Тара - Елена Ларичева

Прости, Мьеранца. Вот оно, тайное оружие Ири. Вот она, тайна Тары. Поэтому Вечная рвалась заполучить власть над металлом. Чуяла или точно знала, уже не важно. Промахнулась главная ведьма Кавиры, не переупрямила великого духа и сама сгинула, не увидев бесславного поражения своей страны.

Спохватившись, Вимер выдернул из ножен клинок. Солнце скользнуло лучом по лезвию, вспыхнуло на сапфире, венчавшем рукоять.

- Твой меч не прост, - попыталась улыбнуться чародейка, вытряхивая из чёрных волос труху шпилек. - Сомневаюсь, что рже будет по зубам подобная сталь, мастер. А чтобы выковать новое оружие - придётся очень постараться, - серьёзно произнесла она. - Пошли, расскажем всё госпоже.

"Мне не с кем теперь ковать", - только и подумал ведьмак, покорно следуя за Мьеранцей.

Мьеранца покинула его у самого порога гостиницы, южной птицей упорхнув прочь. Ну да, ей интересно наблюдать за распространяющейся по городу паникой. Тем более, что чародейские силы позволят ей уберечь себя.

9.

Из окон вываливались рамы, с проржавевших петель слетали двери, ссыпались перила лестниц, рушились деревянные надстройки и крыши домов, звонко падала вниз черепица, попрощавшись с исчезнувшими гвоздями. Перепуганные дамы и мужчины спешили хоть в какое-то укрытие, ибо молнии, крючки, пряжки и металлические пуговицы тоже исчезли под действием чар. Встали экипажи, лишившиеся колёс и осей, с лошадей сваливалась сбруя. Самодвижущиеся повозки оседали на мостовые грудой рыжего песка.

Поднявшись по ступеням гудящей растревоженным осиным гнездом гостиницы, ведьмак поморщился при виде двери, лишившейся ручки, и теперь сдерживаемой от падения эльфийскими чарами... постучал. Хихикающий Сольеваль встретил его на пороге.

- Здорово их наши?! В городе, небось, совсем ужас творится? - радостно сообщил он. - Со мной сестра разговаривала. Конец Кавире! Даже войска было необязательно высылать. Ирь самая сильная!

- Не вижу ничего забавного, - подвинув его плечом, вошел в номер ведьмак.

Внутри было более, чем предсказуемо. Спинки развалившейся кровати стояли у стены отдельно. Матрас покоился на останках кроватного каркаса. То, что сохранилось от некогда удобных кресел, оказалось свалено в углу деталями детского конструктора. Только клееный стол по-прежнему благоденствовал. Чем и пользовался Рувас, сидя на столешнице и хрустя печеньем. Завидев ведьмака, он обрадовался собеседнику.

- Такого даже я не мог предположить! - поделился он, одновременно пытаясь прожевать. - Опасные чары. Очень опасные. Ирь тоже получит сполна.

- С чего ты решил, чучело?

Вимер устроился рядом с белым зверьком, выхватил печенинку из развороченного кулька и тоже захрустел. Он уже мысленно попрощался с Кавирой. Скорее бы домой!

Эльфёнок разлёгся на поломанной кровати, без вина пьяный от происходящего. Как его от нездорового патриотизма заносит!

Рувас не отвечал, отвернулся от ведьмака, то ли обидевшись на "чучело", то ли просто задумавшись. Вимер повторил вопрос.

- Сила сейчас по-другому течёт, - нехотя пояснил великий дух. - В первые минуты шла только на Кавиру, а сейчас разгон слишком велик, должна перехлёстывать. Ждите новостей из Ири, - он издал звук, напоминающий смех, и сосредоточился на печении.

- Что ты мелишь, крысёныш? - возмутился его словам эльф. - У нас лучшие чародеи! И ведьмы с ведьмаками не самые тупые! - сподобился он на комплимент напарнику. - Кавире конец!

Рувас проигнорировал бахвальство шпиона, сыто рыгнул и, спрыгнув со стола, скрылся в комнате ведьмака.

- Он такой с момента твоего ухода, - пояснил Сольеваль, неожиданно разговорчивый сегодня. - Как только у Вады спицы в руках рассыпались, он выгнал королеву. Запретил нос из номера показывать. Потом со мной Эвнуриель связалась. Сестра предупреждала, что лучшие чародеи у зеркал собрались, посылают Кавире самое разрушительное из придуманных смертными заклятие. А потом всё начало рушиться. Крыс только злорадствовал.

- Сами себе приговор подписали! - долетел до мужчин писк Руваса.

Вимер нырнул в свою комнатку, сгрёб за шкирку зверька и бесцеремонно швырнул на обломки эльфовой кровати.

- Что знаешь, чучело? Отвечай, заклинание обратимо?

- Нет! - с видимым наслаждением ответил Рувас. Было видно, Ири он не симпатизирует.

- Будь ты на свободе, предотвратил бы его? - продолжал допрос ведьмак.

- Не-е-ет, - почти довольно промурлыкал великий дух.

- Если тебя освободить, вернёшь всё, как было?

- Ты вначале освободи, а потом спрашивай, - зверёк оскалился на пригрозившего ему эльфа. Потом соблаговолил просветить невоспитанных смертных. - Если бы привлекались силы Запредельного, возможно было отыскать лазейку в формулировке приказа. Но это дело смертных. И быть Кавире без металла о-о-очень до-о-олго. И не только Кавире, - напомнил он, хихикая. - Ждите вестей с родины!

- То есть Ирь тоже может... - пробормотал эльф, растерянно мигая крупными раскосыми глазами.

- Именно, тупица! - подтвердил Рувас.

Вимер отвернулся от зверька и нехотя попросил Сольеваля.

- Поделись обручем. Мой рассыпался.

Эльф даже не стал препираться. Он торопливо заправил камни в углубления, закрепил их зажимами и сам надел переговорное устройство на голову ведьмака.

А Вимер всё думал: "Интересно, во сколько раз взлетят цены на устойчивые к ржавчине металлы? Украшения станут переплавлять на петли, замки, ключи и крючки! Как в северных землях, мастера научатся делать гвозди из твёрдых пород дерева, если разберутся, как же его обрабатывать. Костяные иглы, каменные ножи, солнечные часы... Эльфы ещё продержатся. А люди погибнут. Мы слишком быстро становимся скотами! Это будет закат эры людей. Мы уже не поднимемся, утратим веками отвоёвываемое право разговаривать с долгоживущими на равных". Ему очень хотелось, чтобы пророчества великого духа были не более, чем маленькой местью.

Обруч больно стискивал виски, мешая расслабиться, войти в нужное состояние. Наконец под закрытыми веками глаза закатились наверх. Дыхание стало глубоким и медленным. Так, теперь следует представить... С кем бы пообщаться... Наарба! Пусть тоже поволнуется. Ему полезно.

Вот, как миленький откликнулся. Озадачен, но не более.

- Зачем беспокоишь? - недовольно осведомился Чёрный Лис.

Из всех троих пассажиров кареты призрачного Вимера сейчас мог рассмотреть и услышать один Наарба. Оливкового цвета занавеска на окне была отдернута, позволяя рассмотреть медленно проплывающие мимо дворцы Сада Правителей, в вечерних сумерках не менее нарядные, чем днём. Над кронами аккуратно подстриженных деревьев висли грозди продолговатых фонариков, крепящихся к воздушным шарикам. Их свет золотил песок дорожек, поблескивал на позолоте скульптур... На крышах дворцов сияли зеленовато-желтым статуи львов и драконов, сошедшихся в вечной схватке за право властвовать над миром...