Сила любви - Елена Зауэр

обессудь. Живём бедно. Кормимся скудно. Одна рыба да лепёшки. Сегодня вот ушицу варили.

Свар что-то прошипел своим, и те скрылись за камнями.

— Как же вы тут выживаете? — спросил я. — Одни камни вокруг. Здесь хоть что-нибудь растёт? Пшеница там? Рожь?

— Да, вот так и выживаем, боярин? — ответил Свар. — Бедно живём. Рыбку ловим, изредка птичку какую подстрелим.

— А лепёшки откуда берете? — поинтересовался я, ведь Свар не ответил ничего о том, что растёт на этом богом забытом острове.

— Дык, нам муку Кит привозит и ещё кое-что по требам. — ответил Свар. — Мы ему список отправляем через канцелярию.

— Почему через канцелярию? — спросил я. — Почему напрямую нельзя?

— Как это напрямую? — удивился Свар. — Где ж мы его искать по всему окияну будем. А через канцелярию его всяко найти смогут, и список наш передадут. Всё быстрее получится.

— Ну, а по почте письмом отправить? Нет? — спросил я и повернулся к Киту. — Нельзя тебе по почте письмо отправить?

Кит посмотрел на меня, как на ненормального. Тут откуда-то раздался свист. Свар тоже свистнул, в ответ послышалось два присвиста.

— Пойдем, боярин, — поманил тогда нас за собой чудь, указывая на еле заметную среди камней тропу. — Провожу тебя к нашему очагу. Обогреешься покамест

Я пошёл за Сваром. Белокрыл осторожно двинулся вслед за мной.

— Жду вас семь дней, богатырь! — услышали мы голос Кита.

Тропка была узкой, уходила вверх и петляла среди хаотично разбросанных валунов и остроконечных скал, сужаясь некоторых местах до тонкой полоски. Местами на особенно неудобных участках были высечены ступени. Камни вокруг были покрыты лишайником и мхом. Чем выше мы поднимались, тем ветренее и неуютнее становилось, холодные порывы воздуха пронизывали до костей.

— Вот мы и пришли, — проговорил Свар, остановившись на площадке перед входом в пещеру. — Сейчас и помоем, и накормим, и спать уложим.

Это он так тонко подколол? На душе стало как-то не спокойно. Но ничего не оставалось, как последовать за ним в узкий лаз. Меч-Кладенец сам себя не добудет.

— А как же я? — раздался сзади голос коня.

Я остановился. Точно, как же быть с Белокрылом? В этот лаз мой конь точно не поместится.

— Свар! — окликнул я чудь. Тот с неохотой остановился и оглянулся на меня.

— Что такое, барин? Лезть не удобно? Так ты голову то пригни, да живот втяни! — как-то совсем недружелюбно проговорил он.

Что-то в его поведении неуловимо изменилось. И мне это совсем не понравилось. Я выхватил свой меч и попятился к Белокрылу.

— Ты чего, боярин? — улыбнулся Свар, его глаза недобро блеснули. — Куда же ты?

Он двинулся на меня. Я же вылез наружу и встал рядом с Белокрылом в боевую стойку.

— Выходи сюда, нечисть! — крикнул я. — Обманом меня в ловушку заманить вздумал?

— Свар! — послышалось шипение из пещеры. — Свар! Ах, ты негодник! Ты пошто гостя нашего морозишь? Разве я этому тебя учила?

Меч-Кладенец (Кирилл)

— Дык, я что? Я ничего, матушка Малуша, — зашепелявил Свар.

В проеме появилась такая вполне себе бодрая старушенция. Была она чуть повыше Свара, почти не скрюченная, вышагивала бодро, хотя и опиралась на крюку, и лицо под капюшоном не прятала. Белые глаза смотрели на меня пронзительно.

— Здрав будь, добрый молодец! — поздоровалась старуха. — Ты меч-то свой прибери, прибери! Ничего плохого тебе мои ребятки не сделают. Пойдем к костру!

Она сделала приглашающий жест рукой.

— И тебе не хворать, бабуля! — Я убрал меч, но с места не сдвинулся.

— Что же ты стоишь? Идём! — повторила своё приглашение Малуша.

Я только было открыл рот, но Белокрыл, как всегда, меня опередил.

— Никуда он без меня не пойдет! — возмущенно воскликнул он.

Женщина повернула голову в сторону Белокрыла, будто только его заметила. Подошла, потрогала морду и проговорила:

— И ты здрав будь, чудесный конь! Прав ты! Не гоже хозяина с конём разлучать.

Она махнула рукой, Свар подбежал к ней и взял было под руку.

— Открой проход, Свар! А мне наш гость поможет, — проговорила она, махнув мне рукой.

И тут я понял, что она слепая.

Свар нажал на какой-то камень, и лаз в стене расширился до таких размеров, что все мы смогли нормально передвигаться. Ну, неужели сложно было сразу так сделать. Обязательно нужно было ждать вмешательства старухи?

Свар двинулся первым. Я двинулся за ним, подхватив старуху под локоток. Белокрыл замыкал наше шествие.

— С чем к нам пожаловал, соколик? — поинтересовалась у меня старуха. — Дело пытаешь, аль от дела лытаешь?

Я замялся. Даже не знаю, что ответить. Не скажешь же, что мимо проплывал, да решил заглянуть на огонёк.

— Али, за мечом-Кладенцом пришёл, как и все остальные, что перед тобой приходили? — хитро улыбнулась чудиха.

Ну, конечно, кому в здравом уме взбредет просто так на этот забытый богами остров приехать?

— В точку, бабуль, попала! — я решил ответить честно. — Именно за ним я и приехал.

— И зачем же на этот раз славный меч понадобился? Никак, тоже решил весь мир завоевать? — усмехнулась Малуша.

— А вот тут не угадала, — проговорил я, — меч нужен мне, чтобы один из компонентов лекарства для нашей княгини добыть!

— О как! — присвистнула старуха. — Это что же за компонент-то такой, что без Кладенца не обойтись?

— Хвост Чуда-Юда, — ответил я. — Ягиня сказала, что только этим мечом его отрубить можно!

Малуша хотела спросить что-то ещё, но тут проход закончился, и мы оказались в большой пещере, в центре которой в грубом каменном очаге, сложенном из тёмных валунов, полыхало пламя, отбрасывая слабый, мерцающий свет на стены. Вокруг очага сидели местные и смотрели в нашу сторону с настороженным вниманием и плохо скрываемой надеждой. Видимо, рассказ Кита их всё-таки зацепил.

— Добро пожаловать, гости дорогие, — подскочил к нам чудь, протягивая мне лепёшку на полотенце, — просим отведать наше скудное угощение!

— Ну, проходи, проходи, — пригласила Малуша, — опосля договорим.

— Мне бы коня обиходить, — проговорил я.

— Конечно, конечно, милок, — кивнула она, отцепившись от меня, — Свар, сынок, помоги нашему гостю.

Сбоку нашлось вполне удобно местечко для Белокрыла. Хотя какие уж там удобства. Вся пещера представляла собой мрачное зрелище. Стены её были покрыты влажным мхом и какими-то символами, из щелей сквозило.

Я снял с Белокрыла седло. А Свар положил лепешек и налил воды.

— Ты уж не обессудь, коней у нас не водится, — произнес он, будто извиняясь.

Такой душка, будто и не он наступал на нас в узком проходе.

— А ты, боярин, пойдём, лохань уже готова, — поманил он меня в соседнюю нишу.

Там стояла небольшая бочка, над которой поднимался густой пар.

— Там холодная