Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

Стоит отметить, что по ходу этого дела попутно было просеяно сквозь милицейское сито несколько десятков подозрительных людей. Например, осуществляя подворные обходы по делу об убийстве студентки, сыщики узнали qt одного из свидетелей о том, что в ночь убийства недалеко от места преступления — в парке имени Горького — ночевал неизвестный. Свидетель рассказал, что заметил на его руках и лице свежие царапины. Сыщики перелопатили чуть ли не весь район, подняли на ноги всю свою агентуру и в конце концов установили личность неизвестного. Им оказался мужчина без определенного места жительства, в прошлом судимый за кражу и бродяжничество. Однако он оказался непричастным к убийству студентки и апрельским насилиям.

Далее. Когда пришел ответ от экспертов, что обнаруженная на месте убийства студентки тесьма производится в Риге фабрикой «Лента», туда срочно был направлен инспектор угро. Он установил, что эта тесьма поступает на 36 торговых баз, в том числе на киевскую базу «Укргалантерея». Когда направили туда запрос, получили ответ: лента направлялась в торговые организации республики (и в Луганск в том числе) как самостоятельный товар и как упаковочный материал. В связи с этим возникла версия, что маньяк — один из работников торговых организаций и швейных предприятий. В апреле — мае проверили более 500 человек, имеющих отношение к этим организациям, но и этот путь оказался тупиковым.

Тем временем в Москве гастролирует популярный ансамбль из города на Неве «Дружба» с Эдитой Пьехой в роли солистки. С 18 по 31 мая они выступали на сцене Государственного театра эстрады с новой, весьма необычной программой. В ней практически не было ни одного шлягера, ни одной модной танцевальной мелодии, которыми всегда славился этот коллектив. Вместо них на сцене ГТЭ звучали народные русские песни («Метелица», «Что ты жадно глядишь на дорогу», «Коробейники» и др.), а также политические песни, именуемые тогда песнями протеста. Как писали критики: «Пьеху в этой программе отличали неподдельный драматизм и тонкая актерская выразительность».

Между тем за скобками восторженных статей остался весьма неприятный инцидент, который произошел с руководителем ансамбля и мужем певицы Александром Броневицким. В день, когда «Дружба» давала концерт в кинотеатре «Октябрь», какой-то недоброжелатель навалил большую кучу дерьма на крышу его автомобиля. Тогда так и не выяснили, кто же и, главное, за что так осерчал на Броневицкого. То ли это был один из фанатов Пьехи, который таким образом мстил ее супругу за его чуть ли не патологическую ревность к певице (слухи об этом доходили до самых отдаленных уголков страны), то ли наоборот — ярый противник творчества ансамбля.

С 15 мая в течение десяти дней под Москвой режиссер Юрий Озеров снимал один из кульминационных эпизодов четвертого фильма эпопеи «Освобождение» («Битва за Берлин») — штурм Зееловских высот. Его снимали в Алабине, ночью, с привлечением огромного количества войск и техники Московского военного округа. Говорят, шум от этого скопища людей и техники стоял неимоверный, будто шла настоящая война.

18 мая в главной газете страны «Правда» была опубликована большая статья «Лжереволюционеры без маски». В ней, не стесняясь в выражениях, авторы нападали на китайское руководство, называя его наследниками главарей гитлеровского рейха, ренегатами, наемниками врагов пролетариата и т. д. и т. п. Между тем стоит отметить, что статья эта появилась в ответ на недавние публикации трех пекинских газет, где поливалось грязью советское Политбюро. К примеру, Леонид Брежнев был назван «новым Гитлером», а Советский Союз — «государством нацистского типа», ведущим расистскую политику, сходную с политикой гитлеровцев.

Вообще в советских газетах той поры подавляющая часть статей на международные темы посвящалась двум темам: разоблачению китайских ревизионистов и израильских агрессоров. Народ, естественно, не мог остаться в стороне и живо откликался на публикации, сочиняя анекдоты, частушки и т. д. Даже мы, мальчишки, вносили свою лепту в борьбу с «врагами» — писали на стенах домов всякие скабрезности, типа: «китайца — за яйца!..», «в рот и в гриву — Тель-Авиву» и т. п.

