Дзяпики - Виктор Колупаев

- Павел Алексеевич ! - вздрогнул Разов. - Какими судьбами?

- Через посредство... так сказать...

Окружавшие Разова растерянно спрашивали:

- Разве состав группы был изменен?

- Господи! Павел Алексеевич! Но... но ведь...

- Маханов! - кричали в толпе.

- Но ведь Маханов только что выступал с трибуны?!

- Еще пять минут назад он был здесь.

Маханов широко расставил руки и рухнул в дружеские объятия начальника СКБ. И тот тепло, как блудного, но любимого сына, прижал его к своей груди. Встреча состоялась.

- Ничего не понимаю, - сказал Разов. - Объясните же, наконец.

- Еле вырвался, - застонал Маханов - Еле вырвался из рук супостатов. Вязали! Верьвми вязали! Голодом морили. Аки волки издевались, терзали и душу и бренное тело мое.

- Да успокойтесь вы, Павел Алексеевич.

Маханов глухо рыдал на груди начальника СКБ.

- Врача! - крикнул Разов.

- Не надо, не надо никакого лекаря, - попросил Маханов, вытирая мужественные слезы радости и горя.

- Ведь вы только что говорили с трибуны, Павел Алексеевич. Как же так?

- Через посредство, милый мой, через посредство... А Вяльцева и всю его шушеру разогнать! Наказать!

- И все-таки врача, - попросил Разов. К ним уже бежали с носилками. После непродолжительных уговоров Павла Алексеевича удалось уложить на них. Он лежал торжественный и строгий, успокоившийся, как на смертном одре, сложив руки на груди крест-накрест, в блестящих полуботинках и сверкающих первозданной белизной кальсонах, в черном пиджаке и галстуке, но без рубашки а задумчиво грыз дужку очков.

- Почему не выходит Вяльцев? - спросил начальник СКБ.

Через толпу продирался Вельский с несколькими инженерами.

- Что случилось? - кричали репортеры.

- Неисправность системы образования волновода времени.

- Где Вяльцев?

- Почему они не выходят? - обеспокоено спросила Тоня у Валентины.

- ...остался... неисправность... Акимов...

- Что там с Акимовым?

- Акимов остался в прошлом. Неисправность. Пропустите!

- Нет! - крикнула Тоня. - Толя!

В дверях показался Вяльцев, он молча смотрел на всех, кусал губы, дергал кадыком, кулаки его то сжимались, то разжимались.

- Ну?! - крикнул начальник СКБ.

Вяльцев пожевал губами, облизнул их.

- Акимов остался там... Транстайм неисправен... Пробиваться будем к нему... Акимов... Он должен... он выдержит...

- Толя!

Вяльцев посмотрел в сторону, откуда донесся крик. Кричала Тоня. А Валентина держала ее за плечи.

- Прошу всех разойтись, - сказал Вяльцев. - Сейчас начнем устранять неисправность. Николай Васильевич, прошу вас, приложите все свое влияние. Срочно нужны конденсаторы.

- Вяльцев! Ну, Вяльцев! Да ты без фокусов не можешь!

- Николай Васильевич, делайте со мной, что хотите. Под суд, на расстрел, куда угодно, но только прежде нужно вернуть Акимова.

- Как это произошло?

- Долго рассказывать. Случай! Нелепость! Спросите уважаемого Павла Алексеевича.

- А он-то как оказался в транстайме?

- Загадка. Вы поищите тут еще одного Павла Алексеевича. Их теперь должно быть двое.

- Еще не лучше! Объясните!

- Сам не все понимаю. Да и не время сейчас.

- Мне лучше знать, время или не время!

- Я требую конденсаторы. Только конденсаторы. Ничего больше.

- Николай Васильевич! Будет пресс-конференция? - крикнули из толпы журналистов.

Вельский с инженерами уже стоял у транстайма..

