Дневник Верховского - Юрий Сафронов

В другом сообщении Артамонова содержалась подробная информация о составе, структуре и отделениях организации в Словении, Македонии, Боснии и Герцеговине. Подробно сообщалось о символике и ритуале вступления в союз, которые во многом напоминали масонские. Организация выступала с тактикой индивидуального террора. Артамонов сообщал, что в проскрипционных списках значились болгарский царь Фердинанд, король Греции Константин, черногорский монарх Николай, австрийский престолонаследник Франц Фердинанд.

Сложная военно-политическая ситуация на Балканах потребовала точной информации и трезвых аналитических расчетов российского Генерального штаба. Нередко ключ к малообъяснимым зигзагам во внешней политике находился в перипетиях внутриполитической борьбы, деятельности тайных обществ и организаций. Все славянские организации бойскаутов, гимнастические организации общества «соколов», даже антиалкогольные братства — все эти легальные союзы на самом деле были хорошо законспирированными ответвлениями «Черной руки».

После Первой мировой войны и создания объединенного королевства сербов, хорватов и словенцев масонство не только окончательно внедрилось в Сербию, но и в значительной степени упрочило свое положение. В 1923 году, выступая на конвенте Великой ложи Франции, сербский масон Тумич с гордостью заявил: «Вы можете считать Великую ложу Югославии приемной дочерью Великой ложи Франции»{186}.

22 июня (5 июля) 1914 года газета «Русский инвалид» сообщала интересную подробность: «Когда один из участников покушения на эрцгерцога Гаврилович (правильно Чабринович. — Ю.С.) весной 1914 года прибыл в Белград, то местная полиция решила выслать его за пределы Сербии. Тогда Гаврилович обратился за заступничеством к австро-венгерскому консулу, который официальной бумагой, хранящейся сейчас в городском архиве, аттестовал Габриновича как лицо, вполне благонадежное, и настаивал на его праве дальнейшего беспрепятственного пребывания в Белграде»{187}.

В суде над убийцами наследника австро-венгерского престола, проходившем в Сараеве, выявилось, что масоны дали для этого оружие и согласовали дату покушения{188}. Отметим, что во время судебного заседания 13 октября 1914 года один из участников покушения на эрцгерцога Чабринович (тот самый, «благонадежный») после перекрестного допроса признался, что он является франкмасоном так же, как и майор Тонкосич и Циганович. Но заданий от масонов он не получал, а действовал сам. Принцип отрицал, что он масон, а о Чабриновиче отвечал уклончиво. Он также отрицал получение каких-либо поручений от официальных сербских кругов.

Днем раньше тот же Чабринович сделал заявление, вызвавшее у судей шок, заставивший суд прекратить допросы и прервать заседание. Он заявил, что в начале апреля 1914 года (в это время у заговорщиков уже была мысль убийства) он был представлен наследнику Александру Карагеоргиевичу. Судьи оцепенели, поскольку такая аудиенция была неслыханным делом. На вопрос, о чем шла беседа с наследником, Чабринович ответил, что «тайну этого разговора он унесет с собой в могилу»{189}.

Югославский историк академик В. Дедиер также обратил внимание на масонский фактор в своей книге «Сараево, 1914» (в главе «Охранка, большевики, масоны и сараевское покушение», с. 753—780). Однако, как отмечал академик Ю.А. Писарев, «историк свалил в одну кучу всех этих «заговорщиков», приведя разные версии, но не высказав своей точки зрения о достоверности какой-либо из них»{190}.

Характерной приметой в деле о Сараевском убийстве было явное переплетение реальности и мистики, столь любимой масонами. Нашлось место и «числу зверя 666»… Примечательно, что покушение на Франца Фердинанда было шестым по счету за последние 4 года; террористов было подготовлено шесть, им было выдано шесть бомб. Австро-венгерский ультиматум был вручен сербской стороне в шесть часов вечера. Люди, высоко поднявшиеся в богоборческой масонской иерархии, всегда увлекались оккультной, астрологической магией каббалы, которая учит, что есть времена, сроки и числа, а также сакральные места на географической карте. Такими местами, как очевидно, были «назначены» Россия и Балканы. Именно сюда были направлены смертоносные жала всемирной антиправославной секты.

На Англию еще в XIX веке показывали пальцем как на источник нестабильности в Европе, что нашло свое отражение в гоголевских «Записках сумасшедшего»: «Англичанин большой политик. Он везде юлит. Это уже известно всему свету, что когда Англия нюхает табак, то Франция чихает»{191}.

Примечательно, что в мемуарах лорда Эдуарда Грея, знатока тайной дипломатии Англии, имеется такая его фраза, ставшая крылатой и повсеместно цитируемой: «Миру, вероятно, никогда не будет рассказана вся подноготная убийства эрцгерцога Франца Фердинанда. Возможно, в мире нет, и далее не было человека, знающего все, что требовалось об этом знать». Действительно, как известно, англичане не выдают своих государственных тайн, и особенно тайн, касающихся деятельности разведки МИ-6…

Первый Международный конгресс масонов состоялся в Белграде с 12 по 16 сентября 1926 года. Белград был избран местом созыва такого конгресса потому, что из Белграда началась Мировая война, которая воплотила в жизнь многие чаяния масонства, главным из которых было «очищение народов». Членам конгресса был дан торжественный прием в клубе королевской гвардии, где их встретил командир королевской гвардии Петар Живкович. Говорились речи о связи между сербским офицерским корпусом и масонством, что сербское офицерство является сторонником мира, и «поэтому масоны, бойцы за идею мира, могут спокойно находиться под их кровом…»{192}

Прошло время. 8 марта 1928 года в сербском парламенте состоялись дебаты по ответственности Сербии за Первую мировую войну. С трибуны звучало: «Виновата кучка фанатиков… Не сербы! … Обстоятельства убийства неясны… — Не пойман — не вор…»

Дореволюционные и белоэмигрантские публикации, посвященные масонству, в которых реальность тесно переплетена с вымыслом, в большинстве своем остаются вне поля зрения серьезных историков по понятным причинам: источник этот весьма ненадежный, как и вся вообще публицистика на эту тему. Факты (для сенсации) в основном вымышлены, а вместо осмысления, как правило, присутствует просто-напросто подтягивание их под заранее заданную концепцию. К тому же из мемуарной литературы известно, что протоколы заседаний не велись (в целях конспирации), и вследствие этого остается весьма затуманненным вопрос — кого, собственно, считать членом ложи, а кого нет.