Римлянин (СИ) - "RedDetonator"

Так или иначе, но пятьдесят мортирок устроили в лагере франков настоящее светопреставление, а затем по ним ударили гренадёрские когорты, поддерживаемые ординарными когортами.

Часовые были убиты заблаговременно, ведь на часах как раз собачья вахта, то есть время минимальной эффективности часовых, которых перерезали разведчики.

Начался ожесточённый ближний бой за редутами. Против гренадёров обычным солдатам совершенно нечего ловить, они этого ещё не понимали и вряд ли поймут этой ночью, так как легионеры боятся брать пленных.

Спустя час так и не сумевшие взять ситуацию под контроль франки оставили редуты за легионами.

Начало светать, Таргус выставил охранение и укрепил тыл редутов, приказав трофейным командам побыстрее собрать наживу с трупов.

Принц Савойский, получив сообщение Таргуса от посыльного, начал форсирование Неккара.

С восходом солнца франки начали предпринимать какие-то меры противодействия, которые вылились в упорное бросание на оставленные редуты пехотных батальонов.

При утреннем свете Таргус смог получше рассмотреть эффективность мортирок, которые начали обстреливать наступающих франков.

Взрывались шрапнельные бомбы без сбоев, в точном соответствии с выставленными запальными трубками. Свинцовые шарики не щадили никого, надёжно убивая своих жертв при попадании.

Конечно, с футуристическими для этого времени осколочно-фугасными снарядами не сравнить, но эффект всяко выше, чем у банальных чёрно-пороховых чугунных бомб.

Изуродованные трупы в сине-белых мундирах устилали полянку между лесом и ещё недавно франкскими редутами плотно, здесь к позднему завтраку полегло не меньше трёх батальонов франков. В этом преимущество стоящих за укрытиями людей перед стоящими в чистом поле.

Организованная легионерами кровавая баня заставила командующего франков задуматься над своим поведением и сменить тактику: по редутам начали колотить чугунные ядра.

— Сигнализируй артиллерии, пусть подавят этих ублюдков! — приказал Таргус сигнальщику.

На таких дистанциях контрбатарейная борьба не представляет особой сложности: пороховой дым демаскирует позиции, поэтому позиции артиллеристов являются секретом только до первого залпа.

Вот и в сторону выявленных франкских пушек устремились тяжёлые чугунные бомбы. Таргус давно знал, что если убить или покалечить артиллеристов, пушка стрелять не будет так же, как при прямом попадании ядром по лафету.

Спустя сорок минут от батареи франков ничего не осталось.

— Карл Петер, — кивнул Таргусу приехавший на коне принц Савойский.

Этот старикан сильно оживился, когда появились шансы на победу, поэтому уже не жаловался на состояние здоровья и лихо скакал по позициям войск. Надежда творит с людьми невероятные вещи.

— Недалеко отсюда расположена ставка командования французской армии, там сейчас всем заправляет герцог Монтемар, — поделился принц сведениями. — Если у твоих людей ещё есть силы, то можешь устроить прорыв их пока что неустойчивой обороны и захватить очень много ценных пленников. Я сейчас же начну фланговый обход основных испано-французских сил у Штутгарта. Пришлю гонца, если удастся разбить ставку, нужно будет ударить основные силы сразу же после того, как я свяжу их боем.

— Сделаю, — кивнул Таргус, а затем повернулся в сторону легионеров. — Лютер! Где мой пони?! Мне нужен мой пони!!!

//Под деревней Зилленбух, три часа спустя//

— В атаку! — приказал Таргус, взмахнув небольшим тесаком, выхваченным из ножен. — Артиллерия, огонь по центру строя!

Противники готовили эти войска для контратаки на редуты, но так получилось, что на них вышел Таргус со своими легионами.

Места было много, поэтому он приказал выстроиться в наступательную формацию и ждать команды к атаке. И вот время пришло.

Пороховой дым почти не мешал, легионеры продвигались вперёд после каждой перезарядки, каждый их залп выбивал множество одетых в жёлтые мундиры фигур из вражеского строя.

