Поздний гость. Стихотворения и поэмы - Владимир Корвин-Пиотровский

* * *

Я ночью площадь городскуюПеретащил на свой чердак,В натопленную мастерскую,Обставленную кое-как.Я вышел рано до обедаПроверить город, посмотреть,Всё так же ль высится победа,Трубящая в пространство медь.Кругом дома стояли густо,Всё было в целости, затоВ средине места было пусто, —Необъяснимое ничто.Смущенно люди подходили,Смотрели в черную дыру,И ничего не находили,И в тайном страхе говорили:— Да, ты умрешь и я умру.

РОМАНС

Дверь на ключ, от глаз нескромных,От напасти, от беды,Поздний ужин. В окнах темных,В темных окнах ни звезды.Вижу — льется дождь беззвучныйВдоль древесного ствола,Ходит ангел, ходит скучный,Вкруг пустынного стола.То согнется, то качнется,Скосит узкие зрачки,То руки моей коснется,Выпуская коготки.Вот мурлыкнул, вышел вон —Веруй, веруй, иль не веруй, —Поздний ужин, поздний сон.

* * *

Двенадцать пробило, соседи уснули,Закручена в жгут простыня,На мили кругом — ни огня.Никто не услышит пронзительной пули,Когда-то искавшей меня.Она затерялась в небесном просторе,Летит и жужжит и поет,Проносится мимо, но, может быть, вскореНочную добычу найдет.Остывшая трубка чернеет в постели,На мертвой подушке зола,Над озером горным качаются ели,И в озере, словно в большой колыбели,Перо голубого орла.Крылатая тень опускается ниже(Полет и глубок и высок),Она пролетает всё ближе и ближе,Почти задевает висок.Двенадцать пробило, на стенке рабочей,Как эхо, другие часы,Я жизнь или смерть вынимаю из ночи,Кладу на большие весы.Бессонница бродит неслышно по домуВ дырявом халате моем,В стакан подливает и рому и брому,Неловко играет ружьем.

* * *

Уже не странные стеченьяНесуществующих примет,Не фокусы столоверченья,Но ясный и простой ответ.Как жаль, что мы спросить забыли,Не загадали, и теперь —Лишь конус освещенной пылиСлегка придерживает дверь.Но если все-таки, не сразу, —Передышать, — и отворить?И вдруг, не доверяя глазу,Чуть отступая? Может быть?Свет желтоватый излучая(Тот мертвый свет на чердаках),Потянется, не замечая,И покачнется на носках —Зевнет, разляжется неловкоВ углу на свалке пуховой,Где в сонной одури веревкаСвернулась щупальцей живой.

* * *

Каким огромным напряженьемОтмечен разворот крыла, —Вся наша слава пророслаНеукротимым пораженьем.О, Пушкин, Пушкин! В бестолковомМерцаньи петербургских днейНа диком поле КуликовомТы молча правил без саней.Уже последний перегонКопыта бодро отстучали, —Благослови покойный сонБез музыки и без печали.Убит. И выстрелом по льдуГлухое эхо прокатилось,Рассыпалось, переместилосьВ хронологическом бреду.

* * *

Закат, закат. Мой тихий садОсенним золотом расплавлен.Таким сияньем озаглавленЛиствы лирический распад.На розовом едва заметныГолубоватые штрихи,Здесь все рисунки беспредметны,И в каждом шорохе стихи.

* * *

Сегодня море не шумит,Над молом пена не взлетает,Разлука больше не томит,Лишь тихо за душу хватает.И даль воздушная светла,И голоса подобны пенью, —Быть может, ты и не ушла,Но легкой претворилась тенью.Дитя лазоревого дняИль вестник ночи неизбежной,Ты молча дремлешь близ меня,Скользишь на отмели прибрежной.

* * *

Надышал звезду живуюНа морозное стекло,Время в улицу кривуюЧастой каплей натекло.Дождь закатными лучамиНа развилистом стволе,Пузырями и ручьямиБурно роется в земле.Вздрагивая кожей голой,Отряхаясь иногда,Сердце в пляске невеселойВыпадает из гнезда.Долго пальцами хрустела,Плача, в сумерки звала,Диким голубем летелаВ звезды, в звезды без числа.Ах, звенеть бы в дальней роще,Слушать вечером зарю, —Лучше, может быть, иль прощеРанний вылет повторю.Я стою перед тобою,Я в глаза твои гляжу,Легкой веткой голубоюПрядь густую отвожу.

* * *

Если вечер в доме, еслиЗа окном тенистый сад,Хорошо в покойном креслеЧуть откинуться назад.Не меняя положеньяОтдыхающей руки,Слушать, слушать приближеньеВремени или реки —Я люблю без состраданья,Я без жалости ловлюНежный шелест увяданьяТой, кого еще люблю.Но, клонясь к перчатке белой,Отмечаю каждый разБлеск покорный и несмелыйЖизнью утомленных глаз —С каждым днем заметней складкиУ подкрашенного рта,И прохладная перчаткаНевесома и пуста.Бьется бабочка живаяНа расплавленной свече,Стынет шубка меховаяНа сверкающем плече.

АКАПУЛЬКО

Был теплый вечер, и лунаСияла, в вечер влюблена,Влюбленно распевал сверчок,И в скрипку был влюблен смычок.Гавайской мандолины звонВ миндальный воздух был влюблен,И в нежном серебре ветвейВлюбленно щелкал соловей.Влюбленный сад, и ночь, и я —Вся влюблена была земля,И отраженная лунаБыла в зрачках твоих видна,Как я пьяна и влюблена.

* * *

День разгорался над туманами,И гравий нежился у ног,Восточными коврами рдянымиРассвет на теплый берег лег.Святой земли курганы алыеВидны впервые как во сне, —Шаги апостолов усталыеЗвучат в библейской тишине.И дышит грудь моя свободнееВ краю, где шествовал Господь,Где древле пастухи ГосподниеШатром избрали небосвод.Они ушли в дорогу вечную,На смену новые пришли,Но так же тянутся к предвечномуИ ныне, как в былые дни.Какое древнее сокровищеСто сорок славят языков,Какое пестрое становищеУ Иорданских берегов.И жизни стройка современнаяНапевных сил не оглушит —Звезда Давида соплеменнаяНа Давидов ложится щит.Заря Израиля свободнаяСо всех холмов уже видна, —Моя иссохшая, безводная,Священная моя страна.

ЛЕДИ

Л. Росс

О, как она свободно дышит!В морозный воздух влюблена,Она и слышит и не слышитЛаскательные имена.

К чужим восторгам равнодушна,Не призывая никого,Она не голосу послушна,Но тайной музыке его.

Приплясывая, приседая,Упругий выгибая бок,Она как буря молодаяВ горячий собрана клубок.

Лишь цыкнет ножкой горделивоВ хрустально-радужный ледок —И зритель пятится пугливо,И подбоченится седок.Вот-вот сорвется и поскачет,Развеет гриву и вот-вот —В лазури вьюгой обозначитСвой торжествующий полет.

ЗИМНЯЯ ПРОГУЛКА