- Влазь, Юрий Петрович. - Вяльцев посторонился.

- А как с людьми каменного века?

- Нашли цивилизацию?

- Нашли, - устало сказал Вяльцев. - Да еще какую!

Доктор исторических наук Иннокентий Викентьевич усиленно заморгал ресницами. Свершилось. Пробраться через загородку он и не мечтал. Не тот возраст, не те силы.

- Вот что, Вяльцев, - сказал Николай Васильевич. - Ты мне только одни подарочки преподносишь. Могут твои инженеры тут без тебя обойтись?

- Могут. Пройти в кабинет?

- Сообразителен. Прошу в кабинет. Расскажешь чуть подробнее, что произошло.

- Хорошо. Вельский, посмотри там, что с конденсаторами. Только от них, по-видимому, толку уже мало. Я постараюсь вернуться побыстрее.

- Он хоть жив? - спросил Вельский.

- Жив, жив. В глайдере остался. Секунды не хватило. И все из-за этого дзяпика.

- Дзяпика?

- Чекин и Силуэтов тебе расскажут. Пошел я.

Вяльцев спрыгнул на бетонный пол гаража. Его сразу же обступили со всех сторон. Посыпались вопросы. Но Виктор отвечал односложно. Пробился к Тоне. Глаза у той были сухи, только губы крепко сжаты.

- Тоня. Глупая случайность. Но с ним ничего не должно произойти плохого. У него там есть друзья. Хорошие друзья. Несколько дней он там продержится, а...

- Дней? - переспросила Тоня.

- Хотелось бы, конечно, часов. Вытащим мы его, вытащим.

- Вытащите, я знаю. Что же мне делать?

- Валентина, возьми Тоню к себе. Пусть пока у нас живет.

- А ты?

- Мое место здесь.

- Ты бы хоть о дочери спросил...

- Как она, Валентина?

- Здорова.

- И хорошо. Идти мне нужно. А с Акимовым ничего не должно произойти.

19

Глайдер Акимова повис в пустоте. Транстайм исчез.

В первое мгновение Анатолий ничего не понял и все еще давил на педаль торможения, но скорость машины и так была равна нулю. Потом до него дошло, что же произошло. Вяльцев чуть раньше нажал кнопку обратного старта, или он сам, Акимов, тормознул преждевременно.

К глайдеру бежали дзяпики. Уж очень хорошо знал их Акимов, чтобы не обратить внимания. Цепь дзяпиков в серых шинелях короткими перебежками приближалась к котловану, время от времени постреливая из карабинов в воздух. Ничего хорошего от них Акимов не ждал. Становилось очевидным, что их интересовал транстайм и люди, находившиеся в нем. Акимов пока еще мог избежать встречи.

Глайдер метнулся чуть в сторону и снова замер. Акимов потушил все огни в кабине. На лес уже опустилась ночь. И только кое-где на стройплощадке мелькали огни, да сверкали отблески костров. Анатолий решил немного подождать: вдруг Вяльцев еще вернется. Прошло несколько минут, но транстайм не, появлялся. Необходимо было что-то придумывать самому.

Внизу под ним, все так же перебежками, хотя по ним никто и не стрелял, проскочила цепочка дзяпиков с карабинами и углубилась в лес. Где-то на дороге с гранитными бордюрами надрывно урчал грузовик, зарывшийся в грязь, наверное, по самую кабину.

Акимов решил подождать еще немного. Непосредственно ему пока никто не угрожал. Через включенные внешние микрофоны он услышал затихающие звуки производственного гимна дзяпиков. Ночь все-таки умерила и их пыл. Акимов огляделся, подумал, что в глайдере его не так-то просто взять, можно отсидеться несколько дней, пока за ним не вернутся. А в крайнем случае можно ведь положиться на дружбу некоторых дзяпиков. Дзяпики, оказывается, очень разные. Кроме того, Юрий и Тоня. Уж они-то...