МРС - Магико-Ремонтная Служба - Павел Блинников

— Почему люди собираются вместе, большими группами, устанавливают свои законы и живут по ним? — спросила Берэта.

— Ну, так, потому что так. Повезло, наверное.

— Молодец, Тори, — улыбнулась Берэта. — Да, ты полностью прав, вот только твоя формулировка не совсем точна, да и копнул ты глубже, чем я спрашивала. Действительно, в основе чего-либо всегда лежит стечение обстоятельств. Удача, вероятность события. Если бы первые люди Трех Городов не встретились, они не смогли бы ничего организовать. Но еще и на этом этапе все зыбко. Встреча могла привести к войне, но они подружились, либо более сильный подчинил себе слабого, а уже потом произошел союз. В любом случае изначальной точкой будет стоять удача, но и у нее должен быть сподвижник. Тот, кто удачей воспользуется. В основе каждого общества всегда лежит, лежала и будет лежать сильная личность. Это не правда, что единица ничего не решает. Напротив, только единицы решают все. Общество как застоявшаяся лужа, но если кто-то из сидящих в этой луже прорубит канал в какую-нибудь сторону, вся лужа вытечет туда, куда хочется этому первооткрывателю. Он может быть не один, в качестве движущей единицы может выступить и группа людей, объединенная общими интересами, но болото в движение всегда приводит малая часть самого болота. И если им повезет, они добьются победы, добьются цели, изменят все так, как хочется им. Молодец, Тори, отлично. Можешь садится. А тебе Кии светит двойка.

— А почему ему пять? — ошалел Кии. — Он же просто сказал, что повезло!

— Да, он ответил куда глубже, будет ему две пятерки, — сказал Берэта, внося оценки в журнал. — А ты не ответил ничего. Неужели не ясно, что хоть какой-то ответ, даже неправильный, лучше, чем ничего. Вот тебе, кстати, и возможность выправить оценку. Ответь, почему ничего всегда хуже, чем что-то?

— Я не понимаю… Нашкота! Сиди и не вякай!

— Хорошо, Кии, — вздохнула учительница. — Давай будем делать тебе поблажку на тупость. Но, погодите, у нас же нет Тори, не будет альтернативного мнения. Каси, девочка моя, выйди к доске, пожалуйста.

Малявка, покрытая веснушками плотно-плотно, весело вскочила со стула, вмиг оказалась рядом с Кии.

— Почему, Кии, плохое хуже хорошего, почему ничего хуже чего-то, почему бездействие хуже действия, почему неправильный ответ лучше, чем никакой?

— Ну… потому что… ответив неправильно, можно получить правильный ответ? — спросил Кии с надеждой.

— Отчасти, ты прав, но я ведь спрашивала не только об этом, — нахмурилась Берэта. — Как же все остальное?

— Ну, плохое хуже хорошего, потому что оно плохое! На то оно и плохое, чтобы быть плохим, а не хорошим! Если не действуешь, ничего не произойдет, а если действуешь, происходит хоть что-то! Это же очевидные вещи!

— Как сумбурно, Кии, как сумбурно, — покачала головой Берэта. — Каси, быть может, ты имеешь что-нибудь сказать по этому поводу?

— А мне кажется, что плохого нет, — ответила девочка, звонкий голосок, казалось, осветил ее лицо. — Есть плохие люди. А если ничего не делаешь, это не всегда плохо. Если не делаешь плохих вещей, получается, что делаешь хорошие.

— Умница моя, — улыбнулась Берэта. — Ты права, плохое не только исходит от людей, но они сами придумывают, что хорошо, а что плохо. Бездействие же плохо тем, что человек, не делая ничего, не может породить ту самую удачу, или вероятность, или случай, который ему нужен. В пустоте не только ничего не происходит, но и не может произойти. Она чиста, непорочна, бессмысленна. Есть такое правило, дети, что все можно улучшить. Нет предела совершенству, любую вещь можно улучшить. Будь это человек, здание, общество или город, или даже целый Мир! Все стремится к совершенству, все когда-нибудь достигает идеала и только тогда погибает, ибо все должно закончиться, чтобы началось новое. И поэтому нет ничего хуже, чем стоять на месте. Каси права, есть форма бездействия, когда ты не делаешь чего-то, потому что ждешь развития, или просто чтобы не сделать хуже, но в конечном итоге это тоже движение вперед, действие! Умница, Каси, садись — пять. Кии, а ты даже на двойку с плюсом не наработал.

— Но она ведь сказала другое! — Кии разрывался между страхом к женщине, и ненавистью. Лицо парня стало полностью пунцовым, он дышал часто, будто двигатель старого автомобиля.

— А может, ты услышал другое? — спросила учительница. — Ну, хорошо, давай мы поставим рядом кого-то твоего возраста. Нашкота, выйди к доске, и еще… а, вот ты, Капи.

