Познакомлюсь с принцем. Не Золушка - Антонина Циль

— Вы мне отказали, — задумчиво пробормотал Болек, — ваше сердце молчит, но мне не обидно. Кто я, чтобы идти против пророчеств? Но отныне я буду считать вас своей Прекрасной дамой. Я совершу подвиг в вашу честь. Рыцарство у меня в крови.

— Да уж… То есть я хотела сказать: только не рискуйте жизнью. Вы дороги мне как друг, — с наигранным пафосом поспешила добавить Таня.

Придя к согласию, молодые люди разошлись.

По пути в комнаты Тане сообщили, что королевский повар собирает свой «клуб» на прощальную трапезу.

Поскольку придворным резко стало не до его изысканной кухни, дайтэ Аньоль решил отправиться в путешествие и начать с замка амесси Карины. Повар собирался пополнить коллекцию северных рецептов и привнести что-то свое в кулинарию суровых фьордов.

Расстроенная Таня (в последнее время она тоже по понятным причинам лишила Аньоля своей поддержки) поспешила в столовую.

… Там уже собрался весь клуб «молекулярной кухни». Дайтэ Аньоль сам подавал друзьям свои последние шедевры. Вопреки ожиданиям Тани, выглядел он не мрачным или грустным, а оживленным и бодрым.

Поговорив с ним, Татьяна убедилась, что мэтр находится в приподнятом настроении.

— Я прекрасно провел время при дворе, особенно последний месяц, когда меня, наконец, признали. Однако я в очередной раз убедился, что… — повар задумался, подбирая правильное слово, — ржавею. Творцу нельзя оставаться на одном месте. Смена обстановки приводит в действие что-то вот тут, — Аньоль указал на середину груди, — огонь, горение.

— Очень вас понимаю, — сказала Таня, — но… Как мы без вас? Без ваших великолепных меренг и соусов?

— Боюсь, — Аньоль окинул взглядом полупустой зал, — мне скоро некому будет готовить. Увы. Зло многих выжило из дворца. Я буду молиться за тех, кто остался, за успех фей и магов.

— Ее величество вас отпускает?

— Королева Леонарда – сама художник, в широком смысле этого слова. Она меня понимает. Необыкновенная женщина. Сказала, что у нее нет власти удерживать творца в золотой клетке, — повар смахнул слезинку.

Гости начали трапезу с грустных причитаний по поводу отъезда Аньоля. Карине даже стало немножечко стыдно: она забирала с собой лучшего, по мнению «клуба», повара Кронеланда. Однако долго северянка не печалилась, вспомнив о скорой встрече с женихом и возвращении домой. Королева щедро наградила Карину за службу, попросив лишь устроить прощальный концерт.

Дайтэ Аньоль превзошел себя. Тане хотелось законсервировать, сохранить эти мини-шедевры для потомков.

Несколько блюд были отправлены в покои Леонарды, которая, по понятным причинам, не выходила из комнат, оставаясь с супругом под защитой магов. В ответ королева прислала фрейлину, и та вручила повару футляр с золотой нагрудной цепью. Дайтэ Аньоль не выдержал и разрыдался.

Карина спела под аккомпанемент лютни. Многие вручили повару маленькие подарки.

Таня уходила одной из последних. Повар подозвал ее к себе и протянул небольшую коробочку. Внутри лежали мягкие разноцветные шарики, посыпанные сахарной пудрой.

— Лакомство из рисового теста. Я научился этому блюду на востоке, — пояснил мэтр. — Там считается, что моти дарят человеку проницательность и способность различать.

— Моти, — завороженно проговорила Таня, трогая пальцем один из шариков.

Она лишь раз в жизни пробовала японский десерт, когда заказывала еду на день рождения. Ничего особенного она в нем не нашла, но сейчас от желания съесть хотя бы один шарик потемнело в глазах.

Наверное, она слишком громко сглотнула.

— Не бойтесь, они не испортят фигуру, — улыбнулся Аньоль. — Съешьте их сегодня вечером, амесси Тьяна. Вы хороший человек, добрый. К вам тянутся люди. Никогда об этом не забывайте, даже в темные дни.

Вечером состоялся концерт Карины. Таня не смогла сдержать слез. Подруги разрыдались и обняли друг друга, Карина настояла на том, чтобы Татьяна дала обещание приехать в гости.

Экипаж дайтэ Аньоля и Карины Жу Вердэ покинул дворец на закате, чтобы на рассвете присоединиться к каретному обозу, идущему на север. Путешествовать в компании через глухие леса Балкодии было более безопасным.

Таня едва дождалась вечера – так ей хотелось съесть подарок мэтра. Однако же это была не тяга к сахару, от которой Татьяна давно избавилась, а предвкушение чего-то иного, от чего трепыхалось сердце.

От приятного десерта со сбалансированным вкусом осталось несколько шариков, для Онции. Таня с грустью подумала о Карине, но приободрилась, вспомнив, как изменилась Онци. От прежней жеманной и раздражительной ворчуньи не осталось и следа. Что так изменило сестру? Неужели любовь?

Таня улыбнулась и задула свечу. Ей снился ее двор, заставленный машинами. Она шла к подъезду и вдруг почувствовала чей-то взгляд…

И проснулась. Было тихо, в окно светила желтоватая луна, похожая на обгрызенный круг сыра. Таня повернулась на другой бок, но сонливость исчезла. Ладони холодели, а сердце билось часто-часто. В голове засела тревога.

Таня встала, накинула пеньюар и подошла к окну. Она заметила крупную фигуру Александра, движущегося по аллее к входу в западное крыло. Его высочество кутался в плащ, но Татьяна узнало бы его в любом обличии.

Она вздохнула. Продолжает ли принц поиски Золушки? Может, пора рассказать правду? На чужом несчастье счастья не построишь.

Таня вздрогнула: за Александром кралась темная фигура, почти незаметная за кустами. Другая такая же фигура отделилась от здания и тоже двинулась вслед за принцем.

Татьяна охнула: это были не совсем люди, а… тени? Таня могла четко видеть сквозь них, как и тонкую нить или проволоку в руках одного из преследователей. Она попыталась открыть окно и закричать, понимая, что не успевает.

Одна из теней приблизилась к принцу и подняла нить, сложенную в петлю, над его головой. Александр продолжал идти, ничего не видя и, похоже, не чувствуя опасности. Но где же твоя хваленая интуиция, принц?!

Лунар! У нее же есть лунар! Таня в панике нажала на камень несколько раз. Он ярко засветился в лунном свете, и за спиной Татьяны что-то загрохотало.

Александр вписался в прикроватный столик и сорвал балдахин над кроватью. Он барахтался в складках ткани и удивленно ругался