Двое из будущего - Максим Валерьевич Казакевич

— Ну-с, кого надобно нарисовать?

— Хорошо, — я присел рядом. Взял в руки лист бумаги, схематично начертил поле. Разлиновал по клеткам, надписал каждое поле. — Вот смотри и слушай… Ты мне сейчас должен придумать дизайн каждого предприятия.

Эта была еще та работенка. Я и не подозревал, что донести свое видение до другого человека оказалось настолько сложно. В тот день мы с художником провозились почти до самого позднего вечер, изрисовали не один десяток листов, источили несколько карандашей. И все равно не осилили даже и половину поля. Набросали эскизы, отложили про запас и договорились встретиться с обеда следующего дня. Ну а утром, пока его еще не было, я на свежую голову заново оценил написано, горько вздохнул и отправил большую часть в корзину. Не знаю, может быть я глупый перфекционист, но мне хотелось добиться максимального сходства с любимой игрой моего детства. Понятно, что полной копии я не добьюсь, но хотя бы приблизительно. Выдержать хотя бы стилистику.

Бедного художника я мучил целую неделю. С рвением достойного лучшего применения заставлял его переделывать эскизы раз за разом, перерисовывать, вносить правки. Он выписывал витиеватые вензеля и перерисовывал будущее лицо игры — фирменную фигурку с тростью и колпаком. Расчерчивал деньги, их рубашку, карточки «Шанс» и «Общественная казна». Ну а после, когда он это все дело перерисовал на жесткий картон в натуральную величину и принес мне, я, едва взглянув, поверг художника в шок, сообщив, что поле необходимо переписать заново. Только сейчас, оценив в «натуре» всю игру, я понял, что перемудрил. Поле получилось слишком уж пестрое и взгляд на нем терялся. А положатся на поле карточки, так вообще будет неразбериха и играть станет некомфортно. Значит, поле надо было упрощать. И опять мы, кропотливо сидели, обсуждали и перекраивали все рисунки. В итоге, второй вариант, хоть и оказался внешним видом совершенно не похожим на мою «Монополию», но все же довольно-таки удачным. Все лаконично, за несколько секунд можно оценить положение на карте и принять быстрое, но взвешенное решение. Именно этот вариант дизайна у нас и стал основным. Самая главная часть игры сделана — остался лишь дизайн упаковки и фишек. Но это, можно сказать, уже мелочи. Коробка оказалась нарисована за пару дней, а фишками выступили фигурки русских купцов прошлых веков. Заказать их изготовление и покраску на стороне оказалось довольно простым делом.

Пару месяцев назад я принял решение снова заняться спортом. Мне сейчас почти тридцать лет и здоровье мое крепко. Пока… Решил, раз мне предстоит прожить в этой эпохе остаток лет, и поменять ход истории, то крепость моего здоровья мне очень пригодится в будущем. В семнадцатом году мне будет уже сорок восемь, и я очень бы хотел, чтобы к тому времени, мой организм не начал разваливаться от естественного старения. Трудиться в будущем предстоит мне очень и очень много.

Не долго думая, на роль укрепляющего тело спорта выбрал каратэ и кое-что из йоги. Каратэ я занимался раньше, мне оно был знакомо и близко. Навыки, конечно, я успел подрастерять и полноценный спарринг с партнером уже вряд смогу простоять. Мышца́ за последние годы слегка одрябла… А что до йоги… — на нее время от времени набрасывалась моя бывшая супруга, что осталась в будущем. Надолго ее никогда не хватало, через пару недель активных занятий на нее нападала хроническая забывчивость, и йога забрасывалась и забывалась. Заниматься индийской гимнастикой я тогда не пробовал, но в памяти очень хорошо отложились ассаны моей супруги. Особенно всегда волновала меня поза «собака мордой вниз». Вот по этим картинкам в голове и решил осваивать йогу. На первых порах сойдет, а там видно будет. Может настоящего мастера из Индии выпишу.

Пробежка утром по улицам города показала мою легкомысленную опрометчивость. Гавкающая стая собак быстро показала, кто главный на нашей улице и навсегда отбила охоту в прилюдном занятии спортом. Едва ушел от своры, так быстро в жизни я никогда не бегал. Поэтому пришлось думать, как организовать все дома. Мною была куплена боксерская груша, смешные округлые гантели и гири, пружинный экспандер и сделана на заказ лавка для пресса. Во дворе меж двух берез была повешена перекладина турника, а рядом вкопаны стальные брусья. Для ежедневных пробежек пришлось поломать голову. Беговых дорожек здесь не было, пришлось мастерить самому, что вылилось еще в несколько возможных патентов. Валентин со своими подчиненными в этом деле мне серьезно помог — собрал раму для дорожки, выточил валы и придумал механизм для увеличения сопротивления бега, заказал где-то склеенную из широких ремней кожаную ленту. Вчера механизм доставили ко мне домой, и я его торжественно опробовал. На потеху публике пробежался несколько десятков метров и несколько раз с непривычки свалился, больно набив бока. Мишка ржал до слез, Зинаида меня жалела и порывалась приложить у ушибленному месту холодное, а Пузеев был просто доволен своей великолепной поделкой.

Видя мои старания на поприще укрепления здоровья, подтянулся и Миха. Каратэ и йогу он за спорт не признавал — заказал себе тяжелую наборную штангу со стойкой, разнообразный набор гантелей. Он решил лепить свое тело. Пришлось под наши занятия выделить одну из нескольких комнат — переоборудовать ее под спортзал. По памяти Мишка набросал на листочке несколько станков для поднятия тяжестей и попросил Валентина на досуге соорудить. Через пару недель у нас уже был первый тренажер, который Мишка с удовольствием и опробовал. И только сейчас мы обратили внимание, что на всех изделиях Пузеева места соединений были либо на болтах, либо на клепках. Хотя логичнее в этих местах было бы соединение сваркой. Стали осторожно разбираться и выяснили, что метод дуговой электрической сварки в это время уже публике известен и именуется «электрогефестом». Жаль, а могло бы быть еще несколько патентов. А не применял Пузеев сварку лишь потому, что доступа к электричеству у нас нет, да и сварщиков днем с огнем не сыщешь.

Вообще с электричеством была пока беда. До наших мест кабеля еще не протянули, приходилось энергию для станков получать через сжигание дров и угля. Электричество было в центре города, состоятельные люди уже ужинали при свете ламп накаливания, а зимой по льду реки Невы бегал трамвайчик, катая за пятачок на себе всех любопытствующих. Но, честно признаться, напряжение в сети было нестабильно, лампочки часто моргали и, как я понял из разговоров, ток был постоянным. Что серьезно ограничивало доставку энергии до потребителя. Так что, погоревав слегка,