Изумруды из царства мертвых - Литагент «Эксмо»

Ксения Любимова

Изумруды из царства мертвых

Глава 1

Мариша вылезла из кровати и торопливо накинула халат. В комнате стоял жуткий холод. Ну, конечно! Она забыла закрыть на ночь окно. На улице стоял мороз, что было не совсем характерно для конца ноября. Причем завернуло совершенно неожиданно. Еще вечером было всего пять градусов ниже нуля, а ночью, когда все семейство отправилось спать, градусник показывал уже минус двадцать. И это при том, что снег так и не успел лечь на землю.

Мариша закрыла окно. Нужно срочно выпить кофе. Тогда голова просветлеет и мысли придут в порядок. Она прошлепала по коридору и вошла в кухню. Похоже, все еще спали. В доме стояла мертвая тишина. Какое счастье! Ей удастся спокойно насладиться завтраком и не вздрагивать от каждого шороха. А всему виной была Надин – маменька ее любимого мужчины и вряд ли – будущая свекровь.

В этом месте она усмехнулась. Как забавно у нее получалось. У всех нормальных людей мать любимого мужчины – это будущая свекровь. А у нее все не так. Ее любимый мужчина не собирается сковывать себя узами брака, а значит, его маменька так и останется для нее просто Надин.

Мариша включила кофеварку и покачала головой. Похоже, все Эриково семейство слегка сдвинутое. Чего стоит одна Ника, бабуля великого сыщика! Ей сто одиннадцать лет – чему никто не верит, – но душой она все еще молода! Правда, с бабулей у Мариши сложились дружеские отношения. А вот маменька…

Девушка надеялась, что она и ее супруг – отец сыщика – надолго не задержатся. Однако очень похоже, что она ошиблась. Родители обосновались здесь надолго, и ей, Марише, придется терпеть все их выходки. Самое обидное, что Эрик не защищал Маришу от их нападок. И от этого было еще тяжелее. Хотя она могла его понять. Кто она такая? Девица, взявшаяся невесть откуда и севшая на его шею. Можно даже сказать, силой навязавшая ему свое общество. А они – родители. Любимые и близкие.

Кофе сварился, и девушка налила в чашку горячий ароматный напиток. А может, действительно послать все куда подальше и переехать к Насте – своей лучшей подруге? Она живет буквально через сто метров. А когда родители благополучно отбудут, вернется.

Нет, пожалуй, это плохая идея. Тем самым она покажет свою слабость. Или, что еще хуже, родители решат, что она проявила к ним неуважение. Так, глядишь, она никогда с ними и не породнится. Хотя надежды на это и так крайне мало. Наверное, все же придется потерпеть.

Мариша сполоснула чашку, переоделась, накинула крутку и вышла во двор. Ей хотелось вдохнуть морозного воздуха и почувствовать приход настоящей зимы. В кухне откинулась занавеска. Мариша увидела довольное лицо сыщика. Он помахал ей рукой и поманил в дом. Она тут же направилась к двери, ощущая, как холод начал забираться под ее курточку. Минус двадцать – это не шутка. Такой мороз требует уважения, а не тоненькой куртяшки на синтепоне.

Все семейство уже было в сборе. Эрик разлил по чашкам кофе, заботливо приготовленный Маришей, и выставил на стол закуски, оставшиеся с вечера. Надин, потягивая кофе и поедая кусок запеченной говядины, смотрела куда-то вдаль и улыбалась. Очевидно, ее занимали какие-то приятные мысли. Глаза ее блестели, губы периодически сжимались и разжимались, и весь ее вид говорил о том, что она явно что-то задумала.

Марише было все равно, о чем думает Надин, лишь бы это никак не касалось лично ее. Уже тот факт, что ни маменька, ни папенька Эрика ее не задевают, давал Марише надежду, что ее наконец-то примут в семью. А вдруг родители хорошо подумали и решили, что Мариша не такая уж плохая партия? Она независимая, обеспеченная, неглупая (во всяком случае, сама она именно так и считала), адекватная. Да мало ли сколько еще положительных качеств можно перечислить! И ведь она не кривит душой, перечисляя свои достоинства. Все так и есть. И умная, и талантливая, и послушная, а самое главное, терпеливая! Ведь ни одна дура не будет жить с мужчиной, не имея от него ничего. И дело вовсе не в материальных благах – в этом смысле Эрик был идеален. Ей хотелось любви. Но вот именно любви сыщик дать девушке не мог.

И это было самое обидное. Что в ней не так? Она симпатичная, покладистая, с хорошей фигурой. И Эрик к ней прикипел, она это видела. Но вот с любовью ничего не выходило. И дело было вовсе не в ней, а в самом сыщике. Его работа была смыслом всей его жизни. Ее основой, стержнем. И как это ни грустно, но Марише в ритме его жизни места не было. Вернее, было, но исключительно как друга. А ей хотелось большего.

