Мичман Империи. Часть вторая (СИ) - Четвертнов Александр

Мой мозг чуть не взорвался, когда я выпустил поисковые щупальца — столько людей было на территории дворца. Пришлось даже приглушить чувствительность техники.

Мы прошли через весь двор. Через всё это великолепие и аромат сотен цветов. Голова шла кругом, если честно. А когда оказались внутри дворца…

Мама, я в кино. Ну, или в прошлом. Курильни для благовоний, историческая мебель, ковровые дорожки и трон. Самый настоящий. А на нём восседал… Ну, не император, конечно же, хотя наряд соответствующий, а всего лишь глава местного клана. Лидер банды в общем.

Да, именно так, а то я слишком восхищён происходящим. Совсем потерял осторожность.

— Рад приветствовать Вас, мичман Туров, — глава банды встал с трона и шагнул ко мне.

Посыльный уже с минуту как стоял на коленях, согнувшись в поклоне, а я не знал, как поступить. На колени не хотелось. Потому просто пошёл на встречу, протягивая руку для пожатия.

Жест был взаимным, хотя по физиономии главаря так и не понял, по нраву ли ему такое. А, плевать. Я не местный, мне можно.

— Присаживайтесь, — главный китаец указал на невысокие кресла около чайного столика и мы разместились друг на против друга.

— Кианг Цай, — представился он, самолично разливая чай по чашкам, — а Вас я уже знаю, Ростислав Туров, гроза Гусь-Налимской жандармерии, герой с Тау Метам.

— У Вас отличные источники, уважаемый Кианг Цай, — улыбнулся я, всеми силами стараясь заморозить в себе беспокойство и тревогу. Надо выглядеть на переговорах с лидерами криминального мира невозмутимым. Именно так рассказывали на лекциях безопасников.

— Намного лучше, чем у местных властей, — усмехнулся он. — Капитан Сычкин до сих пор думает, что вам повезло уйти живым из штаба. Ищет предателей, представляете, — он рассмеялся, но глаза его оставались…

Да кто их знает, какими они оставались. Какими были, вот такими же и остались. Вообще не могу читать по его глазам. Вроде благодушен, и то хлеб.

— Зачем я здесь, уважаемый Кианг Цай? — решил взять переговоры в свои руки. Вся эта болтовня и прочий трёп начинали надоедать. Главное вежливо. — У Вас наверняка полно дел, а я не столь выдающаяся фигура для личной аудиенции.

Вот так! Вроде и поторопил, но со всем почтением. Преподы мною бы гордились. Наверное.

— Вы себя явно недооцениваете, Ростислав, Вы же позволите называть Вас просто по имени? — я кивнул, принимая ответную «любезность», и он продолжил: — отлично, ко мне тоже прошу обращаться по имени, мы же не враги, а, скажем так, партнёры.

— Партнёры? — удивился я, — мы с Вами?

— Не мы лично, — Кианг поднял ладонь и выставил её в мою сторону. — Но договор, который мы чтим и исполняем, обязывает нас сотрудничать.

Снова этот договор. Да о чём речь идёт? Может Дед с китайцами сотрудничает, а я не знаю? Рисковать и спрашивать не буду, вдруг накосячу, но докопаться до правды надо. У кого бы спросить?

— Поэтому я и пригласил Вас в гости, — продолжил Кианг, — хочу показать кое-что.

Он махнул рукой и в зал втолкнули длинную платформу на антигравитационной подушке. На ней лежали тела напавших на меня бандитов.

— А также сообщить, что Вы были в своём праве убить десятника нашего клана, — рот Кианга улыбался, но голос приобрёл стальные интонации. — Мы чтим договор и нарушителей наказываем жестоко.

Да что происходит, торпеду, да нафиг её, даже не знаю чего вашу! Что за договор⁈

— А теперь, — Кианг махнул рукой и платформу укатили с глаз долой, — с радостью вручу Вам всё, что Вы затребовали. И да, уважаемого Лао Линя никто из нашего клана больше не побеспокоит, более того, окажем поддержку, если она потребуется. А теперь, прошу простить меня, Ростислав, я Вас покину. Здоровый образ жизни, понимаете ли, спать пора.

Мы пожали руки, и Кианг ушёл, а я следующий час принимал снаряжение. Можно было и быстрее управиться, но тактические очки и мультимаска требовали индивидуальных настроек, и я опасался, что они будут контрафактными. Не такими по качеству как наши, армейские. Да и винтовку надо было проверить.

