Дзяпики - Виктор Колупаев

Глайдер остановился.

Ночь окружала Акимова. И звезды слабо мерцали через прозрачный колпак.

Транстайма в этом мире прошлого больше не существовало.

Акимов дернул шеей. Он честно выполнил приказ. Или у Вяльцева дрогнула рука и он мгновением раньше нажал кнопку, или произошло что-то еще.

18

Ничего не понимая, Вяльцев посмотрел на открытые створки ангара. Там, где только что к транстайму приближался глайдер Акимова, стояла трибуна, а над ней, картинно жестикулируя, возвышался начальник СКБ Николай Васильевич Разов. Через прозрачный колпак глайдера Виктор отчетливо видел его одухотворенное лицо. За трибуной возвышался стол президиума. И снова: вспышки фотоламп, стрекот кинокамер и рукоплескания, взорвавшиеся, как только транстайм появился в гараже СКБ Пространства и Времени.

Да. Транстайм внезапно вернулся в свое время. Вяльцев удивленно посмотрел на кнопку обратного старта. Нет, он не нажимал ее! Не нажимал! Ведь глайдер Акимова еще не успел войти в ангар!

Акимов!

Акимов остался!

Акимов остался там, у дзяпиков!

Вяльцев отбросил колпак глайдера и выскочил из машины.

- Научная организация труда... - услышал он слова Николая Васильевича. - Научный подвиг...

Вяльцев бросился в коридор, не дослушав конца фразы своего начальника! К черту! Что произошло? Кто вернул транстайм?

В тамбуре еще стоял обалдевший Силуэтов, безуспешно пытавшийся закрутить стопоры двери. Фигура Чекина мелькнула в проеме рабочей кабины.

- Кто?! - крикнул Вяльцев.

В два прыжка очутился он у дверей. Чекин что-то пытался поднять с пола, но не мог, не хватало сил.

- Что случилось, Слава? - Виктор подбежал к Чекину.

На полу, рядом с пультом лежал все тот же злополучный дзяпик, только теперь на нем был еще и черный пиджак. Один ботинок на толстой микропористой подошве валялся на пульте. Второй, зацепившись шнурком за тумблер, плавно покачивался. Дзяпик улыбался торжественно и немного строго.

- Это он, - сказал Чекин.

- Перехитрил все-таки. Гад!

- Виктор Григорьевич, - сурово сказал дзяпик. - Вы не имеете права так со мной разговаривать. Я вам в отцы гожусь.

Вяльцев нагнулся над лежащим в неудобной позе дзяпиком.

- Да это же... Господи! - Голос Виктора сорвался. - Слава! Да это же... Невероятно. Павел Алексеевич!

- Изволил вернуться в свое время, - торжественно сказал Павел Алексеевич. Это был он - начальник производственного отдела Павел Алексеевич Маханов. - А вы, мальчики, напрасно волновались. Все в порядке.

Виктор тряхнул Маханова за плечи и с помощью Чекина поставил довольно-таки увесистое тело Павла Алексеевича на ноги.

- Развяжите руки, - спокойно сказал Павел Алексеевич. - Вы еще за это ответите.

- Но каким образом вы оказались здесь?

- Через посредство... так сказать.

Чекин развязал провод, и Павел Алексеевич спокойно уселся в кресло, снял с пульта оба ботинка и начал не спеша зашнуровывать их на своих ногах. Брюк на нем, по-прежнему, не было. Завязки кальсон нелепо торчали над черными ботинками.

- Встречают, надо полагать? - спросил Маханов.

- Встречают что надо, - сказал Вяльцев. - Невероятно. И как это я раньше не догадался. Павел Алексеевич! Дорогой! Ну как это только вам удалось? - И Вяльцев захохотал, так что Чекин с недоумением посмотрел на него: уж не рехнулся ли и этот начальник. В дверях стоял растерянный Силуэтов.

- Акимов?

- Не успел Акимов. Кто запустил транстайм?!

На панели загорелся сигнал вызова.

- Вяльцев! Говорит Вельский.

Вяльцев бросился к микрофону.

- Вельский!

- Да. С прибытием!

- К черту, Вельский! Катастрофа. Акимов остался там, у дзяпиков.

- У дзя... У кого? Не может быть!

- Вельский! Я возвращаюсь! Немедленно.

Быстрым взглядом осмотрел он глазки детектора неисправностей. Все. Поздно. Вышла из строя система образования волновода времени. Чертовы конденсаторы! Вяльцев ударил кулаком по кнопке пуска в прошлое. С таким же успехом он мог бы удариться и головой о стенку.

- Акимов!

- Пропустите меня к уважаемому начальнику СКБ, - чуть нетерпеливо попросил Павел Алексеевич.

- Стойте! - Вяльцев взял Маханова за плечо. Тот недовольно дернулся, но Виктор держал его крепко. - Стойте! Это вы? Вы! Ведь это вы произвели преждевременный запуск?!

- Мой ботинок, - поправил начальник производственного отдела. - Падая с потолка, я ударил одним каблуком о блокировку, и таким образом она оказалась снята, а другим по кнопке пуска. Как видите, можно и со связанными руками управлять вашей шарманкой.

- Он же ведь каждый раз падал все ближе к пульту! - сказал Силуэтов. Он же это нарочно делал. А мы лишь ему помогали.

- Пропустите! - сказал Маханов. - Вы срываете мероприятием

- Вытолкните его в шею! - сказал Вяльцев.

- Теперь это уже ни к чему. Теперь я сойду и сам.

- Пусть идет. - И в микрофон; - Вельский! Давай срочно сюда. Инженеры есть?

- Да. Спят уже три дня.

- Почему спят?

- Так ведь, чтобы не пропустить момент, здесь все эти три дня находятся гости.

- Прекрасно. Эпохальное событие! Срочно в транстайм. И человек пять инженеров.. Новые конденсаторы не достали?

- Нет.

- Плохо. Давай. Теперь спать будет некогда.

Павел Алексеевич Маханов торжественно одернул пиджак и направился к выходу из транстайма.

- Несколько дней он продержится, - сам себе сказал Вяльцев. - Глупо. Как глупо все получилось.

- Виктор Григорьевич, я предупреждал, - тихо произнес Силуэтов.

- Да, Антон. Да. - Вяльцев выглядел сейчас ужасно уставшим и постаревшим. - Оправдываться я не намерен.

- Я пойду посмотрю, что там с конденсаторами, - сказал Чекин.

- Иди. Я сейчас тоже приду. Только вот Вельского подожду.

- Я с тобой, - сказал Силуэтов Чекину.

В рабочей кабине остался один Вяльцев. Павел Алексеевич Маханов спокойно распахнул двери тамбура и предстал перед встречавшими во всей своей торжественности.

В первое мгновение все увидели просто человека, который стоял в проеме дверей транстайма. И этого было достаточно. Радостно, оглушительно и приветственно всколыхнулась толпа встречающих. Начальник СКБ Разов проталкивался к загородке и вид его был вполне подходящим для приема поздравлений.

Десятки кинокамер, фотообъективов и телекамер только успевали запечатлевать историческое событие.

- Товарищи дзяпики! - сказал Маханов, подняв руку.

Но в еще не успевшем затихнуть шуме его не расслышали.

Мгновение прошло, и тут до всех присутствующих стало доходить, что в дверях тамбура стоит не Вяльцев или кто-нибудь из его экипажа, а человек, не участвовавший в эксперименте.

- Павел Алексеевич ! - вздрогнул Разов. - Какими судьбами?