Банда 2 - Виктор Алексеевич Пронин

в этих внимательных, напряженно уставившихся на него глазах Пафнутьев не прочитал.

— Изольда Цыбизова, — Зомби обессиленно откинулся на подушку. — Золя Цыбизова... — лицо его оставалось совершенно бесстрастным. То ли он прекрасно владел собой, то ли действительно не помнил этого имени.

— Глухо? — спросил Пафнутьев.

— Знаете, как иногда бывает... Услышишь имя, фамилию и они сразу кажутся несовместимыми, чуждыми друг другу... В одной из этих газет, — Зомби кивнул в сторону подоконника, заваленного прочитанными газетами, — я наткнулся на человека по имени Арчибальд Васяткин. Или Васюткин. Не помню. Но сочетание незабываемое, правда? Вроде Даздрапермы Ивановны.

— И что из этого следует? — спросил Овсов.

— Изольда Цыбизова... Имя и фамилия не показались мне несовместимыми, случайными... У меня такое ощущение, что за ними стоит живой, реальный человек.

— Стоит, — мрачно кивнул Пафнутьев. — Страховой агент.

— Да? — ив глазах Зомби промелькнуло что-то осмысленное, но тут же выражение узнавания сменилось напряженным, а потом и беспомощным выражением. — Нет, не могу... И что же она страхует?

— Все, что под руку подвернется — людей, детей, дома, машины...

— И машины? — спросил Зомби. И этот его вопрос больше всего порадовал Пафнутьева за весь этот тягостный и затянувшийся разговор.

— А почему вас заинтересовало именно то, что Цыбизова страхует машины?

— Понятия не имею, — улыбнулся Зомби простодушно. — Выскочило почему-то...

— Может быть, вы хотите еще что-нибудь уточнить? — вкрадчиво спросил Пафнутьев.

— Еще? — Зомби задумался. — Она страхует любые марки машин? И наши, и иностранные?

— А разве это имеет какое-нибудь значение?

— Не знаю, — на этот раз потупил глаза Зомби. — Но мне кажется должна быть какая-то разница... Здесь что-то должно таиться... Скажите, она страхует машину вместе с водителем? Или по отдельности? Только не спрашивайте, почему этот вопрос пришел ,мне в голову. Я не смогу ответить. Просто вспомнил собственную историю... Я ведь должен был сгореть вместе с машиной... Но не сгорел. Хотя в каком-то смысле с лица земли исчез.

— Появишься, — заверил его Овсов. — Не сомневайся.

— Я был на своей машине? — спросил Зомби.

— Смотря что иметь в виду, — уклончиво ответил Пафнутьев.

— Она была застрахована?

— Да.

— Цыбизовой?

— Да, — ответил Пафнутьев, неотрывно глядя на Зомби. Он вынужден был отметить, что вопросы тот задавал точные. С каждым вопросом что-то открывалось, появлялись новые соображения. — Машина, на которой вы попали в аварию... Была угнана два года назад.

— По документам?

— Документы сгорели вместе с машиной. Известно одно — машина угнана, ее законный владелец получил страховку, которую оформила Цыбизова. Два года назад.

Заскучавший Овсов решил вмешаться в разговор.

— Я слышал, что в Англии, какой-то актер застраховал за миллион долларов щелочку между своими передними зубами. Улыбка у него с этой щелочкой получалась своеобразной, привлекала женщин... Из-за этой щелочки его и приглашали сниматься в фильмах... Щелочка его и кормила. Впрочем, щелочки нынче многих кормят.

— Надо же, — сказал Зомби без улыбки. — Чего не бывает на белом свете... Цыбизова Изольда Федоровна... Вы с ней встречались? — спросил он у Пафнутьева.

— Нет. Решил сначала с вами поговорить.

— Ничего не могу сказать. Я ее не помню. Разве что.., это имя кажется мне естественным... Такое ощущение, что я к нему уже привыкал когда-то... Скажите, — Зомби помялся, глядя на Пафнутьева, — а почему бы вам не узнать мое имя, уж коли вы так блистательно справились с первой задачей...

— Блистательно? — с интересом переспросил Пафнутьев.