В итоге, в Красном драконе я вновь оказался около полуночи. В руках и за плечами баулы со снарягой, а в кармане несколько комплектов документов на разные имена и ключи от трёх антигравов.

Заверил зевающего Лао Линя, что всё отлично и мы разошлись по комнатам. Сгрузил сумки в угол, разделся и улёгся в койку. Облепиха тут же залезла под одеяло и замурчала, свернувшись клубочком у меня на груди.

На душе было легко и хорошо. Полюбовался немного отблеском местной луны в окне. Мысли лениво перебрали события сегодняшнего дня, дальнейшие планы. Потихоньку начал проваливаться в сон.

Шум отъезжающей в сторону двери заставил разлепить глаза и повернуть голову. Поиск показал всего одного человека.

Ксу Линь перешагнула через порог и дверь закрылась. Девушка сделала ещё несколько шагов и лунный свет заиграл на узорах её халата.

— Что-то случилось? — я приподнялся на локте.

Она не ответила. Сделала ещё шаг и халат с шуршанием скользнул на пол.

Глава 19

Ксу Линь замерла на месте, словно статуя древнегреческой девы. Лунный свет заскользил по изгибам её тела. Очертил водопад чёрных волос, ниспадающий на изящные плечи. Подчеркнул тёмные ореолы на высокой, аккуратной груди. Обозначил рельефные бёдра и тёмную впадинку между ними…

С улицы мазнул по окнам свет фар. На мгновение разогнал полумрак комнаты. Ксу стыдливо прикрылась руками, но тут же отдёрнула их и гибко, словно кошка, скользнула к кровати, взялась за край одеяла.

— Ксу, — я с трудом разлепил враз пересохшие губы, — что ты…

— Молчи, — с придыханием прошептала она, поднимая одеяло и наклоняясь надо мной.

Меня окатило жаром. Тело среагировало мгновенно. Навалилась какая-то сладкая, тянущая слабость, будто вся кровь собралась только в одном месте.

Закрыв глаза, Ксу, словно пантера, выгнула спину. Медленно, двигаясь как волна, приблизилась к моему лицу. Перед моим взглядом качнулась грудь. Вверх. Затем, медленно вниз.

У меня мозг начала плавиться. В ушах застучал кузнечный молот. Задрожали руки.

Глаза Ксу открылись. Дыхание частое-частое, но какое-то глубокое, даже глубинное. Зрачки расширены так, будто радужки не существовало.

— Я хочу, — прошептала она, смотря прямо на меня, — ты та…

Она не договорила. Прильнула ко мне. Потянулась к моим губам…

Кокон защиты встретил её в считанных сантиметрах от моего тела. Она замерла, а он расширился, отжимая её назад, выталкивая с койки.

Она выпрямилась. Подлетел халат, подхваченный телекинезом, и моя воля укутала её в него.

— Нет, Ксу, — прошептал я, с трудом подавляя бурю гормонов. — У меня есть девушка.

— Она далеко, а я здесь и сейчас, — Ксу дёрнулась к койке, попыталась пробиться ко мне.

Пришлось убрать защиту, чтобы она не поранилась.

Ксу провалилась вперёд, но я уже привстал. Подхватил её, развернул и усадил к себе спиной. Обнял силой, обхватил руками за плечи.

— Нет, Ксу, — произнёс уже уверенно. — Расстояние не важно.

Она затряслась в объятиях. Нет, она не вырывалась. Не кричала, не размахивала руками, не сыпала проклятиями и не призывала на мою голову молнию. Ксу обмякла в моих руках и рыдала. Очень тихо рыдала. Беззвучно.

* * *

Она больше не пыталась соблазнить меня. Просто сидела рядом, прижимаясь ко мне спиной, и мы разговаривали. О её жизни, о моей. О чувствах, что она испытывала с тех пор, как увидела меня. О том, как теперь быть.

Её мир рухнул второй раз за несколько дней. Мне нечего было сказать, кроме стандартных фраз. Потому я больше слушал, лишь иногда вставляя пару слов.

Мы проговорили полночи, а потом, успокоившись, она ушла к себе, и ничего больше не напоминало о случившемся, кроме моей памяти. Но она была занята мыслями о Лире.

Как они там с Варенькой? Как пройдёт суд? Что будет после? Сработает ли резервный вариант и смогу ли я предотвратить катастрофу? Ответов не было, потому я прогнал беспокойство и уснул. Чтобы вернуться мне надо многое сделать, а для этого нужна ясность ума.