Обреченная ненависть - Вика Жукова

лезть в воду. Но и я не лучше.

Прожигающая тонкими иглами , леденящая волна поглотила нас обоих. Мы вылезли из воды, держась за руки.

Но я то здоровый конь, а она худышка.

Простудилась.

— Я в аптеку, — предупредил девушку, смотрящую на меня болезненным взглядом.

Сбегал до аптеки. Объяснил ситуацию.

Вооружившись лекарствами и телефоном местного врача, я собирался перейти улицу.

Как вдруг передо мной выскочил Саня. Избитый и зашуганный.

— Кен, мы в дерьме, брат, — повис на мне, оглядываясь.

— Я думал ты уехал. Откуда? — кивнул я на лицо.

— На нас кто-то вышел. Меня тормознул и таких хворостов вломили. Деньги отобрали. Спрашивали где ты.

— Ты сейчас серьезно?

— Нет. Я просто так башкой о бордюр жахнулся и тебя тут жду сижу.

— А как ты вообще узнал, где я?

Сашка выдержанно посмотрел мне в лицо.

— Они на тачку маячок поставили. А потом следили.

— Кто они? Ты их знаешь? Это дружки Поганини? — уверен, это подстава.

— Кен, прости, — последнее что я услышал.

На голову обрушился удар. Болезненный толчок. Сашка на моих глазах словно пытался защищаться, а дальше темнота.

Глава 33

Руся

Время от времени я просыпалась. И мне казалось увиденное и всплывающее в моей памяти видение просто кошмарным сном.

Все же было так хорошо.

Я и Тим, и море.

И пусть эти дни погода была не особо солнечная, но для меня эти дни были самые счастливые.

— Пошли купаться, — Тим улыбнулся, приняв мою идею за шутку.

— Ты хочешь в аквапарк? Знаешь, здесь недалеко дельфинарий, — парень сел рядом, тряхнув мокрыми волосами. Он только из душа, а я смотрела на берег, наблюдая как волны набегают на камушки, пряча их под покрывало.

— Плохая идея, Лана. Вода уже прохладная для таких купания.

— Побывать на море и ни разу в нем не искупаться. Я буду жалеть об этом.

Тим рассмеялся. Удивительно, непривычно видеть его таким мягким, заботливым, и в тоже время сохраняющим хладнокровность.

— Я не могу обещать тебе, что мы приедем сюда ещё.

— Я знаю, — с долей грусти сказала я, и улыбнулась его сосредоточенному взгляду. — Поэтому и хочу это сделать сейчас.

— Не в том смысле. Мы можем улетть на Бали, или Мальдивы. Там жарко круглогодично.

— Нет. Я хочу здесь и сейчас.

Мы долго смотрели друг другу в глаза, и наконец Тим сдался. Взяли кофе в термосе, полотенца. Пушистое одеяло.

Я с довольной улыбкой шла впереди, предвкушая незабываемый момент.

И это действительно оказалось незабываемо.

— Холодно!Холодно, — кричала я, хватая воздух ртом. Меня сносило волной. Но Тим крепко держал меня, боясь, что меня унесет.

— Все? Остыла? Пошли греться, — зван он меня, надеясь перекричать бушующий шторм.

— Да-а, — зубы свело, но холодно было только первые пару минут.

Я вбегала в море снова и снова.

Тим смотрел на меня с берега, накрывшись одеялом и попивая кофе.

Я чувствовала внутри лёгкость. Словно вода смыла все переживания, накопившиеся за долгое время.

Мы вернулись в номер. Продрогшие, голодные. Греясь под одним одеялом, в обнимку.

Тим горячий. Мне так хорошо рядом с ним.

— Еду я заказал. Иди сюда, — я села к нему на колени, сменив влажное одеяло на теплое и сухое.

Водила ладонью по его груди. По маленьким татуировкам на левом предплечье.

Бугорки мышц под пальцами были приятны на ощупь. Внушали чувство защищённости. Подогревали фантазии моей неискушенности.

Тимур не сводил с меня глаз.

— Ты такой крепкий. Сильный. Даже пугающий, — смутилась я от собвенных импульсов под кожей.

— Я же не сделаю тебе ничего плохого. Бояться меня не стоит, — взяв меня за подбородок, притянул мое лицо и поцеловал в губы.

Внутри взорвалась маленькая бомбочка, накрывая волной безмятежности.

Я осмелела. Поцелуй становился откровеннее, ласки более настойчивые.

Мне хотелось касаться его везде. Во мне странный огонь, терзающий каждую клеточку.

— Так, стоп. Лана. — Перехватил мою ладонь, спустившуюся на выпирающую часть его джинс.

— Я что-то не так делаю? Тебе не нравится? — в мозгах словно немного прояснилось. Я поняла, что только что трогала.

Щеки обожгло краской стыда.

Спрыгнула с колен Тима, закрыв лицо и глаза руками.

— Прости. Прости.

Согрелась в миг. Просто горю.

— Лана, девочка моя. Ты не так меня поняла, — он попытался меня обнять, но передумал и просто погладил по голове. — Ты очень сексуальная. Твоя невинность на лице читается.

— Я не возбуждаю, да?

— Дурочка. Просто я не хочу воспользоваться ситуацией, которую мы толкует по разному. Я же знаю, какая ты. И твои мысли. Твои чувства. Это все настоящее, но ты думаешь, что должна это сделать. Давай так. Сейчас перекусим, согреемся. И если ты через час не передумаешь и будешь хотеть меня так же сильно, я с удовольствием сниму с тебя одежду, уложу на этот диван и.. — Тим ласково гладил меня по руке, отстраняя мои ладони от лица и наклоняясь, шепча и тяжело дыша мне в ухо.

В дверь постучали. Принесли заказ.

Недоразумение замялось само собой. Я поняла, что поторопилась. Тим прав, сказав, что я должна переждать собственные эмоции.

Все таки он классный.

Потом Тиму кто-то позвонил. Пока он разговаривал у окна, я задремала.

А потом начался кошмар.

Мне снился Тим, который ушел, сказав что в аптеку.

Глаза то открывались, то закрывались, ища в комнате парня. Но его все не было.

Мне жарко. И холодно.

И хочется спать, а нормального, удобного положения никак не принять.

Голова болит. И кажется нос заложен.

Приснилось, что по номеру ходили чужие люди. В черной одежде, в черных перчатках. Суровый взгляд на меня.

— Где Тим? — я не слышала своего голоса.

Бородатый лишь усмехнулся и кому-то махнул.

Проснулась я от укола.

Игла пронзила кожу, я дернулась.

Что это?

— Где я? Кто вы? — незнакомое помещение. Комната, вроде больничной палаты. Но какая-то странная.

Рядом со мной на стуле пожилой человек в халате, спокойно убрал шприц на тумбу.

— Не волнуйся. Ты в клинике. У тебя был жар. С осложнениями, — он встал и собрался уходить.

— Погодите. А где Тим?

Мужчина замялся, растерявшись и не зная, что ответить.

— Я приглашу вашего