Веление сердец - Лаура Торн

– Что? Что ты сказал?

– Да, Катрин, он теперь духовное лицо, он также проповедник, но ведь самое важное, что он жив и дела у него идут хорошо, не так ли?

Нижняя губа Катрин задрожала, лицо ее стало серым, дрожащим голосом она ответила:

– Да, ты прав, самое важное то, что он жив и дела у него идут хорошо. Желать чего-либо другого было бы чистым эгоизмом. – Отчаяние и печаль исказили ее лицо, когда она продолжила: – Я бы хотела увидеть его еще один раз, только один-единственный раз. Я хотела бы попрощаться с ним и пожелать ему счастья. – Внезапно ее лицо просветлело. – Я поеду в Ноттингем, или нет, Дэвид, лучше я поскачу туда верхом, если будет нужно, и ночью, и в туман. Я должна его просто еще один раз увидеть, ты меня понимаешь? Только один-единственный раз. Пожалуйста, помоги мне. Помоги мне в последний раз. Помоги мне, потому что Кассиан твой друг, а я твоя сестра.

Дэвид вздохнул. Он хотел уже ответить ей, когда Маргарет пришла из кухни и принесла ему большой поднос с жареным мясом, хлебом и свежими яблоками. На подносе стоял также кувшин с водой и даже маленький стакан портвейна, который Маргарет обычно берегла как зеницу ока.

Она присела рядом с братом и сестрой и наблюдала, как ее любимец ест. Когда же он закончил, она унесла поднос на кухню.

Дэвид и Катрин подождали, пока Маргарет исчезнет, перед тем как продолжить прерванную беседу. Они молчали лишь потому, что знали, как Маргарет любит их, и не хотели причинять ей лишней боли.

– Они будут в Ноттингеме через несколько дней, – объяснил Дэвид. – Они идут пешком.

– Ты их не встретил по дороге?

– Нет, они спят ночью на улице или же просят пристанища в монастыре. Если бы я стал их искать, то потерял бы слишком много времени. К тому же не думаю, что мне удалось бы отговорить Кассиана от его намерений. Никто лучше тебя не знает, насколько упрямым он может быть.

Катрин кивнула.

– Хорошо, что ты сразу отправился назад в замок, тем не менее я прошу тебя помочь мне добраться до Ноттингема. – Она взяла его за руку и настойчиво посмотрела ему в глаза. – Пожалуйста, помоги мне. Сэр Болдуин хочет ускорить наше бракосочетание, праздник состоится уже через десять дней, у меня не так много времени.

Дэвид вздохнул.

– Ну, хорошо, я помогу тебе, но на этот раз я настаиваю на том, чтобы наши родители были в курсе дела. У них и так хватает горя и забот в последнее время. Они потратили последний фунт, чтобы разыскать тебя и Кассиана.

– Я знаю, – сказала Катрин тихо и с виноватым взглядом. – Я все знаю и историю Джонатана тоже. Я обещаю тебе, что выйду замуж за сэра Болдуина, я обещаю это тебе, потому что Джонатан наш маленький брат, которого мы должны защищать. Я даже обещаю быть хорошей женой сэру Болдуину, чтобы он в конце концов оставил малыша и наших родителей в покое, но до этого я должна еще один раз увидеть Кассиана.

Она посмотрела на него так умоляюще, что он наконец кивнул, затем он, вздыхая, взялся за портвейн, откинулся назад, выпил стакан маленькими глотками, поставил его на стол, вытер салфеткой рот и сказал:

– Я провожу тебя в Ноттингем: молодая девушка ни при каких обстоятельствах не может путешествовать одна. Мы выедем в карете, послезавтра с первым криком петуха, и уже к обеду будем в Ноттингеме. – Он улыбнулся, когда увидел радость Катрин, и погрозил ей пальцем. – За это ты добровольно откажешься по меньшей мере на месяц от своей доли медового пирога Маргарет.

Дэвид знал, как ему рассмешить Катрин.

– Охотно, – ответила она. – Я готова отказаться от моей доли пирога на целый год.

Катрин рассмеялась так громко, что Маргарет испуганно высунула голову из двери кухни, чтобы посмотреть, что случилось.

– Да, кстати, как раз вчера меня научили, как самой испечь такой пирог.

На следующее утро в замок прибыли жонглеры.

– Эй, люди, хотите посмотреть наше представление?! – Маленький мальчик с темными локонами, большими карими глазами и кожей цвета шоколада торопливо поднялся по лестнице и прошел через портал в большой холл замка.

– Ты, карлик, остановись! Чего тебе надо?

Маргарет схватила мальчика за воротник и крепко держала его.

– Отпусти его, – попросила леди Элизабет и присела перед ребенком на корточки. – Что ты хочешь и кто ты?

– Меня зовут Сальваторе, я из жонглеров, которые ждут на улице. Когда я вырасту, я буду глотать огонь. Я хотел спросить, не хотели бы вы посмотреть наше представление?

Леди Элизабет погладила мальчика по волосам.

– Нет, мой мальчик, жаль, но нам сейчас нечего праздновать, но у нас есть горячая еда для тебя и твоей семьи, а также вы получите овес и воду для лошадей. Сколько вас там?

Маленький мальчик показал пять пальцев на одной руке и три на другой.

– Нас столько, – сказал он. – И еще я.

Леди Элизабет рассмеялась.

– Итак, девять. Я велю подать вам обед. Вы пришли как раз вовремя, наша кухарка только что сварила вкусный бобовый суп. Пойди позови других, чтобы они рассказали, что происходит в городе и стране.

Спустя совсем немного времени жонглеры сидели за большим деревянным столом на кухне и с удовольствием поедали хлеб и суп, только старший в их маленькой труппе сидел с леди Элизабет и Катрин в холле. А Джонатан не смог удержаться, чтобы не пробраться на кухню и не порадоваться забавным трюкам и фокусам, которые жонглеры показывали между делом, а один из фокусников вытащил у Маргарет яйцо из носа.

– Ну, – обратилась леди Элизабет к жонглеру Адамо. Он уже закончил есть и медленно потягивал портвейн. – Расскажите, что вы слышали по дороге. Скоро ли король вернется назад? Каково настроение? Мы живем вдали от города и узнаем все важные новости порой слишком поздно.

Она слегка рассмеялась и подняла свой стакан.

– Миледи, мы путешествуем, нас не беспокоит политика, потому что она не касается нас, тем не менее я охотно расскажу вам, что мы видели в городе Ноттингеме.

– Я слушаю.

– Вчера, незадолго до закрытия городских ворот, в Ноттингем прибыли два духовных лица. Они расположились на торговой площади, посреди мелких торговцев. Один из них, немолодой мужчина, несколько худой, поднялся на камень и начал говорить. Он говорил, но люди проходили мимо, не обращая на него ни малейшего внимания. Тогда на камень взобрался другой, значительно моложе, поднял руки и звонким голосом начал проповедовать. Он говорил о свете, который указывает людям верный путь, он говорил о том, что необходимо любить ближнего и уметь прощать, он сказал, что слово Божие может проповедовать каждый. Каждый, кто верит в Бога. О важности слова свидетельствуют не деньги, власть и богатство, а только глубокая чистая вера, которая несет свет людям. Новый Свет, так сказал он, стоит того, чтобы его построить. Новый Свет, в котором каждый будет другом другого и у всех, будут равные права. Не тратьте время на длинное прощание, оставьте мертвых погребать своих мертвецов и стройте будущее для живых собственными руками, так звучали его слова.