Упасть в небо - Надежда Кузьмина

А ещё приглянулись куски бирюзы — ярко-голубые, ярче летнего неба. Я чуть расстроилась, что они испещрены прожилками другой породы, но Ас объяснил, что зато такая бирюза с включениями не меняет цвета со временем. Чистый камень с годами темнеет, становится зеленоватым. А эта останется яркой, как яйцо дрозда.

Наконец, Ас додумался притащить в пещеру десяток свечей из часовни, чтобы можно было посмотреть, как очередная поделка будет выглядеть не в магическом свете, а при том освещении, для которого предназначена. Разница, кстати, впечатляла.

Но вообще, работа шла намного медленнее, чем я рассчитывала. Ещё мешало то, что я старалась не тратить ни крупицы материала зря. Это в мельхиоре пробуравил взглядом дырку и ваяй дальше. Не хватит, добавишь меди с никелем — и никаких проблем. Но транжирить вот так серебро я просто не могла… Каждая дырка — как монетка. А монетка, это, между прочим, шесть часов моего усердного верчения пестиком в ступке в алхимическом кабинете. Как такое пустить по ветру?

Но всё же успела я немало — все остовы подсвечников были уже отлиты и стояли у Росса, занимая целый угол. Хотя сколько времени займёт отделка — подумать было страшно. И пускай до весны ещё больше месяца — стоит поторопиться!

Этой ночью на меня опять свалился полудохлый Мрак. Точнее, усталый до полусмерти.

Я подгребла его под одеяло, к себе на руку, стала гладить крылья:

— Устал? Как там у вас?

— Трудно. Сегодня накрыли лагерь старателей — тридцать восемь гномов, и все — с татуировками… Шон вымотался и пустой. Я сейчас превращусь — дай ему немного магии и пусть спит. Ладно?

Конечно, дам.

Не успела додумать, как меня отпихнуло от стены появившимся Шоном. Вытащила из-под его плеч руку. Сползла вниз. Ага, так и думала — в сапогах! — надо стянуть. Балахон каменной пылью пахнет, а сам Шон — как тогда, в подземелье замка Сайгирн, ледяной. И щёки впали… Бедный он, бедный… Приподнялась и, придерживая волосы рукой — а то упадут на лицо, чихнёт и проснётся, — прижалась лбом к холодному влажному лбу учителя. И стала вливать магию. Ну ясно, что у меня её, как у кошки… но Шон причмокнул… и потянул, почти мгновенно оставив меня пустой. Ладно, за ночь восстановлюсь. Прижалась к застывшему боку, проверила, что Шон укрыт со стороны стены, и сомкнула веки. Я тоже устала…

«Кузнечик! Ну что я тут опять делаю?»

Аа-а? Не приснилось? Но голос вроде весёлый.

«Дохлым Мраком прилетел. Он сказал про старателей и что ты очень устал. И попросил поспать с тобой рядом».

«Да, старатели… ужас какой-то… И хуже всего, что мы пока не въехали, откуда пошла эта зараза. Понятно только, что с севера… Будем искать дальше. Но выспался я и впрямь лучше, чем за две последние недели. — Пристально посмотрел на меня. — Ага, ясно, почему мне оторванные рукава всю ночь мерещились… я-то понять не мог, что за напасть! Но всё же в следующий раз гони Мрака прочь! Нечего мне в твоей кровати делать!»

«Спать. Ты спасаешь всех. А я могу немножко тебе помочь. Не отказывайся».

«Вижу, что ты хочешь добра, кузнечик, но у этой монеты две стороны. Подумай, можешь ли ты рассказать об этой помощи жениху — увидишь вторую».

«В сокровищнице он сам предложил мне тебя греть…»

«Кузнечик ты маленький лохматый… — Шон улыбнулся, коснулся длинным пальцем кончика моего носа. — Ладно, я полетел. Есть хочу — акулу б проглотил!»

«Шон, сапоги!» — успела ментально взвизгнуть я, прежде чем воспаривший к потолку маг пропал.

Шон захлопал карими глазищами, поглядел вниз, на ноги — я хихикнула, один носок оказался чёрным, а другой коричневым, с грибочком на щиколотке, — пожал плечами — ну, мол, и что такого? — и поманил валяющуюся у кровати обувь пальцем. Сапоги послушно всплыли к потолку.

«Пока, ученица!»

«Пока, учитель!»

Мы расквитались с государственностью и историей. Валькирия честно попыталась раскатать нас в блин, ковыряя программу второго класса. Ас не поддался. Я вполне достойно держалась в кильватере жениха. Не блистала, но знала всё нужное крепко.

Советы Лордов пока — до окончания операции «Восточные Горы» — проходили в рабочем порядке — при помощи совещаний через амулеты, и нас на них не звали — Шону было некогда таскать нас в Ларран и обратно. Я не жалела и тратила выкроенные часы на чтение учебников по физике и ваяние листочков и цветочков для подсвечников. Ветвь плюща бога знаний Дианура вышла у нас, на мой взгляд, просто потрясающе.

Лихо синеглазое, оно же лихо белобрысое, довело своим драконьим класс до нервных судорог. Мы то писали контрольные, то пели на драконьем хором. Пару раз я чувствовала, как лорд Танши пытается сковырнуть мой ментальный щит — но я носила Шонову гагатовую брошь и не поддавалась.

Нежданной радостью оказалась случайно увиденная в коридоре встреча — Лихо нос к носу столкнулось с вывернувшим с лестницы Сианургом. По-моему, дракон и наш бывший куратор друг друга изрядно нервировали — каждый не понимал, к какой породе принадлежит другой. И как можно так странно выглядеть. А по контрасту лысый здоровяк и белобрысая выхухоль смотрелись рядом просто убойно…

Лорд Йарби напомнил, что в начале лета нам с сестрой предстоит пережить сдачу курса «Практической магии». Понятно, что всех заклинаний нам не освоить никак — банально силы и резерва не хватит. Но всё, на что способны, мы должны выучить и сдать, после чего обе получим право практиковать магию в любой части Империи и даже Тер-Шэрранта. Как итог этого разговора из комнаты сестры пропали учебники по законодательству, зато появились три здоровенных чёрных тома в кожаных переплётах, которые — от первой до последней страницы — нам надлежало проштудировать.

С успешной сдачей экзамена была связана ещё одна вещь — Аскани сумел-таки ж подъехать к Россу так, что тот сам поинтересовался, должен ли он спрашивать разрешения главы рода Ансаби для того, чтобы ухаживать за Тин. С самыми серьёзными намерениями, конечно. И предложение сестре лорд Йарби собирался сделать теперь как раз после сдачи «Практической магии», а не как планировал изначально — через два с половиной года, когда закончится срок наказания, назначенный Магическим Советом.

— Ка-ак?! — Я была восхищена Асом и одновременно не понимала, как ему удалось сотворить то, что он сотворил.

Ас чуть прищурился, склонил голову так, что волосы легли на плечо красивой тёмной волной:

— Потихоньку. Сперва навёл Росса на мысль, что мы не вечны. Вспомнил о налёте викингов, когда все чуть не погибли. Порадовался, что успел признаться тебе в любви, — как бы обидно было умереть и не услышать твоего ответа. Ведь теоретическое бессмертие означает только одно — что скончаешься ты не от старости… А потом мы обсудили текущее положение вещей в герцогстве — насколько реальна опасность сейчас. Безотносительно к личным делам, конечно. Ну и… вот, ему как-то пришла мысль, что тянуть дальше не стоит… — Ас пожал плечами, потом улыбнулся. — Поцелуешь меня?