Трон - Максим Димов

Перспектива нарушилась, пространство перед глазами обезумело, вывернулось, обратившись к принцу-магу своей изнанкой. И обнажилось. В дверном проеме, скрестив на груди руки, в сияющей рамке своего защитного штриха-контура, стоял Леонард.

— Глаза, Ланс, у тебя глаза совсем черные, что с тобой?

Испуганный голос Иль доносился теперь до него откуда-то издалека. Не отрывая взгляда от брата, он произнес что-то успокаивающее.

— Собрался на маскарад, Леон?

Не меняя позы, близнец неторопливо заговорил:

— Знаешь, Ланселот, за то время, что я наблюдаю за тобой, мне пришло в голову множество забавных вещей. И общего плана, и довольно личных, где-то даже интимных. Но все они, так или иначе, связаны с человеческой природой. Тебе не надоело?.. Ну, тогда я продолжу. Я как-то с детства усвоил, что человек — существо общественное, или, еще говорят, коллективное, или на худой конец, стадное, и потому и отношения к себе требует соответственного. Но, глядя на тебя, я никак не мог отделаться от ощущения, что не так все просто. Наверное, склонность сбиваться в толпы есть все-таки приобретенное качество, а, внутри, в себе, люди так и остаются замкнутыми одиночками. Скрытными, лживыми, мелочными, но — личностями. За свою жизнь я убил немало народа, но мне никогда и в голову не приходило посмотреть на них, как на живых людей, людей не толпы. Непросто, знаешь ли, рассмотреть в человеке человека, когда он стоит напротив и собирается выпустить тебе кишки. И в этом они все были похожи друг на друга, как оловянные солдатики. Для меня они все были врагами — некими безличными существами, которые стояли на пути, и которых надо было убрать оттуда. Точно также я смотрел и на тебя. До сегодняшнего дня. Это было забавно, Ланс — видеть тебя такого. Мне даже подумалось, что вот ты, мой брат, мой враг, и одновременно живой человек. И те, до тебя, тоже, наверное, были живыми людьми. И, в итоге, вместо того, чтоб подойти и просто снести тебе голову, я вот стою и слушаю вашу глупую болтовню.

— Ты повзрослел, раз научился озвучивать отвлеченные монологи, — заметил Ланс. — Кто знает, что дало бы тебе мое убийство? Возможно, позднее, ты бы пожалел об этом, а возможно, еще пожалеешь о том, что упустил эту прекрасную возможность.

Ланс сказал это ровным, холодным голосом, но он чувствовал, что застигнут врасплох, и знал, что Леонард видит это. Тот холодно улыбнулся.

— Жалеть не о чем. Кто мне помешает убить тебя чуть позже? Просто, мне кажется забавной сама мысль о том, что я впервые убью живого человека.

«Хоть бери, и лепи с него геройские лики, — подумал Ланс. — Чего стоит одна эта самоуверенность».

— Вижу, ты окончательно протрезвел, — проницательно заметил брат. — Теперь, для восстановления полного духовного равновесия, выскажи что-нибудь крутое.

Принц почувствовал сильнейшее раздражение и, неожиданно для самого себя, грязно выругался. Раздражение моментально прошло, а он с необъяснимым любопытством уставился в лицо Леонарда, пытаясь угадать произведенный эффект. Не угадал; лицо того осталось непроницаемым. Более того, сейчас он смотрел куда-то в сторону. Ланс проследил его взгляд и, наконец, вновь осознал присутствие Иль. Она стояла рядом и нервно теребила его рукав. Она говорила шепотом, но он сразу различил в ее голосе панические нотки. Бармен за стойкой прекратил свои загадочные манипуляции с посудой и, раскрыв рот, смотрел на них. Но все это Ланса не беспокоило. Его только удивило, что он стоит, а его мягкое полукресло валяется, опрокинутое, в стороне.

— Ланс, ты слышал меня? С кем ты разговариваешь?

— ЭТО ТВОЯ ПОДРУЖКА? — спросил Леонард. — НЕ ПОЗНАКОМИШЬ?

Он непроизвольно сжал кулаки, но тут близнец расцепил руки и громко щелкнул пальцами. Горящие ребра его защиты пропали, и следом пропал он сам. Ланс поспешно убрал свой Контур.

Появление Леонарда произвело впечатление. Иль вскрикнула, а бармен попятился назад. Что ж, мощь и зрелищность — неотъемлемые атрибуты всех Высших Манипуляций. Ланс и сам оценил силу брата.

Тем временем, близнец подошел к стойке.

— Меня зовут Леонард, — представился брат, пристально глядя на Иль. — А вас?

Она не ответила. Некоторое время она выдерживала его взгляд, потом спокойно повернулась к Лансу.

— Кто этот человек?

Она держала его за руку, и ее ногти больно вцепились принцу в ладонь. Он осторожно высвободился.

— Я, кажется, с вами разговариваю! — властно произнес Леонард.

Ланс вздрогнул.

— Тише! — спокойно одернул он брата.

Одновременно Ланс медленно отошел назад, увлекая за собой Иль, смотрящую на него расширившимися главами.

— Я знаю, кто ты, потому что знаю, кто он, — прошептала она. — Меня все считали сумасшедшей, но я знала, что найду своего принца.

Он улыбнулся. Ему захотелось обнять ее, но он продолжал следить за братом, наблюдавшим за ними исподлобья.

— Все будет хорошо, — мягко успокоил ее Ланс и ободряюще улыбнулся.

— Я знаю, — она говорила с какой-то особенной торжественностью. — Я знаю, потому что вижу, что он зло, и значит, ты убьешь его. Это страшно, но так делают все герои. И я все равно не отвернусь от тебя.

Она говорила тихо, только для Ланса, но близнец, конечно же, услышал.

— Напрасно вы это сказали, госпожа. Он не убьет меня и к вам не вернется. А вы будете наказаны за свои слова, — громко проговорил он.

Ланс вздрогнул — пришла пора покончить со всем этим.

— Хватит! — резко бросил он и легко подтолкнул девушку к углу бара. Она кивнула и послушно отошла.

Леонард только покачал головой и двинулся в сторону Ланса.

— Напрасно ты беспокоишься. Все у нас с тобой будет тихо, по-домашнему, и никто нас не осудит, — заверил он.

— Ты сегодня переполнен откровениями.

— Сейчас ты узнаешь главное.

Леонард вытянул руку, и из его окутавшейся белым сиянием кисти вытянулся клинок. Ланс вырвал из ножен Тераль, и шагнул навстречу брату.

Он атаковал первым — уколом в сердце. Леонард небрежно отмахнулся, справа налево, отбивая удар, быстро сместился вправо и нанес рубящий удар сверху вниз. Ланс вовремя отступил на два шага, одновременно уклоняясь всем корпусом, и ушел в защиту.

Тотчас последовала атака близнеца и тоже была отбита. Противники закружили по залу, какое-то время сохраняя силовое равенство, но довольно скоро Ланс понял, что начинает уступать. Ему все чаще приходилось защищаться, в то время как его атаки легко отбивались братом. Тогда он стал намеренно отступать, заставляя Леонарда идти вперед, и пытаясь нащупать его слабые места. Но, похоже, таких у брата не было. «Вот бы Винсента сюда. А еще лучше, это маленькое чудовище — Яго», — пронеслось в голове принца.