Нашкота и маленький светловолосый мальчик подошли к взбешенному Кии. Тот смотрел зверем и на девушку, и на мальчика, только первая отвечала насмешливым взглядом, а ребенок почему-то даже пугал, как и все дети в классе. Что-то в них такое есть, связывающее с Берэтой, будто все они — ее дети.

— Ну что же, ученики, — сказал Берэта, мы уже разобрались, что есть основа любого общества — это импульс в виде отдельно взятой единицы, воспользовавшейся подвернувшимся случаем. Мы выяснили, что любое действие есть благо, ибо только в действии есть путь к совершенству, а к совершенству движется все в Мире. Теперь нам следует выяснить, кем являетесь в этом Мире вы, что приносите: зло ли, добро ли? Начнем, по традиции, с Кии. По глазам вижу, что ты меня не понял?

— Да вроде понял, — прорычал парень. — Никакого смысла во мне нет, вы это хотели услышать?

— Не совсем, но близко. Хорошо, на тройку ты заработал, но пока постой тут, у меня еще будет вопрос к тебе. Нашкота?

— Кто я такая? — казалось, девушка задумалась, хотя на самом деле подготовила ответ сразу после вопроса. — Я — ученица, которая учится, чтобы приносить обществу пользу. Верно?

Девушка победоносно повернулась к Кии, тот уже позеленел от злости, но комментарий Берэты удивил всех:

— Более глупой вещи я никогда в жизни не слышала, Нашкота. Кол, можешь сесть.

Девушка тоже изменила цвет лица на белый, поджала верхнюю губу, вернулась на подоконник с такой ровной осанкой, что, казалось, стала выше ростом.

— Капи, девочка моя, а кто ты такая? — спросила Берэта ласково.

— Я? — казалось, девочку удивило даже то, что ее мнения спросили. А потом улыбнулась, сказала легкомысленно: — Я не знаю.

— Молодец, Капи! — обрадовалась Берэта, будто только что выиграла в Лотерею Трех Городов. — Заслуженная пять, можешь сесть.

— Что? — воскликнули Кии и Нашкота хором.

— А то, — усмехнулась учительница. — Она не знает, потому что она — ничто. Пока что ничто. Ее мысли, действия, поступки — все не имеет значения. Как следует из предыдущего постулата, получается, что она — зло. Да-да, дети, не обижайтесь, но пока вы для общества не просто бесполезны, но и вредны. Пока что вы не приносите даже малейшей пользы, но на ваше образование тратятся деньги, ваши родители не могут сказать, станете ли вы опорой для них в будущем, или бросите, не поднеся стакан воды, на смертном одре. Пока что вы — никто, и имя вам — никак. И вы ничего не можете, даже ошибаться.

На лицах старшеклассников появились улыбки странного, иррационального понимания. А кем еще могут быть эти мелкие, громкие, глупые недотроги? У каждого есть младший братик или сестричка, и уж ничего полезного для старших они не приносят, это точно. И правда — дети ничего не могут. Даже ошибаться. Потому как чтобы ошибиться, надо хоть что-то значить, дети же не значат ничего. Пока.

— А теперь ответь мне, Кии, почему дети ответили на все вопросы верно, а вы, уже чего-то да знающие, не смогли ответить верно ни на один.

— Потому что они не могут ошибаться, — ответил Кии. И краснота и зелень сошли с лица, он почувствовал уверенность, успокоился. И даже страшная учительница, призывающая демонов, показалась немного роднее.

— Да. Но и нет тоже.

Берэта встала, подошла к Кии, взяла за плечи. Тот едва не отшатнулся, легкий румянец вернулся, колени слегка задрожали.

— Ты, Кии, — перспектива. Ты и все вы, старшеклассники, уже можете ошибаться, но, пока что, только это и можете. Вы еще не научились быть правыми. Не поняли, что в будущем все может стать таким, как вам надо. Вам всем, — учительница отпустила Кии, повернулась к классу, — надо научиться быть правыми. Это великое умение — делать правильным все, что делаешь. Пока вы еще не окостенели, пока правила игры устанавливаете не вы, а вам только кажется, что это так, вы можете все переменить. Вы — полны вероятностей, ибо жизнь ваша еще не определена, но уже начата. Ваш мир еще не построен, но фундамент уже есть. Вы — самая великая сила Трех Городов, потому что вы — сила безвекторная. Пока что вы расплескиваетесь на бесполезные занятия, вы погрязли в клетках собственных гормонов, но вы еще можете сделать все последующие шаги туда, куда нужно вам! Вы — те самые герои, те единицы, которые могут повести общество хоть к распаду, хоть к процветанию. Вы — не можете ничего не делать, ибо у вас есть столько энергии, что не в ваших силах сдержать ее. Вы еще можете ошибиться, но пока можете сделать вашу ошибку правдой, и даже истиной! Вы — перспектива Трех Городов, и только вы будете решать, что будет с ними! Вы — сила, запомните это.