Первая мировая. Убийство, развязавшее войну - Грег Кинг

Цита, как и ее муж, была рада проводить время вместе с Францем Фердинандом и Софией. Позднее она вспоминала, что как-то раз на спектакле во время антракта она поднялась к Софии и при встрече с ней неосознанно склонилась и поцеловала ей руку. «Пожалуйста, никогда не делайте этого снова на публике! — прошептала София. — Это именно то, чего ждут люди, желающие нам неприятностей. После подобных случаев я даже получала по почте письма с угрозами». Но позднее Цита представляла отношения, сложившиеся между двумя парами, более двусмысленно. Инстинктивно защищая своего мужа и являясь достаточно консервативной и ортодоксальной католичкой, она смотрела на мир через призму этих взглядов, которая порой искажала даже самые благие намерения. В ее рассказах Франц Фердинанд начинал представляться как «злой дядя», который вместе с Софией намеренно поощрял Карла «вести очень легкомысленную жизнь» с целью «испортить его» и тем самым в конечном счете освободить место на троне для собственного сына Макса.

Эти предположения и сказки были полной чушью, но Цита поверила им. Она даже как-то обвинила Франца Фердинанда в том, что, когда они поженились, выяснилось, что ее муж не был девственником. «Сохрани себя, что касается женщин!» — предупреждал эрцгерцог своего племянника. Его отец Отто жил с любовницами, рождавшими внебрачных детей, и умер ужасной смертью от сифилиса; Карлу не следовало идти по стопам своего отца, он должен был сохранять свою чистоту. Франц Фердинанд настаивал, что если уж он никак не может одолеть искушения, то нужно как минимум гарантированно защищаться от венерических заболеваний. Цита вывернула эту моральную лекцию Франца Фердинанда наизнанку, трактуя ее потом как рекомендацию посещать девушек легкого поведения. Многие сомнительные замечания, сделанные позднее Цитой относительно Франца Фердинанда, стоит рассматривать как следствие ее обиды на эрцгерцога.

Но Франц Фердинанд и сам был достаточно обидчивым и ранимым. Нежелание Франца Иосифа называть его своим наследником в молодости все еще сидело глубоко в его голове. Как бы Франц Фердинанд ни любил своего племянника, бывали моменты, когда ему бросалось в глаза, что любимчиком императора был Карл. В 1911 г. Франц Фердинанд ожидал, что он как наследник престола будет представлять императора в Лондоне на коронации короля Георга V и королевы Марии. Он был очень неприятно удивлен, когда узнал, что вопреки существующей традиции эта роль была отдана Карлу. Франц Фердинанд даже продолжал следить за статьями в прессе, где именно его племянник назывался наследником трона. При всех своих победах Франц Фердинанд все еще не испытывал полной уверенности, что именно он будет преемником короны, как будто предчувствуя, что некоторые неожиданные события еще могут удержать его от восшествия на престол.

Глава VIII

«КОНОПИШТ БЫЛ ДОМОМ»

Конопишт, с теплотой вспоминала много лет спустя дочь Франца Фердинанда и Софии, «был домом, местом наших первых воспоминаний, коконом, в котором проходила вся наша жизнь». Замок Конопишт был настоящим семейным святилищем. Он располагался в тридцати милях к юго-востоку от Праги, на вершине лесистого холма, который разделяла быстрая река, недалеко от небольшого городка Бенешево (сейчас Бенешов). Средневековый замок стал местом встреч, знакомств, удивительного уюта и убежищем от злых венских сплетен и интриг Императорского двора.

Франц Фердинанд приобрел здание XII в. в 1887 г. за 12 миллионов крон (около 60 000 000 долларов в пересчете на 2014 г.). Средневековая постройка, высокие башни и доминирующее положение над окрестностями соответствовали увлечению эрцгерцога исторической и героической архитектурой. Он потратил целое состояние на усовершенствование и модернизацию замка. Ориентируясь на стиль Йозефа Моккера, его любимого архитектора, чье увлечение готическим Возрождением разделял Франц Фердинанд, он отремонтировал номера, установил новые системы водопровода и канализации, центральное отопление, электроснабжение, ванные комнаты, лифт. Эрцгерцог даже перенес дома соседней деревни, чтобы улучшить обзор. Но ее жители в награду получили улучшенные жилищные условия, модернизацию пивоварни и новую электростанцию, снабжавшую жителей деревни электроэнергией. Был приобретен дополнительный участок земли и построены сахарный завод, каменоломни и лесопилка, которые были организованы по принципу хозрасчетного предприятия и обеспечили округе новые рабочие места.

Жизнь в Конопиште была неприхотливой и спокойной, но хорошо подходила для будущего императора. Зимой и летом первый луч света нарождающегося дня падал на укрытый тенью задумчивый замок, постепенно являя его белые стены, круглую въездную башню и красные черепичные крыши. Когда эрцгерцог только купил это поместье, старый замковый ров был засыпан землей и являлся домом семьи бурых медведей. Их выходки не представляли больших проблем посетителям, но запах в конце концов стал невыносимым, и эрцгерцог передал животных в зоопарк Шёнбрунн (Schönbrunn) в Вене.

С рассветом в Конопиште закипала жизнь. Замок наполняла целая маленькая армия слуг и рабочих: стюарды, лакеи, горничные, повара, пекари, врачи, священнослужители, няни, воспитатели, горничные, садовники, лесники, плотники, часовые, кучера, конюхи, шоферы и механики; был даже личный фотограф, запечатлевавший моменты жизни эрцгерцога и его семьи. Некоторые работники приехали, заключив контракт при Императорском дворе, другие — к уже работавшим при замке членам их семей. Но Франц Фердинанд и София применяли и более современный подход к найму рабочих, пользуясь услугами фирмы занятости Klepetár ová, располагавшейся в Праге, которая отправляла потенциальных кандидатов и членов их семей на собеседование в Конопишт.

Рано утром Йохан Юптнер, главный камердинер эрцгерцога, поднимался на третий этаж, проходил по коридорам, украшенным оленьими рогами, мимо покоев семьи эрцгерцога и будил своего хозяина. Франц Фердинанд всегда вставал рано, выскальзывал из спальни, которую он делил с Софией, и проходил в ванную. Потом, облаченный в халат, он попадал в руки к Мелличу, его личному парикмахеру. Однажды Айзенменгер увидел Франца Фердинанда с так коротко подстриженными волосами, что заметил, что «стрижка угрожающе короткая», на что Франц Фердинанд ответил, что боится начать лысеть. Франц Фердинанд, не спрашивая Айзенменгера, находил всех мыслимых шарлатанов, которые могли предложить ему лечение, и обращался к рецептам со страниц американских газет. Приняв ванну и побрившись, эрцгерцог одевался. При всей своей любви к военным Франц Фердинанд редко носил военные мундиры в домашней обстановке, предпочитая удобную одежду из хлопка или шерсти, брюки, рубашки и твидовые пиджаки; только для встречи важных гостей или в торжественных случаях он надевал один из многочисленных мундиров, что были в его распоряжении.