Надин допила кофе и громко хлопнула в ладоши.

– У меня родилась идея, – заявила маменька. – Мы едем в магазин!

Мариша с облегчением вздохнула. Какое счастье! Целый день без мамули. Она ничуть не сомневалась, что вытащить Надин из магазина, если она туда попала, практически невозможно. Пока маменька не оббегает все отделы и не доведет до судорог продавщиц, она домой не вернется.

Но оказалась, что радовалась она рано.

– И чего ты сидишь? – прищурилась маменька, остановив свой взгляд на Марише. – Беги собирайся.

– Я?! – изумилась девушка.

– А кто еще? Брать с собой мужчин – это значит потерять даром время. Они выдерживают всего часа три-четыре. А потом начинают проситься домой. То ли дело мы, девушки. Ради красоты и совершенства готовы горы свернуть.

Мариша покосилась на маменьку. Интересно, она давно себя в зеркало видела? На девушку она совсем не тянула. Причем уже давно. Правда, следовало признать, что для своих лет Надин выглядела просто замечательно, и все же…

– Марья! – раздался нетерпеливый окрик. – У тебя со слухом неважно?

Мариша распахнула глаза. «Марья»?! Кто, она?!

Маменька усмехнулась и качнула головой, давая понять, что та услышала ее правильно.

– Поехали, иначе я ничего не успею приобрести.

Поздно вечером Мариша ввалилась в свою комнату и с облегчением закрыла за собой дверь. День выдался просто ужасным, ей дико хотелось спать. Она блаженно вытянулась на кровати.

– Не спишь? – Дверь открылась, и в комнату проскользнул Эрик.

– Только собираюсь.

– Устала?

– Есть немного. Твоя маменька очень неугомонная особа, – добавила она.

– Я в курсе, – усмехнулся сыщик. – Папа поначалу пытался с этим бороться, а потом понял, что это бесполезно. Лучше легкой лодочкой плыть по течению, чем всю жизнь ему сопротивляться.

– Интересно, когда ты поплывешь в мою сторону? – спросила Мариша, повернувшись на бок и подложив руку под щеку.

– Я не лодка, я огромный каменный валун, что стоит посреди шумного потока, – произнес сыщик и спрятал в усах улыбку. – И никакие воды не в силах сдвинуть меня с места.

– Я заметила, – вздохнула она и натянула одеяло. – Что ж, тогда я буду представлять себя птичкой, время от времени прилетающей на этот камень и точащей об него свой клювик.

Эрик громко фыркнул, пожелал Марише спокойной ночи и вышел из комнаты.

Глава 2

– А теперь выпьем за здоровье именинницы!

Послышался звон бокалов и взрыв смеха. Молодая девушка, тряхнув гривой волос, залпом выпила шампанское и снова подставила бокал. Импозантный мужчина в сером костюме тут же наполнил его и повторил:

– За здоровье именинницы!

Мужчина лет шестидесяти с сединой в волосах, хозяин кабинета, где происходило сие шумное застолье, с улыбкой наблюдал за гомонящей толпой. Это была его семья. Его дети, выращенные и выпестованные с любовью и заботой. Каждого из них он знал много лет и доверял так же, как себе.

Нынешнее веселье, организованное в конце рабочего дня, посвящалось Валечке – секретарше, поступившей к нему прямо со школьной скамьи, по случаю ее именин. К Валечке он питал особо теплые чувства. Она напоминала ему покойную супругу в молодости. Валечка всегда вызывала в нем отеческие эмоции. Иногда ему хотелось погладить ее по голове, иногда обнять за плечи, иногда – прижать к себе и утешать, если Валечка чем-то расстроена.

Но сегодня ни о какой грусти и речи быть не могло. Валюшка была на седьмом небе от счастья. Впрочем, так всегда бывает, пока ты молодой. Прожитые годы не тяготеют за плечами ошибками и раскаянием. Кажется, что все еще впереди. То, что сделано, никогда не поздно исправить. То, что нужно сделать, – обязательно случится, когда придет время. Вот только это время может так никогда и не наступить.

Послышался хлопок, и хозяин кабинета выплыл из своих невеселых мыслей. Мужчина в строгом костюме – Григорий Юрьевич, коммерческий директор, – открыл очередную бутылку шампанского. Девушки одобрительно загудели и подставили свои бокалы.

Седовласый мужчина снова улыбнулся. Откуда такие странные мысли? Откуда грусть? У него все хорошо. Можно сказать, просто прекрасно. Любимая работа, сын, невестка. А скоро, глядишь, и внуки пойдут. Все еще впереди! Самое главное, что его коллектив, его «ребята», как он их называл, рядом с ним. В горести и радости. В труде и веселье.