Теплый мир - Наталья Свиридова

— Сегодня прилетел один сокол-разведчик, — пояснила Мали, не выдержав напряжения, которое создал Тереним. — Ты же знаешь, их до сих пор выставляют по старой традиции, когда Кочевники были еще частыми гостями в наших поселениях. Так вот. По восточному тракту движется конный отряд. Мы с Теренимом думаем, что это рыцари Меча и Света.

— Так Степи и так уже принадлежат Городам! Причем, довольно давно! И исправно обеспечивают их всем необходимым! — в глазах Стела металось недоумение.

— Я точно не знаю, — Тереним глядел на переменчивое пламя керосиновой лампы. — Думаю, им нужна Каменка.

— Для чего? У них же есть своя Школа Магии! — возразил Стел.

— Понимаешь, Стел, — теперь Тереним смотрел уже на него, — Что-то происходит в Теплом мире. Что — я сам пока не понимаю. Но источником этого "что-то" являются Города. И, прежде всего Школа Магии. А еще их бесконечные храмы и истинная вера в Единого. Не знаю уж, зачем им все это. Есть одна мыслишка по этому поводу. Но… — он замолчал и задумался, потом продолжил, — Им не хватает чего-то. Им не хватает силы. Они слишком широко используют магию, когда платить-то им за нее нечем. Нет там энергии. Лишь суета да пыль. Они закрыты от мира. Да еще позабыли, что из "ничего" нельзя сделать "что-то". Они разучились тепло брать, потому что отдавать разучились. Они не умеют ни с кем действовать сообща. В Лесу Древни есть, у нас Ветрила, в Горах — там свои секреты. А у них — ничего, они сами себя отгородили ото всех, придумали Единого, подчинили себе все земли. А дальше что? Они задыхаются. Им нужен наш секрет, которого на самом деле то и нету вовсе. Да разве же им объяснишь? Боюсь, они так же разорят Каменку, опустошат, как сделали со своими землями. И все. За Лес примутся. Хотя и боятся они его жутко! И Первый Поход не увенчался успехом, — Тереним хитро посмотрел на Белянку. — Но все же. Как знать?..

— А что за мысль-то по поводу Единого? — осторожно спросила Эля.

Тереним некоторое время колебался, а потом ответил:

— Мне кажется, они так силу получают. Из людей, из тех, кто верит, кто ходит в эти храмы. Они берут то, чего им так не хватает. То, что сам Теплый мир им давать отказывается. Но это лишь мои догадки, — Тереним развел руками.

— И что ты делать собираешься? — озабоченно спросил Стел, его все эти известия явно не обрадовали.

— Во-первых, на рассвете вы отсюда уедете! — категорично заявил Тереним.

— Что? Как можем мы сейчас бросить Каменку? — хлопнула ладошкой по каменному столу Эля.

— Тише, — накрыла своей теплой рукой ее кисть Мали, и этот жест чем-то напомнил Беле тетушку Мухомор.

— Вы должны ехать. Потом может быть поздно. Здесь вы нам сильно и не поможете. Не пришло еще твое время, — Тереним ей подмигнул. — Да и одну я тебя отпускать боюсь. Вот Стела с тобой и отправляю.

— А во-вторых, что? — лицо Стела помрачнело еще сильнее.

— А во-вторых, мы постараемся не пустить их в Каменку, — улыбнулся Тереним. — Напасть они побояться. Могут потребовать отдать учеников им, которые Ветра и Камни укрощать умеют. Что ж. Здесь я против ничего не скажу — мне останется лишь уповать на благоразумие тех, кого мы совместно здесь вырастили. Ну, быть может, они еще один храм свой построят. Плохо, конечно, но не смертельно. Еще несколько лет, думаю, в запасе у нас есть. А там, глядишь, что-нибудь и придумаем. Только вам здесь не место! Коней своих можете забрать. Тебе, Белянка, так уж и быть, отдам своего Вороного. Люб он тебе, да и ты ему по душе пришлась. Мали кое-какие вещички вам припасла в дорогу. Сегодня отдохните, а завтра — в путь!

Эля очень удивилась, что Тереним знает ее старое имя, но виду не подала. Этот загадочный человек вообще многое знал и о многом помалкивал.

— А куда, собственно, нам ехать? — растерянно спросил Стел.

— В города, — отрезал Тереним.

— Но… — попытался возразить Стел, да не смог. Не нашелся, что сказать.

На том и порешили.

Когда Стел уже ушел к своей хижине, Эля немного задержалась и спросила у Теренима:

— Знаешь, мне в Каменке сны странные снятся. То ли в них чье-то прошлое, то ли будущее, то ли просто это наваждение какое-то. Я не знаю. То мужчиной себя вижу, то женщиной, то ребенком. А один раз мне привиделось, что я… тень. И вокруг одни тени. И как-то все так непонятно…

Тереним долго и внимательно на нее смотрел, а потом ответил:

— Может и прошлое. Может и будущее. Но это точно все твое. И ничего лишнего. Поверь. Быть может, ты умеешь вспоминать то, что не положено нам вспоминать. То, что стирала сама Смерть, да видать, так и не стерла. А про тени… — он замолчал. — Мне очень не хочется верить, что это будущее. Я сам не понимаю, что происходит, но такого не хочу… Я верю, что отсылая вас сейчас, я хоть как-то пытаюсь помочь…

— Помочь кому? — растерянно спросила Эля.

— Всем нам. Слушай свое сердце и… береги себя! Да не покинет тебя Теплый мир! — Тереним мягко прикрыл за ней дверь.

Утренний липкий туман упрямо ластился к открытым частям тела, забирался под плащ, заставляя полчища мурашек разбегаться во все стороны от затылка. Сонные глаза упорно не хотели открываться навстречу новому дню, новой дороге, новой жизни. Опять нужно все бросить и скакать, куда глаза глядят. Снова и вновь, и опять все сначала. Эля поплотнее укуталась в плащ и похлопала по теплому боку Вороного. Хороший это был конь, быстрый, стремительный, упрямый, своенравный, но главное — они с Элей прекрасно понимали друг друга. Вороной стриг ушами ветер и подозрительно посматривал на восток, туда, где через несколько минут должно было появиться солнце, туда, откуда к вечеру должен был показаться отряд рыцарей Меча и Света, туда, где терялась в утреннем тумане желтая нитка Тракта, ведущего от Каменки в Города. Стел вывел своего коня. Прощаться они ни с кем не собирались. Эля взвалила на себя заплечный мешок, предусмотрительно подготовленный Мали, и запрыгнула на Вороного. Стел последовал ее примеру. Один прощальный взгляд на Каменку, один резкий выдох — и они, на пару с Вороным, уже рассекают этот неприятный утренний туман, спеша навстречу солнцу, новому дню, и собственно, неизвестно чему, куда и зачем. Как беглецы.

Где-то спустя пол часа Эля услышала топот копыт по дороге, словно их кто-то догонял. Она обернулась:

— Стел, слышишь? Что это там?

— Едет, будто кто-то! — ответил он, напряженно вглядываясь в темнеющее пятно.

— Может из Каменки кто? Давай подождем?

— Ну, давай! — Стел спешился и достал флягу с водой, сделав пару жадных глотков, он передал ее Эле.

Вскоре они стали отчетливо различать силуэт всадника. Когда тот приблизился еще, глаза Эли расширились от удивления и даже какой-то радости: