Хранительница царских тайн - Анна Князева

В гостиную Полина влетела с мокрыми волосами. На ней были вышитый розовый халат и украшенные стразами туфли.

Комната была совсем небольшой. На темно-зеленых стенах висели гравюры, акварели и фотографии. Фотографии в рамках стояли на столах и столиках, на старинном бюро и на широком подоконнике, словом, везде, где оставался хоть сантиметр свободной горизонтальной поверхности. Исключение составлял только круглый кофейный стол, на котором дымилась турка.

– Доброе утро. – Лариса жестом пригласила Полину сесть.

Та села и взяла чашку из рук хозяйки.

– Бутерброд с ветчиной?

– Спасибо.

– Сахар?

– Конечно.

Лариса улыбнулась:

– Знаете, глядя на вас, я хорошо понимаю Сережу…

«И все-таки не сдержалась…» – отметила про себя Полина. А вслух обронила:

– Не понимаю.

– Бросьте. Я хотела сказать, вы очень красивая женщина. И умная, – она улыбнулась, – несмотря на то что сейчас валяете дурака. Давно с ним знакомы?

– Всего несколько дней. Не знаете, куда он поехал?

– Несколько дней… Самое интересное время.

Из соседней комнаты послышался голос:

– Лариса-а-а-а! Я иду-у-у-у!

– Иди-иди-и-и… – протяжно отозвалась Лариса.

В залу вошли двое охранников, в их руках болтался грузный мужчина в испачканном вечернем костюме. Он был небрит, расслабленный узел галстука свернут набок, пуговицы сорочки расстегнуты.

Лариса взяла телефон.

– Неси икру… – сказала она в трубку и налила кофе для мужа.

Его тем временем пронесли к креслу.

Откинув полу пиджака, он вытащил свой бумажник. Достав две бумажки по пять тысяч, вручил их охранникам и тяжело рухнул в кресло.

– Крупье – мерзавец. Проиграл из-за него сто тысяч. Если б ты видела, как я ему врезал…

Мужчина повел глазами по комнате и, заметив Полину, сфокусировал на ней взгляд. Его лицо расплылось, он встал, вытянул губы трубочкой. Охранники подхватили его под руки и снова усадили в кресло.

– Милочка, поедемте в Куршавель! – сказав это, владелец дворца отчетливо пукнул.

Цокая когтями по паркету, в комнату вбежал дог, следом зашла горничная. В одной руке она несла собачью миску, в другой литровую банку с черной икрой.

Мужчина встал с кресла и снова вытянул губы трубочкой. Подбежав к хозяину, собака встала на задние лапы и лизнула его в лицо.

– Иди сюда, мой бедненький Ларри… – Мужчина вывалил икру в миску и поставил ее на пол. – Никто тебя не любит так, как я…

Собака начала есть, а хозяин снова посмотрел на Полину. После нескольких попыток сосредоточиться он размашисто откинул полу пиджака, извлек очередную пятитысячную купюру и кинул ей на колени.

– Это тебе, на чай…

После чего повис на руках охранников, и те унесли его прочь.

– Забавно. – Полина улыбнулась.

– Простите. Каждое утро – один сценарий. Казино запретили, да здравствуют казино…

– Имеете в виду закрытые клубы?

– И не только. Чем бы дитя ни тешилось… лишь бы не вешалось. О чем вы спросили? – Лариса тряхнула головой. – Ах да! Сережа уехал в Александров, в управление. Просил передать, чтобы вы оставались здесь.

– Как же так?! – Полина отставила чашку. – Ему нельзя туда ехать. Он в опасности! – Она окинула взглядом Ларису. – Мне нужна машина и одежда. Кажется, мы с вами одного размера.

– Все-таки уезжаете… – Лариса встала. – Пойдемте.

Они поднялись на третий этаж, прошли по коридору в правое крыло дома. Там, в одной из комнат, Лариса подошла к зеркальной стене и включила свет. Зеркало отъехало в сторону. За ним оказалась огромная гардеробная, где висело несколько сотен великолепных нарядов. На многоступенчатых полках стояли ряды туфель и сапог.

– Берите что хотите, переодевайтесь и спускайтесь, я покажу, где взять машину. – Лариса направилась к двери. – Жду вас внизу, у выхода.

Полина не стала копаться в одежде, она хорошо знала, что ей нужно. Выбрала красное облегающее платье с глубоким вырезом и высокие сапоги на каблуках. Спустилась в комнату, сложила в серый чемодан джинсы, кроссовки, свитер и приготовила свою сумку. Потом достала записную книжку и открыла ее на букве «К».

«Кокорин Виктор Ильич».

