Между семьей - Вэнди Джинджелл

не нужно принять ванну или что-то в этом роде? От тебя ужасно воняет — ты там валялся в трупаках?

— Пэт, в ванной банши.

— С ними всё в порядке, пока ты не настраиваешь их против себя, — посоветовала я ему, поворачиваясь к молчаливой тени, которой был Джин Ён. Сейчас он рисовал, и это было интересно. Было похоже, что это мог быть человек, но время покажет.

— Я не собираюсь принимать ванну, пока банши наблюдают за мной! — твёрдо сказал Дэниел.

— Поставь галстук-лягушечку за дверью ванной, им это нравится. Они могут немного пошуметь, вот и всё.

— Мне плевать, пусть они празднуют с хаггисом (национальное шотландское блюдо из бараньих потрохов — прим. пер.) и танцами, главное, чтобы они вышли из ванной, — сказал Дэниел и снова ушёл — вероятно, наверх, чтобы найти галстук-лягушечку, как я и предлагала.

Мой телефон зазвонил вскоре после того, как Джин Ён разозлился на свой рисунок и вырвал страницу, над которой работал, чтобы начать новую. Он увидел, что я отвечаю на звонок, и его глаза сузились, но это было скорее задумчивое прищуривание, чем раздражённое: Джин Ён хотел знать, почему я могу пользоваться своим телефоном, но не могу поговорить с ним.

Как только я сняла трубку, голос Туату произнёс:

— Пэт! Почему от тебя ничего не слышно?

— Я была с буньипом в его логове, — сказала я. — Это также было чертовски неприятно. А Зеро какое-то время отсутствовал, так что…

— Он ещё не вернулся?

— Он вернулся совсем недавно, и мы забрали Сару. Просто на это ушло больше времени, чем мы думали. С ней всё в порядке, но у нас нет её родителей. По-видимому, она не уверена, находятся ли они внутри или снаружи; они выходили из дома, когда всё произошло. Они не находились с ней в одной комнате, когда всё произошло, так что вам тоже нужно проверить со своей стороны.

Он шумно выдохнул, и я услышала второй свист воздуха, который секундой позже прошёл через телефонную трубку.

Я ухмыльнулась.

— Передай Северному от меня привет. И что она должна Зеро, потому что именно он вызволил Сару. Мы постараемся связаться с её родителями как можно скорее; очевидно, завтра мы снова куда-нибудь пойдём. Моргане нужно немного подкрепиться мозгами и…

— Пожалуйста, никогда не говори мне, что это значит. Мы тоже поищем её родителей, хорошо?

— Лады, — сказала я. — Что ты узнал о здании и участке земли, о которых я тебя спрашивала?

— Прошло всего пару дней, Пэт.

— Я в курсе. Однако я подумала, что ты довольно находчивый, и если Северный помогала…

— Я кое-что нашёл, — сказал он. В его голосе слышалась усмешка. — Но не думаю, что это то, что могло бы тебя заинтересовать.

— Меня интересует всё, — сказала я. — Выкладывай.

— В двадцатые годы там была свадьба — что-то вроде мероприятия только для приглашённых, с участием звёзд. Очевидно, пресса пыталась попасть на неё, но не смогла. Об этом писали в газетах, но без фотографий, а несколько копов из Хобарта подрабатывали охраной.

Я резко втянула воздух.

— Кто-нибудь из этих мужчин известен как… особенный? Другой?

— Не знаю, — сказал он с оттенком разочарования в голосе. Должно быть, он сам потратил некоторое время, пытаясь обдумать эту идею. — Это было очень давно. Записи были бумажными, и мы потеряли многие из них при пожаре пятьдесят лет назад.

— Чертовски очевидно, — пробормотала я. — Есть какие-нибудь записи о браке?

Я услышала удовлетворение в его голосе.

— Да. Мне удалось отследить его с помощью твоего друга — компьютерного хакера — другой твой друг не отвечает на звонки. Кстати, хакер немного нервный. Уверена, что ему можно доверять?

— Зул всегда немного нервный, — сказала я. — Ему неудобно работать с хорошими парнями.

— Мне от этого не легче, Пэт.

— Нет, я имею в виду, что ему неудобно работать с хорошими парнями, когда хорошие парни — Зеро, и он потенциально могут убить его, если им не понравится то, что он делает. Он также знает, что плохие парни не хотят, чтобы он работал на хороших парней, поэтому он немного неуверен в себе.

— Могу понять, — сказал Туату. — Во всяком случае, ему удалось кое-что найти: свидетельство о браке мисс Эмили Симмонс и доктора Лукаса Лина, и, по-видимому, в 20-е годы он был важной птицей. Она была никем, если верить газетам. Богатый женится бедной никто, вот такая история. Я не смог найти ничего другого ни по одному из них, даже твой хакер не смог найти ничего другого.

— Ой, Туату, — сказала я, и мои мысли обострились. — Эбигейл и её компании удалось передать тебе что-нибудь из своих… вещей? Какие-нибудь книги?

— Получил посылку за ночь до того, как всё произошло, — сказал он. — И один из них — ребёнок с крикетной битой — загрузил её на мой телефон. С тех пор он постоянно зависает.

— Да, это была довольно большая загрузка, — сказала я, и радость в моей груди росла. — Отлично! Значит, у тебя есть несколько их записей!

— Они… они загрузили несколько своих записей на мой телефон?

— Ага! Думаю, это тоже будет очень кстати.

— Кроме того, из-за этого мой телефон работает медленнее, чем в дождливую неделю.

— Так купи себе новый телефон! — весело сказала я. — В любом случае, проверь, нет ли там упоминания об Эмили Симмонс, в частности. Я хочу знать, как всё прошло.

— Не думаю, что всё прошло очень хорошо, — сказал Туату. — Есть запись о её смерти, произошедшей всего несколько лет спустя. Это была одна из немногих вещей, которые я смог найти.

У меня похолодело сердце.

— Чёртовы фейри, — свирепо сказала я. — Как думаешь, ты сможешь выяснить, был ли у неё ребёнок?

— Могу, но почему? Ты думаешь, он убил её?

— Не знаю, — ответила я. — Но в этом клочке земли есть что-то важное, что удерживало… кое-кого там чертовски долгое время. Если бы он женился на человеке, это бы всё решило: бессердечные фейри проводят много времени, размышляя о прошлом и цепляясь за травмы. Это просто не имеет смысла, если он был тем, кто убил её.

— Я слышал, что не слишком безопасно находиться рядом с запредельными вообще и с фейри в частности, — сухо сказал Туату. — На кого-нибудь из моих знакомых постоянно нападают.

— В точку, — сказала я. — Возможно, это сделал кто-то другой. Посмотрим, сможешь ли ты разузнать побольше и об этом Докторе Лукасе тоже, ладно?

— Будет сделано. Есть какие-нибудь продвижения к тому, чтобы выбраться из своей клетки?

— Нет, но мы ещё не умерли, так что это хорошо.

— Насколько вероятно, что