Бойфренд из книг - К. С. Килл

Поднимаю руку, чтобы поприветствовать Шайенн, девушку с вчерашней вечеринки.

– Кто это? – спрашивает меня Кэрри.

– Новая студентка, с которой я познакомился у Тода.

Кэрри заглядывает через мое плечо и смотрит на Шайен, которая робким шагом приближается к нашему столику.

– Не хочешь посидеть с нами? – приглашаю я, указывая на скамью напротив.

– С удовольствием.

Она устраивается и разглаживает юбку, облизывая губы.

– Познакомься, это Кэрри Волински.

– Волински? Вы брат и сестра?

Кашляю, чтобы скрыть свой смех.

– Да, это моя младшая сестра, – смеюсь я, подталкивая соседку локтем.

Она приподнимает подбородок сантиметр за сантиметром и обнимает меня.

– А! Значит, когда тебе выгодно, я не твоя любимая дорогая жена? – возражает она, приподняв одну бровь.

Мне очень хочется поиграть в эту игру, но у нас есть зрители, и это как-то неудобно. Переключаю свое внимание на Шайенн, которая смотрит на нас, ничего не понимая.

– Как дела? – приобнимаю ее, чтобы она чувствовала себя свободнее.

– Занятия, домашние задания, опять занятия…

– Ух ты! – тихо выдыхает Кэрри.

– Что изучаешь?

– Медицину.

Киваю и думаю, что добавить.

Мой взгляд снова устремился на Кэрри, которая на этот раз водит указательным пальцем по экрану своего мобильного телефона. За четверть секунды она посылает мне не вполне приличную реплику, прежде чем снова уткнуться в свой телефон. Ветер меняется: она снова дуется как пузырь. Если бы я ее не знал, то почти бы поверил, что ей не нравится видеть, как я клею телку прямо у нее под носом. Хуже всего, что мне бы это понравилось. Пусть она разозлится из-за этого, я пойму. Но она этого не делает.

Шайенн шумно вздыхает, скрещивает и разжимает руки, а потом наклоняется ко мне.

– Ты занят после пар? – спрашивает она неуверенным голосом. – Может, выпьем кофе?

Все еще внимательно смотрю на Кэрри, у которой только что дрогнула челюсть. Невозможно сказать, сдерживается она от смеха или это что-то еще. Шайенн ждет моего ответа, и я осознаю, что у меня нет особого желания соглашаться.

– Хм… Нужно проверить расписание по баскетболу. Дай мне свой номер, я позвоню тебе сразу после тренировки.

– Да, хорошо!

Протягиваю ей свой мобильный и даю записать контакт.

– Тогда жду твоего сообщения, – заключает она, возвращая телефон.

– Так и сделаем.

– Мне пора, хорошего дня!

Она украдкой наблюдает за Кэрри, которая машет рукой, не отрывая глаз от экрана.

Когда она отходит, ударяю по коленке моей злобной соседки.

– Я счастлив.

– Что ударил меня? – отвечает она раздраженным голосом.

– Видеть, что ты показываешь свой идиотский характер только мне.

– Что ты хочешь? Мне просто нравится распространять волны негатива. Кроме того, у меня есть неудержимое желание отравить своей негативной аурой еще и библиотеку.

Она складывает вещи и обходит скамью. Почему она так спешит уйти? Мне не нравится видеть ее такой холодной, это напоминает о том, какой она была в школе, и только укрепляет мысль, что она, возможно, не рада меня видеть.

Вместо откровенного вопроса предпочитаю просто отсидеться.

– Вообще-то, я понял, что происходит, – начинаю я спокойным голосом. – Ты ведешь себя так ужасно, потому что хочешь оставить меня только себе.

У нее отвисла челюсть, она даже уронила в траву ремень своей сумки. Я специально преувеличиваю, чтобы взбесить ее. Работает отлично.

– Ты прекрасно понимаешь, что после того, как я встречусь с идеальной девушкой, для Волински не останется места…

– Нет, ты что, больной? – взрывается она, швыряя в меня пустую банку.

– Я показал тебе несколько разных профилей, и ты просто просмотрела их. Понимаю, Кэрри, тебе страшно видеть, как я отдаляюсь от тебя… Но не спрашиваешь себя…

– Ты спрашиваешь мое мнение, и я высказываю его, вот и все! Ты эгоцентричный и самовлюбленный ублюдок!

Она опускается на колени и бормочет ругательства, собирая разлетевшееся содержимое сумки.

Снова встав, она переводит дыхание, закрывает глаза и с улыбкой на лице повторяет:

– Эта Шайенн очень хороша. Она выглядит доброй и умной, даже глазом не моргнула и дала тебе свой номер. Она не смеялась, как дура, в общем, то, что нужно. Пригласи ее выпить кофе, это хороший выбор.

Закончив длинную тираду, она разворачивается и решительной походкой уходит.

– Не надо так расстраиваться, я же пошутил! – кричу ей вслед.

Она идет не оборачиваясь, и я понимаю, что я просто придурок. Я просто раздражен тем, что она, как мне показалось, мало уделила мне внимания сегодня. И да, я выпью с ней этот кофе. Не знаю, откуда взялась столь необъяснимая мотивация.

Выхожу из-за стола и иду к парковке. Там встречаю трех своих приятелей, прислонившихся к машине Адама.

– Как дела, ребята?

– Мы просто говорили о… – начинает Лейн, но сразу прерывается.

За моей спиной раздается шум мотора. Поворачиваюсь и наблюдаю, как мимо проносится тачка.

– Понтиак Файрберд, – вздыхает Льюис. – Какого года, по-вашему?

– Ясно, что 68, – начал Адам.

– Самый лучший год, не нужно ничего придумывать, – добавляет Лейн.

Из-за солнечных бликов невозможно понять, кто за рулем.

– Впервые вижу эту тачку, а вы?

– Должно быть, кто-то из новеньких, я ее тоже раньше не видел, – отвечает Адам.

– Обязательно надо поговорить с парнем, который водит такую красавицу. Как раз то, что нужно, чтобы отвлечься.

– Еще слишком рано, – ворчит Льюис.

Он маневрирует, чтобы припарковаться. Мы широко раскрываем глаза, нам не терпится увидеть владельца. Дверь открывается, и…

– Черт бы побрал эту девку! – слышу я ругательства Льюиса.

– Девушка-гонщик кампуса может привлечь нам больше клиентов-мужчин, – возражает Лейн.

– Совершенно верно! – кивает Адам.

– Совершенно нет! – настаивает Льюис, нахмурившись. – Девчонка одна, а проблем от нее будет куча. Дело закрыто.

Он уходит, ругаясь. Посмеиваемся над его упрямством. Потом я вспоминаю разговор с Кэрри, о том, что меня ждет, и мой смех становится не таким радостным.

17. Кэрри

Во время своей первой и единственной консультации психиатр, к которому мне удалось уговорить пойти маму, порекомендовал купить ей блокнот, чтобы она могла записывать туда все, что подпитывает ее навязчивый невроз. Очевидно, она никогда этого не делала. Хотя, на мой взгляд, все было бы очень просто: достаточно лишь одной записи, поскольку источник абсолютно всех проблем – отец. Я бы даже сказала, он был центром ее мира. Короче.

Уже несколько дней я следую этому совету и фиксирую все, что портит мое настроение. Вывод: это не так просто. Нужно указать, что вас грызет, а затем согласиться придать этому конкретную форму, записав на бумаге.

Трудно сказать, что меня больше всего волнует: длина списка или то, что он сосредоточен в разных формах вокруг одной и той же темы. Замечательно! Мое единственное желание – как можно меньше походить на мою милую мамочку! И тут, нечего сказать, я оказываюсь в тупике. Даже не так. Передо мной стоит выбор: пойти по стопам родителей или вообще свернуть с этой тропинки?

Волинскиллер: Встретимся сегодня?

Помяни черта…

Непроизвольно показываю экрану средний палец. Хотя, конечно, телефон оскорблять не стоит. К счастью, мой мозг избавляет меня от нравоучительных речей, он слишком занят одними и теми же вопросами. Донован все же сходил попить кофе? Он хорошо провел