– Не думала, что придется тебе звонить…

Полина отыскала глазами телефонный аппарат, подняла трубку и набрала номер. Услышав ответ, заговорила голосом, похожим на тот сладенький, которым разговаривала с мужчинами тетя Катя:

– Виктор Ильич, здравствуйте, это Полина Свирская… И мне тоже… Да, как можно быстрей. Спасибо, записываю… Ресторан «Иллюминатор»? Я знаю это место. Постараюсь не опоздать.

Полина подхватила чемодан, взяла свою сумочку и спустилась на первый этаж, где ее поджидала хозяйка дома. Они проследовали в подземный гараж. Там стояло больше десятка автомобилей.

– Сегодня утром я в шутку предложила Сергею взять «Хаммер». Знаете, что он ответил? – спросила Лариса.

– И что же? – заинтересовалась Полина.

– Что он не похож на сельского жителя. И взял «Хонду». – Лариса протянула ключи. – Надеюсь, «Пежо» вас устроит? Думаю, в гонках участвовать не собираетесь. Это одна из моих машин, можете пользоваться сколько нужно.

Полина взяла ключи и села в автомобиль.

– Спасибо.

– Знаете что… – Лариса наклонилась и заглянула ей в глаза. – Прошу вас, берегите его, он этого стоит. – Она покраснела.

Полина тронулась с места. Гаражная дверь поднялась вверх, и она выехала. Времени было в обрез.

Глава 52

Навстречу опасности

Решив ехать по окружной дороге, Сергей Дуло проклинал все на свете. Автомобили двигались со скоростью пешехода, не останавливаясь и не ускоряя движения. Было еще темно, и шел мелкий снег.

Прошлым вечером он понял, что больше не может прятаться. Склонившись над телом Виссариона Иосифовича, почувствовал, что виновен в его смерти. Тотальное чувство вины базировалось на том, что он, Сергей Дуло, многое знал, но ничем не помог следствию. Официальное расследование топталось на месте, между тем в его деловой папке было достаточно документов, готовых «вступить в игру». Не исключено, что и информацию, полученную от профессора, тоже можно использовать, ведь в деле – четыре трупа. Здесь, как говорится, каждое лыко в строку.

Конечно, для следствия статья Троицкого не аргумент. Она написана тридцать лет назад на основе несуществующих, мифических документов. Автор мертв, свидетелей нет, дневник Стеллецкого потерян.

Но как пересказать «Асфальтовичу» все то, что вольно или невольно он узнал за последние дни? Сергей Дуло был уверен в том, что Григорьев не станет его слушать и немедленно отдаст под арест.

«Непонятно, что у него есть против меня, кроме украденного пистолета? Главное – успеть поговорить с Филипповым и отдать ему все материалы».

Сергей Дуло намеревался созвониться с Филипповым на подъезде к городу.

«Куда приеду не раньше обеда».

Впередиидущий водитель зазевался и пропустил целый поток машин из соседнего ряда. Не сдержавшись, Сергей несколько раз посигналил. Притормозив, задумался над тем, как безрадостно заканчивается его служба.

«Сорок лет жизни, и каковы результаты…».

От этой мысли, а также от того, что через четыре дня вступит в действие приказ об его увольнении, на сердце сделалось пусто. Возникло ощущение, что жизнь прожита зря и уже никогда не наступит момент, когда он сможет себе сказать: «Вот теперь я наконец счастлив».

Единственный человек, о ком он думал без сожаления, это была Полина. Он как мог сопротивляться ее обаянию, допуская при этом весьма грубые выпады. Такая манера поведения была продиктована отчасти попыткой удержаться от бурных ухаживаний, отчасти банальной неуверенностью в себе. По мнению Сергея, Полина достойна лучшего – она красива и умна. А главное, обладает тем редким качеством, которое называют куражом или женской «изюминкой».

Падая на лобовое стекло, снежная пыль мгновенно превращалась в воду. Сергей включил «дворники» и откинулся на спинку сиденья. Поток машин встал намертво, и только один бог знал, когда возобновится движение…

«Ушла, сука…» Два года назад с этих слов начались все его неприятности.

Сергей еще не знал, о ком идет речь, но чувствовал – ничем хорошим это дело не закончится. У него нестерпимо болела голова: он лег спать в два часа ночи, а в пять утра ему позвонили. Пришлось ехать за город, в один из элитных поселков, где произошло убийство крупного предпринимателя по фамилии Кравченко.

У въезда на территорию у него потребовали удостоверение. Подоспевшая группа криминалистов помогла убедить охранников, что им лучше не «выпендриваться».

Сергей вошел в дом первым, успев заметить, что на входной двери висит рождественский венок. А он и забыл, что скоро Новый год. Хотя какая разница, подарки покупать все равно не для кого.

Вспыхнул свет, в огромном холле зазвучали отрывистые фразы, и послышались торопливые шаги оперативников. У лестницы стоял бледный охранник.