Медленный танец - Элизабет Смит

— Ну… я же ничего такого не имел в виду, — ухмыльнулся Грант. — Могу посидеть и в машине, ничего со мной не сделается.

— Вот как.

Обдумав предложение, Холли поколебалась, но все же решила отказать.

— Ничего не выйдет. Что подумают соседи? Окна Моррисонов выходят прямо во двор… Если увидят незнакомую машину, да еще такого ковбоя в седле, обязательно вызовут полицию. Грант встал.

— Решай, птичка. Или здесь, или на улице. Но сегодня я тебя одну не оставлю.

Холли устало опустила голову на скрещенные руки. Ну почему, почему ей так не везет?! Она и без того ужасно измучена! Не хватало еще перепугать соседей! И как объяснить Моррисонам, что за домом ведется наблюдение?

Встретив умоляющий взгляд Гранта, она тяжело вздохнула:

— Так и быть, можешь переночевать в гостиной. Но ради Бога, поставь машину на подъездной дорожке!

Напрасно она надеялась, что стоит только лечь и глаза сами собой закроются. Проворочавшись несколько часов, Холли встала и на цыпочках прошла через гостиную, мимо дивана, в темную кухню. Она открыла холодильник, достала пакет с молоком, налила полную чашку и поставила в микроволновую печь.

Внезапно вспыхнул яркий свет.

— Не хочешь и мне предложить что-нибудь выпить? — спросил с порога Грант.

Холли вздрогнула от неожиданности.

— Ты перепугал меня!

— Прости! Почему не спишь?

Она пожала плечами и, услышав звонок, открыла дверь микроволновки.

— Не могу.

— Я тоже.

— Все думаю о том мерзавце, который набросился на меня. Хочешь? — спросила Холли, показывая на молоко.

— Лучше бы пива, — без лишней скромности признался Грант.

Холли нашла непочатую банку и вручила своему телохранителю. Создавалось впечатление, что их бессонница имеет вполне определенную причину.

— Интересно, ты-то почему не можешь расслабиться? — осведомилась она как бы невзначай.

Облокотившись о стол, Грант впился в нее долгим, сверкающим взглядом.

— Из-за тебя… — наконец выговорил он с видом провинившегося мальчишки.

Холли смущенно потупилась.

— Слушай, может, тебе в самом деле не стоило оставаться здесь. Нужно признать, идея не слишком удачная. Прошлая ночь была…

Но Грант, не дав ей договорить, неожиданно притянул Холли к себе.

— Милая, лучшей идеи мне за весь день в голову не приходило, — глухо заверил он, целуя ее.

Холли слишком устала, чтобы притворяться перед ним, слишком истосковалась, чтобы обманывать себя. И без сопротивления отдалась на волю его ласк, наслаждаясь теплом губ, игривым танцем сплетавшихся языков, чутко отзываясь на каждое прикосновение, как в тот вечер, когда они встретились впервые.

— Должно быть, я совершенно рехнулась. Сама не понимаю, что делаю!

— Боишься? — прошептал он. — Думаешь, соседи подсматривают?

— Возможно, — кокетливо отозвалась Холли, прижимаясь к его груди. — Мне нужно хоть немного поспать. Завтра я возвращаюсь домой.

Но тут же озабоченно нахмурилась, мгновенно вспомнив, что здесь делает Грант, и по какой причине тут оказался.

— Но вы и без того все знаете, не так ли? И вероятно, даже успели выяснить номер моего рейса.

Грант кивнул. Совершенно не хотелось врать, лукавить. Да, наверное, уже и не имело никакого смысла.

Со стоном отпрянув в сторону, Холли метнулась к порогу. Грант нагнал ее уже у дверей гостиной и, крепко обняв, подвел к дивану.

— Посиди со мной немного, — ласково попросил он.

— Как-то неприятно, когда за тобой постоянно наблюдают! — Холли даже не пыталась унять охватившее ее раздражение. — Не надоело играть роль сторожевого пса? Кроме того, дело не только в пропавшей кассете. Кажется, меня еще и подозревают в убийстве Джезмин, верно?

Гранту, утонувшему в бездонных озерах синих, чарующих глаз, больше всего на свете хотелось развеять ее опасения. Сам бы рад поверить, что она не имеет ничего общего с гибелью Джезмин. Но разве можно изменить ход следствия? Ведь пока Холли действительно главный кандидат в обвиняемые. Едва ли не у нее одной есть достаточно веский мотив для убийства.

— Мы проверяем каждого, кто знал Тернер, — пояснил он.

— И я, естественно, на первом месте в вашем списке, — вздохнула Холли.

— Совершенно верно. Вместе с Ирвином Тернером, — подтвердил Грант.

— До чего же гнусная у тебя работенка, — заметила она почти беззлобно.

— И не говори! — оживился Грант, намереваясь сменить тему. — Думай обо всем этом как о прекрасном предлоге побыть вдвоем.

В знак примирения Холли склонила голову на его плечо. Кажется, гроза миновала, подумал Грант, заботливо укрывая «подозреваемую» одеялом.

— Скажи, что ты думаешь о той ночи, когда мы были вместе? — прошептала она через несколько минут.

Грант неясно погладил ее по волосам.

— Знаешь, я почувствовал твое присутствие еще до того, как тебя увидел, — задумчиво произнес он. — Ты притягивала к себе как магнитом. Словно посылала сигналы, которым невозможно противиться. Какое счастье, что я оказался в клубе и вовремя спас тебя!

Холли чуть отстранилась и подняла на него глаза. Лунное сияние, струившееся в высокие стеклянные двери, высвечивало грубовато-мужественное лицо Гранта.

— Спасти меня? От кого?

— От того парня, который проходу тебе не давал, ну и вообще от дурной компании. Представляешь, ты могла уйти из клуба с каким-нибудь гнусным типом.

— Из тех, кто, проведя со мной ночь, навсегда забудет номер моего телефона? — с деланной наивностью осведомилась Холли.

— Бывает и хуже, — назидательно заметил Грант. — Напоролась бы на извращенца или такого.

— Кто не потрудится по-человечески вести себя со мной? — мстительно ввернула Холли. — Не соизволит даже спросить, как меня зовут?

Выстрел попал точно в цель! Не зная, куда деться от стыда, Грант готов был на коленях просить прощения, но побоялся, что будет уличен в сходстве с героем какой-нибудь слюнявой мелодрамы.

— Каюсь, — честно признался он.

Холли откинулась на подушки и шутливо толкнула его локтем в бок.

— Да уж, настоящий рыцарь, ничего не скажешь! Ну а теперь признавайся, что подумал на самом деле.

— Что мне вот-вот должно крупно повезти!

— Опять фантазируешь?

Холли ловко вывернулась из его объятий, собираясь, как следует, подразнить «рыцаря» на безопасном расстоянии.

— Немедленно вернись! — потребовал он.

— Только если скажешь правду.

Беготня вокруг стола закончилась тем, что Грант со смехом поймал ее.

— Честно говоря, я посчитал, что ты сказочно красива. Слишком красива, чтобы быть настоящей.