— Ну да! Даже с некоторым профессиональным изыском!

— Изыском? — повторил Пафнутьев.

— А что, собственно, — вас удивляет? — насторожился Зомби.

— Редкие слова употребляете... Блистательно... Изыск... Овсов, ты когда-нибудь слышал такие слова?

— Может быть, по телевизору...

— Вот-вот, — подхватил Пафнутьев. — А как вы думаете это можно сделать? — он повернулся к Зомби. — Как узнать ваше имя?

— Мне казалось, что в таких подсказках вы не нуждаетесь... Есть дата, когда я попал в аварию. К вам поступают заявления от родственников, знакомых, организаций о пропавших гражданах... Соберите за месяц, прошедший после аварии все эти заявления... Их ведь не сотни... Ну, несколько десятков... В газетах пишут, — Зомби кивнул на гору газет у кровати, — что люди пропадают пачками ежедневно... Но вы сразу отсейте женщин, их большинство, отсейте детей, подростков, безумных стариков, которые вышли из дому и забыли, кто они есть, отсейте алкоголиков, бродяг... У вас останется не больше двух-трех человек. Наверняка, я один из них. Проведите опознание...

— Тебя никто не узнает, — обронил Овсов.

— Узнают, — заверил Зомби. — Цвет волос, родинка какая-нибудь, одежда... Ведь осталась какая-то на мне одежда?

— Не осталось, — ответил Овсов. — Твоя одежда была в таком виде, что хранить ее было невозможно. Окровавленное тряпье. Ее выбросили в тот же вечер. Карманы, правда, осмотрели. Кроме снимка в целлофановом пакете, ничего не нашли.

— Это я знаю, — сказал Зомби. Как показалось Пафнутьеву, он перебил Овсова с некоторым нетерпением. — Так как вам нравится моя идея? — спросил Зомби у Пафнутьева.

— Неплохо. Такое ощущение, что в своей прошлой жизни вы уже проводили расследования.

— Может быть.

— А почему ты так ответил — может быть? — спросил Овсов. — Что-то вспомнил?

— Нет. Но мне показалось, что все это очевидно. Мне понравился сам ход рассуждений, приятно было сознавать, что я все-таки худо-бедно мыслю. Цыбизова, страховой агент, — бормотал Зомби с напряженным лицом. Он что-то хотел вспомнить, что-то было совсем близко в его сознании, но нет, опять обессиленно откинулся на подушку. — Золя Цыбизова.. — Астры...

— Что? — спросил Пафнутьев.

— Астры, — говорю... Хорошие цветы... Вам нравятся?

— Это неважно. Лишь бы они нравились женщине, которой я их дарю. Астры как-то связаны с Цыбизовой?

— Наверно, есть какая-то связь, уж коли слово выскочило. Зря слова не выскакивают, как я понимаю.

— Опиши эти астры — попросил Овсов.

— Темно-фиолетовые, махровые... Большие цветы с желтой серединой... И среди них попадаются розовые... Эти бледно-розовые как бы оттеняют и усиливают цвет фиолетовых...

— Они растут в саду? Или собраны в букет? В руках у женщины? В ведре на базаре? Выброшенные в мусор?

— В руках у женщины, — тихо произнес Зомби.

— Это Цыбизова?

— Может быть... Лица не помню, но по ощущению... И имя где-то рядом — Золя...

— Золя — это Изольда, — пробормотал Пафнутьев.

— Может быть, — повторил Зомби, и улыбнулся. Пафнутьев отметил; что несмотря на уйму поломанных кос гей, зубы у того оказались совершенно целыми. — Сколько мне лет, Степан Петрович?

Овсов задумчиво посмотрел на больного, повернулся к окну, снова поднял глаза на Зомби.

— Думаю... Тридцать с небольшим... Где-то так...

— Тогда еще ничего, — пробормотал Зомби. — Я боялся, что больше...

— А какого своего возраста вы опасались? — спросил Пафнутьев.

— Вдруг, думаю, уже за пятьдесят, — улыбнулся Зомби.

— Вам гораздо меньше, — заверив его Пафнутьев. — Вам действительно