19 мая на крейсере «Ленинград» на 51-м году жизни от спазма сердца внезапно скончался известный сценарист Илья Нусинов. Как мы помним, всего лишь десять дней назад он вместе со своим коллегой Семеном Лунгиным (они работали вместе с 1950 года) отправился в дальний поход доенных кораблей из Баренцева моря в Черное. И вот в самый разгар этого похода Нусинова не стало. Реанимационная команда, приписанная к лазарету матросов, в течение нескольких часов боролась за его жизнь, но все оказалось напрасным. Как напишет позднее С. Лунгин:

«Они, видимо, напрасно мучили его мертвого. Судьба распорядилась так: дать погибнуть ему не на земле, где прошла вся его мирная жизнь, не в воздухе, где он воевал вооружением в полку истребителей, входившем в состав воздушных сил фронта, которыми командовал маршал авиации Судец, но почему-то на воде, на военном корабле, огромном вертолетоносце, вооруженном самой совершенной по тем временам техникой. Он погиб на море во время дальнего похода, и его проводили на вечный покой со всеми морскими почестями — вдоль всего бесконечного борта недвижимой шеренгой выстроилась казавшаяся неисчислимой команда. Вахтенные офицеры замерли у трапа, командир крейсера стоял, приложив руку к козырьку фуражки. И флаг был приспущен…

Наши чемоданы кто-то перенес на борт торпедного катерка, не ко времени весело танцующего на пенистой зыби Норвежского моря. Замотанное в тугую парусину тощее, негнущееся тело покоилось на походных носилках. Пеньковый трос был захлестнут внатяжку — пальца не подсунешь, и долгий конец его, свисавший от узла у лодыжек, требовал груза, который и должен был утащить эту уже идею человеческого тела вниз, под воду, на океанское дно, навсегда… Но груз приторочен не был — нас ждали в Москве. На взлетную полосу в Североморске уже выкатили транспортный самолет. Огромный, на совесть сколоченный из сухой лиственницы ящик ждал гроба. Все было готово к тому, чтобы завершить печальный обряд…»

На «Мосфильме» в самом разгаре съемки «12 стульев». Они возобновились 29 апреля и проходили в ускоренном темпе — надо было срочно наверстать упущенное время. Однако это не всегда удавалось. Дело в том, что новый исполнитель роли Бендера — Арчил Гомиашвили — попал, что называется, с корабля на бал и поэтому с трудом входил в роль, Плохо зная ее текст, он часто путался, забывал слова, и сцены с его участием приходилось многократно репетировать и повторять. Например, 20 мая снимали речь Остапа на тайном рандеву «Союза меча и орала». От Гомиашвили требовалось без запинки произнести текст, наверняка Известный теперь многим: «Со всех сторон мы слышим стоны, со всех концов нашей обширной страны. Некоторые из вас служат и едят белый хлеб с маслом, другие едят бутерброды с черной икрой, а некоторые даже и с красной, третьи — получают пайки. И только беспризорные дети находятся без призора. Мы, господа присяжные заседатели, должны им помочь. И мы им поможем…»

Этот текст репетировали 40 минут, столько же снимали, причем 25 минут из них вновь были затрачены на междублевые репетиции с актером. Было снято 10 дублей, в пяти актером был перепутан текст. Кроме этого, подводило съемочную группу и другое: опоздания с обеда (надо было уложиться в 30 минут), отсутствие нужного реквизита, долгое переодевание актеров и даже опоздание на съемочную площадку самого режиссера Гайдая, который в тот день ездил в 109-е отделение милиции, где получил новый паспорт.

20 мая в далеком от Москвы Омске отличился дружинник Геннадий Горбунов. Патрулируя улицы города, он заметил на одной из них, как несколько человек мутузят друг друга руками и ногами. Горбунов по долгу службы обязан был вмешаться (хотя была масса примеров, когда дружинники попросту не замечали подобных происшествий, предпочитая вдвоем-втроем выкручивать руки какому-нибудь с трудом передвигавшему ноги пьянчужке). Вклинившись в свалку, Горбунов стал разнимать дерущихся, причем делал это так активно, что в первые мгновения драчуны опешили. Ну не ожидали они от парня такой прыти. Однако затем один из них опомнился и, выхватив из-под одежды нож, ударил им дружинника в грудь. Горбунов рухнул на землю. Тут уж многочисленные прохожие, которые до этого старались не обращать внимания на драку, бросились к месту происшествия. Преступник, попытавшийся было скрыться, был задержан, а смелому дружиннику вызвали «Скорую», Она пришла вовремя, и уже через несколько минут раненый лежал на операционном столе. Этот случай имел большой резонанс, причем не только в Омске. В сентябре Горбунова вызовут в Москву, где в торжественной обстановке вручат медаль «За отличную службу по охране общественного порядка» от Президиума Верховного Совета РСФСР.