Пушки начали долбить по центру иберского строя, используя методику анфиладного рикошетирования. Благодаря улучшенным артиллерийским прицелам, которые были изготовлены после Шлезвигской войны, точность наведения возросла, поэтому ядра ложились качественно, оставляя десятки инвалидов и трупов прямо посреди формаций противника.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В отличие от франков, иберы не захотели или не смогли оснастить солдат новыми пулями, поэтому дальность стрельбы их мушкетов оставляла желать лучшего. Нет, они стреляли в ответ, но попадали только случайно.

— Пехоте — стоять! Беглый огонь! — приказал Таргус сигнальщику.

Встав вне зоны досягаемости вражеских мушкетов, легионеры продолжили обстрел, только теперь перезарядка шла быстрее и точность была выше.

Совершенно новая методика войны ввела командование иберов в прострацию, они просто не знали, что нужно делать в таких ситуациях, учебники по тактике об этом молчали, ибо никто так раньше не воевал.

Забахали пушки вдалеке, по легионерам ударили ядра, выбивая из строя по три-четыре человека за попадание.

Автоматически, без каких-либо напоминаний по вражеской артиллерии ударили пушки, переключившись с изодранного центра построения иберов.

Наконец, кто-то во вражеском командовании осознал, что их армию безнаказанно истребляют с недосягаемой дистанции и её неплохо было бы сократить.

Иберы двинулись вперёд, затем побежали с примкнутыми штыками, по пути теряя солдат, а потом настал час ближнего боя.

Началась самая ожесточённая часть противостояния, умирали люди, кровь лилась рекой, артиллерия палила как отчаянная, к этом присоединились мортирки, быстро заволокшие себе обзор дымом после трёх залпов.

Исход был ясен с самого начала: слишком редким был строй иберов, а чем реже строй — тем ниже эффективность подразделения в ближнем бою.

В итоге иберы бежали, бросая раненых.

Таргус с удовлетворением наблюдал как легионеры штыками добивали ещё живых солдат врага, а затем вновь выстроились в наступательную формацию и принялись ждать его приказов.

И у него будут для них приказы. Много приказов.

Примечания:

1 — Избирательная капитуляция — документ, подписываемый кандидатом на выборный государственный пост, в котором он давал согласие на принятие этого поста в случае победы на выборах и исполнение описанных в документе обязательств. То есть это что-то вроде предвыборных обещаний, только за них серьёзно спрашивали, в отличие от нынешних времён, когда выполнять их совершенно необязательно. В данном случае речь идёт о составлении курфюрстами избирательной капитуляции для новоиспечённого кайзера, который должен будет выполнить все её условия после восшествия на трон. В нашей истории курфюрсты постепенно выжали у кайзеров кучу послаблений для себя, в основном после Вестфальского мира 1648 года, когда подписание избирательных капитуляций кайзерами стало обязательным. Курфюрсты как никто другой знали, что новый кайзер — новые ништяки.

2 — Quidquid latet, apparebit (лат.) — Тайное становится явным.

Глава XV. Трапперство

//Священная Римская империя, близ Штутгарта, 1 июня 1735 года//

— Пусть восьмая и девятая когорты I-го легиона займут ту ферму, — задумчиво приказал Таргус сигнальщику, указав на комплекс построек посреди пахотного поля. — Ещё сигналь, чтобы все мортиры выдвигались туда же, но только после сигнала о безопасности от восьмой и девятой.

Замелькали флажки, началось движение войск.

В данной местности было подозрительно тихо и спокойно, не слышалось стрельбы, хотя впереди уже должна была начаться битва войск принца Савойского с франками, согласно установленному плану.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

К разочарованию Таргуса, ставка командования иберов была пуста, будто противник и не сомневался, что его армия будет уничтожена.

Командующие и офицеры куда-то делись, прихватив с собой всю документацию и карты, хотя Таргусу было бы интересно понять ход стратегической мысли их командования и хоть немного узнать об их планах.