

— Я тоже скучаю по тем, кого люблю, — из глубины зеленых глаз как из омута всплыла такая невыносимая боль, что я непроизвольно протянула руку и сжала холодную ладонь мальчика.

— Так не честно, ты мое имя знаешь, а я твое нет, для полноценной дружбы одного моего имени мало, — я решила отвлечь его от горьких мыслей.

— Меня зовут Эльдар, — неохотно признался мой новый знакомый.

— Можно я буду называть тебя Эль? Не люблю длинные имена, слишком официально.

— Это смахивает на имя напитка.

— Ну, я его никогда не пробовала, но теперь точно закажу, как только попаду в таверну. И тебя угощу, ну только годика через три, когда подрастешь, — я улыбнулась, услышав возмущенное сопение.

— Только сначала надо отсюда выбраться. Кто тебя приковал? — осторожно спросила я, боясь, что Эль снова замкнется в себе.

— Тот, кто живет в этом доме, — зеленый глаза потухли, но он не отвернулся.

Зачем старосте и его жене приковывать ребенка к стене? Что здесь вообще происходит?

— Но почему они это сделали? — ничего не понимая, спросила я.

Эль ничего не ответил, но его взгляд стал отрешенным и каким-то пустым.

— Есть одна причиной, по этой же самой причине мы с тобой никогда не будем друзьями.

Повисла напряженная пауза.

— Я зверь. И скоро полнолуние.

Я все поняла, но от шока ничего не смогла сказать. Но он не может быть тем самым оборотнем! Тогда их два? Все недостающие части картинки встали на свои места. Ну, почти все. Этот мальчик сын того самого оборотня, и его отец нападает на деревню, потому что у него забрали сына. Он просто хочет его вернуться. Но зачем староста посадил своего собственного внука на цепь?

— Убирайся, — Эль снова стал грубым и замкнутым. Я поняла, что сейчас лучше уйти.

— Я вернусь, — пообещала я, и, уже закрывая дверь, услышала тихое:

— Врунья…

Поднимаясь по лестнице, я столкнулась с Лиртой. Никогда я еще не видела в ее спокойных пустых глазах такой ярости и ненависти.

— Зачем ты спускалась в подвал, почему не спишь?

Я попыталась, чтобы мой голос звучал сонно и спокойно. Она ничего не может доказать, замок остался висеть на двери.

— Я услышала какие-то шорохи, они то меня и разбудили, — я зевнула, — пошла проверить, оказалось, крысы. Зря только вылезла с теплой постели.

Лирта продолжала смотреть на меня подозрительно.

— Не позже вечера ты должна собрать свои вещи и уйти. Этой ночью полнолуние, тебе здесь больше нечего делать.