На волнах любви - Люси Мими

не вижу вокруг. Волна захлестывает, унося меня как куклу. Я всплываю на поверхность, кричу. ПАПА! Но не вижу ни его, ни его доски. ПАПА! Вторая волна, намного больше, утаскивает меня. Я как в стиральной машинке. Измученная, холодная и совсем одна. Моей доски не видно. Без гидрокостюма я бы уже замерзла насмерть. ПАПА!

По щекам текут слезы. Не в силах сдержать их, я рыдаю. Затыкаю рот кулаком, чтобы не было слышно всхлипов, и раскачиваюсь взад-вперед дрожа. Когда рука Хайдена укрывает меня полотенцем, я успокаиваюсь. Он прижимает меня к себе, придерживая за спину. Бью его по груди, но он не двигается и крепче сжимает меня в объятиях. Я снова плачу. Что он делает? Он не понял, что я хочу, чтобы меня оставили в покое. Это он виноват! Не в силах произнести ни слова бью его по груди, мне нужно выплеснуть гнев, отогнать плохие воспоминания и страх, который на меня нахлынул, когда он затащил меня в этот бассейн.

– Бей сколько хочешь, я не уйду, – шепчет он. – Мне это знакомо… Выплесни, давай. Это я виноват.

Я перестаю. Он ничего не знает о том, что я чувствую, но не могу его винить. Больно признавать, но он прав. У меня на лбу не написано, что я ненавижу нырять. Он не мог знать, и все равно он вел себя по-идиотски. К тому же я насквозь промокла.

Хайден отодвигается от меня и ощупывает. Ладонью вытираю слезы. Он садится в шезлонг и закуривает. Тишина, мы молчим. Я плотнее завязываю полотенце и усаживаюсь на соседний шезлонг, забирая у него пачку сигарет.

– Если ты уронишь ее в воду…

Открываю ее и достаю одну, а затем лезу к нему в карман за зажигалкой. Я прижимаюсь к нему. Не говорю ни слова, тихо затягиваюсь, глядя куда-то вдаль.

– Ты не перестаешь меня удивлять. Выпивка, а теперь еще и сигареты, – говорит он.

Я влюбляюсь в тебя, это гораздо хуже. Он резко оборачивается, я тоже. Потом он тихо смеется. Это что-то напоминает. Расслабившись, слегка похлопываю его по плечу.

– Может, хватит меня лупить? – преувеличенно громко говорит он, держа руку так, будто в нее попала пуля.

– Кривляка, ты первый начал.

– Вообще, лучше, когда ты молчишь.

Я собираюсь шлепнуть еще раз, но он оказывается проворнее. Он ловит мою руку, хватает вторую. Притягивает меня к себе. От такой близости можно сойти с ума. Мне становится теплее. Вдруг он целует меня. В губы. Я толкаю его, и он хмурится. Смотрю на балкон, но там никого нет, так что нам не обязательно притворяться. Мы одни. Кажется, он понимает, о чем я подумала, и улыбается. От его улыбки становится еще теплее.

В порыве смелости или безумия я тянусь к его губам, он отвечает на поцелуй. Нежно, чувственно. Его язык ласкает мой. Не ожидала от него такой нежности. Чувствовать холодный металл его пирсинга на коже – божественное ощущение. Внутри порхают бабочки.

Нас прерывает звонок его мобильного. На экране высвечиваются имя и фамилия. Эмбер. Вздыхаю, раздраженная тем, что она прервала этот волнующий момент. Пока Хайден безразлично смотрит на экран, я встаю, чтобы вытереть волосы. Но когда начинаю думать, что он не ответит на звонок, он встает с шезлонга, прикладывает телефон к уху и уходит в глубь сада. И только спустя минуту я вспоминаю: точно, это же Хайден.

Наш поцелуй был слишком хорош, чтобы оказаться правдой. Завтра все будет по-другому. Таков Хайден, но не я. Жестоко! Да, именно жестоко. Я хочу продолжения. Он стоит спиной ко мне, разговаривая по телефону. Слишком далеко, чтобы я могла хоть что-то разобрать. А разговор, кажется, оживленный. Хайден треплет волосы.

Возвращаюсь к себе в комнату. Надо все забыть. Он забудет, и я должна. Неожиданно входит Хайден.

– Мог бы постучать, а вдруг я…

– Голая?

Он кивает на ночнушку: от воды она стала прозрачной. Супер… Какой стыд! В его руке черная футболка.

– Вот, – говорит он, протягивая. – Чтобы загладить вину за то, что бросил тебя в воду.

Я беру ее, он кидает на кровать мою зарядку и выходит, закрыв дверь. Футболка слишком большая, зато прикрывает попу. Включаю телефон и открываю сообщение от Хайдена:

«Ты разбудила старушку, когда орала как резаная. Не волнуйся, я сказал ей, что мы закончили. P. S. Не обслюнявь мою футболку, я собирался надеть ее завтра».

Прошу, разбудите меня, скажите, что это лишь кошмар. Теперь мне хочется пить. Потерев щеки, выхожу из комнаты. В коридоре натыкаюсь на Хайдена. Он стоит, поправляя воротник куртки.

– Ты куда? – спрашиваю я.

Он бросает на меня холодный взгляд:

– На вечеринку.

Он раздражен, даже зол. Он всегда выглядит аккуратно, но сейчас даже не причесался, волосы влажные. Трудно в это поверить.

– Я с тобой, пойду оденусь, – говорю, разворачиваясь.

– Нет! – останавливает он. – Напоминаю, мы с тобой не друзья. Я тебя не приглашал.

Его слова как пощечина. Хайден сбегает по лестнице.

– Значит, бросаешь меня здесь, а сам спешишь к ней? – сдавленно кричу ему вслед, стараясь никого не разбудить.

Он вдруг останавливается. Подходит ко мне. Лицо у него каменное.

– Ты что, ревнуешь? Мы поцеловались – и все, думаешь, мы милая парочка?

Он не старается говорить тише. Как обычно, когда защищается.

– Этого не будет, – продолжает он. – Это была чертова ошибка, вбей это себе в голову, Кэсси: я ни с кем не встречаюсь. Смирись. И да, чтобы ты знала, я еду к Эмбер.

Вторая пощечина, но на этот раз гораздо больнее.

– Никакой ревности. Но у меня хватило глупости прийти сюда, чтобы оказать тебе услугу, а ты берешь и уходишь, – с горечью отвечаю я. – Ты прав, это была ошибка, но я не могу взять и забыть. Ты слишком много о себе воображаешь и не можешь представить, как сильно я жалею о том, что произошло между нами. Один поцелуй еще ничего не значит, но два – это осознанный выбор. Спокойной ночи, Хайден.

Обиженная и уязвленная, я возвращаюсь в свою комнату. Слышу, как хлопает входная дверь. Ему плевать, что все спят. В гневе я высказала ему все, что думала. Да, пожалуй, это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой, но я надеялась на обратное. Наивная. Думала, что он не возьмет трубку, не говоря уже о том, чтобы поехать к ней. Мой мир рухнул.

Глава 24

С силой сжимаю руль. Эта девчонка невероятно меня бесит. Кем, мать ее, она себя возомнила? Я целовался со многими,