Сакральный эрос Третьего Завета - Мария Нагловская

Я хотела узреть взгляд Господина церемонии, того, кто отдавал приказы остальным, но я не видела его.

«Где же Господин?» — спросила я.

В парящем собрании было видно что-то похожее на радостный трепет, и хоры снова запели, уже вместе, что-то совершенно неразборчивое для меня.

В Мише не было заметно какого-либо интереса ко мне, но я также должна сказать, что его глаза, в которых были лишь свет и огонь, источали взгляд, неведомый смертным.

Возможно, он видел меня — но по-другому.

…Позднее, когда всё было окончено, ибо Заря показалась сквозь чащу леса и прогнала прочь истины ночи, Миша, снова в казачьем одеянии, помог мне облачиться.

Он принёс мне немного лесной земляники и взятой из источника неподалёку чистой воды.

Он был счастлив и спокоен.

«Что ты будешь делать сейчас?» — я спросила его, когда мы сели рядом на влажную траву, подобно двум рабочим, закончившим своё дело.

Он ответил не сразу — мы никуда не спешили.

«Что я буду делать?» — произнёс он наконец, — «Я научу тебя, Ксения, я расскажу тебе человеческими словами ту небесную Истину, что открылась мне этой ночью, благодаря тебе…

Позже, гораздо позже, ты станешь нести эту Истину людским массам, и человеческое эхо будет вторить тебе настолько хорошо, насколько сможет… Мы отпразднуем мирскую свадьбу, чтобы люди оставили нас в покое… Доброе утро, суженая моя!» — сказал он, улыбаясь.

За этим первым событием последовали другие, навек определив мой духовный путь.

Возможно, когда-нибудь я расскажу вам о них…

Глава 8. О новой религии. Доктрина Третьей Части Троицы

Божественность троична: Отец, Сын и Мать.

Отец — это начало пути, или же Падение, от Истока до уровня разделения и множественности.

Сын — это ностальгия и воля к всеобъемлющему искуплению, с которой борется Противник по природе своей — Сатана.

Мать — это возвращение к Истоку, после окончательной битвы и примирения в Сыне Его двух противоположных начал: природы Христовой и природы сатанинской.

Сын отделяется от Отца и разделяется надвое: Он двойственен.

Мать исходит от Отца и Сына, и содержит их обоих: Она троична.

Только Отец единороден.

Три аспекта Троицы — Отец, Сын и Мать — идут последовательно по времени, но одновременно в своём Вечном Присутствии в местах, что не вовлечены во взаимодействие на уровне разделения и множественности.

Последовательность — Отец, Сын, Мать — объясняется так:

Отец — это Мужской принцип, осуществляющий акт отрицания Единственного Духа; это любовь, направленная на плоть.

Сын — это принцип второго отрицания, в котором плоть отвергает плоть; это любовь, устремлённая к нереальному, любовь бесплодного сердца. Сын — не Мужское и не Женское: он находится на грани между двумя божественными принципами пола. И из-за этого он всегда вне общности двуполых существ.

Мать — это новое утверждение Мужского принципа в его противоположном смысле: Она утверждает Единственный Дух, и её любовь, воздымаясь из плоти, направлена на духовную реализацию. Она утешает и прославляет Сына, ибо она делает явью мечту о возвышенной чистоте во множественной жизни. Мать усмиряет битву между Христом и Сатаной, ведя эти две противоположные воли по одному и тому же пути единственного вознесения. Мать исходит от Отца и от Сына, и следует за ними в порядке временной очерёдности, потому что отрицание не может быть превращено в утверждение иначе как посредством второго отрицания.

Когда работа Матери завершена, возобновляется работа Отца, ибо три аспекта Божественной Троицы повторяются бесконечно.

В истории человечества три божественные фазы отражены в форме трёх типов религий, непрестанно следующих друг за другом, определяя три типа цивилизаций, которые мы видим в цикле — или треугольнике — к которому мы принадлежим в этих трёх религиозных цивилизациях: Иудаизме, Христианстве и религии Третьей Части, провозглашаемой сейчас.

Символ иудаизма — религии Отца — жезл, спрятанный внутри ковчега. Его этика защищает воспроизведение видов.

Символ христианства — религии Сына — с одной стороны, крест, а с другой — меч: отречение от полового акта и презрение к жизни. Но в тени Христа поклонники Сатаны обожествляют лоно женщины в тайных оргиях, поддерживающих динамизм движения вперёд. Белая месса пресуществления смягчается чёрной мессой рединамизации плоти, коя без этого стала бы анемичной.

Символ третьей религии — Религии Матери — стрела, выпущенная к небесам. Золотая месса, которая будет в ней создана, станет прославлять истинную любовь плоти, дабы освободить от оной обновлённый и возвысившийся дух, который изменит всё на земле.

Благословенны те, кто будут служить эту мессу.

Приложение А. Две редакции повести

«Священный ритуал магической любви» изначально публиковался по главам в «Стреле», с 15 октября 1930 года по 15 декабря 1931 (в первых восьми выпусках газеты). В начале 1932 года всё вместе было опубликовано в качестве приложения к газете. Два текста идентичны между собой, за исключением нескольких опечаток, кои можно с лёгкостью опустить. Но в то же время приложение содержит несколько дополнений, которых не было в оригинальных главах — в особенности, иллюстрацию часов AUM, предисловие Нагловской и краткое изложение доктрины в конце. Последнее, впрочем, было опубликовано отдельно в седьмом выпуске «Стрелы», до того, как была завершена публикация повести.

И на этом разница не заканчивается. Приложение также содержит интересное резюме Марии Нагловской как писателя. Вот оно:

Переводы:

1. Une revolution dans la philosophic, Франк Гранжин из Женевского Университета (перевод на русский язык), Москва: 1912.[58]

2. Роете a quatre voix, Юлиус Эвола, Рим: 1921

3. Raspoutine, Симанович, Париж: N. R. F., 1930.

4. Magia Sexualis, П. Рэндолф, Париж: под